Линетт Нони – Грейвел (страница 24)

— Разве ты не понимаешь, Дарриус? — тихо сказала она. — С этого момента ты нигде не можешь гарантировать мою безопасность. Ты просто должен верить, что я делаю то, что нужно, и, надеяться, что это приведет к тому времени, когда мы все снова будем в безопасности.

Она выдержала его взгляд, наблюдая, как эмоции отражаются на его усталом, изборожденном морщинами лице. Чувство вины. Страх. Печаль. Отставка…

… А потом, наконец, появилась надежда.

На последней Алекс и сосредоточилась, она послала ему легкую улыбку, испытав облегчение, когда он ответил ей легким кивком в знак согласия.

— Охотник прав, — сказал Дарриус, выпрямляясь в своем кресле с новой решимостью. — Флипы, джарноки, Ходящие по Теням и Дневные Всадники. Если ты хочешь предупредить смертные расы и привлечь их в качестве союзников в этой войне, тебе нужно убедить именно их.

— Это будет нелегко, — сказал Каспар Леннокс. — Джарноки и флипы держатся особняком, их территории достаточно удалены, чтобы они не поверили в опасность. И моя раса, в частности, известна своим упрямством и отстраненностью. Мы равнодушны к страданиям людей, поэтому, если тебе не удастся убедить старейшин в намерениях Эйвена по отношению ко всем смертным, тогда от них не будет никакой помощи.

Судя по тому немногому, что Алекс знала о своем стойком профессоре Ходящего по Теням, это не стало для нее большим сюрпризом.

— Дневные Всадники еще хуже нас, — продолжил Каспар Леннокс с кислой ноткой в своем мелодичном голосе. — Властная, сильная раса, большинство из них. Тебе было бы лучше исключить их, потому что все разумные рассуждения с ними пойдут тебе на пользу.

Это, конечно, не предвещало ничего хорошего.

— Не слушай его, — сказала Мэгги, выглядя странно удивленной. — Ходящие по Теням и Дневные Всадники были по разные стороны одной медали с начала времен.

«И вот я здесь, надеюсь, что они согласятся работать вместе», — с грустью подумала Алекс. Вслух она сказала:

— Что ж, давайте попробуем быть оптимистами и верить, что это будет тот случай, когда «Враг моего врага — мой друг».

Если недоверчивые взгляды в комнате стали каким-то признаком, она не должна на них реагировать.

— Я знаю, что ты должна это сделать, — сказал Дарриус, — но мне все равно не нравится идея, что ты пойдешь туда одна.

— Я не пойду одна. — Алекс указала на Джордана, Д.К. и Биара, которые хранили молчание большую часть встречи. — Они идут со мной.

Многозначительная пауза.

Затем раздался сухой голос Охотника:

— Что ж, я чувствую себя утешенным.

Алекс не была уверена, кто из ее друзей, как она слышала, обиженно заворчал, но подумала, что это могли быть все трое.

— Невиданный ранее союз между смертными расами держится на уме четырех подростков, — сказал Каспар Леннокс, тени закружились вокруг него, когда он покачал головой. — Я тоже изо всех сил пытаюсь найти в этом утешение.

— Имей немного веры, — сказал Флетчер, его губы дрогнули. — Если кто-то и сможет это сделать, так это Алекс и ее друзья.

Картер хмыкнул.

— Дженнингс упряма, как бык. У них не будет ни единого шанса.

Это был еще один из тех не совсем комплиментов, которые Алекс не знала, как принять, поэтому она просто улыбнулась.

— Теперь, когда мы пришли к согласию, — сказала она, — расскажите мне все.

(вставить картинку)

Проведя несколько часов со своими учителями и обнаружив, что им ужасно не хватает знаний о других расах, Алекс отвела Флетчера в сторону, когда все уходили, махнув друзьям идти вперед и сказав, что ей нужно поговорить с доктором.

Заинтригованный, Флетчер согласился встретиться и поговорить вместе с преподавателями химии и медицины, и он первым нашел их. Как только все четверо оказались вместе в кабинете Фитци — несчастный случай, ожидающий своего часа, со всеми бурлящими экспериментами и мини-взрывами, происходящими по всей комнате, — Алекс сразу перешла к делу.

— Я знаю, что вы двое не согласны с разговорами о меяринской армии Эйвена, и это ваше дело, — сказала она Фитци и Луранде. — Но у меня есть вопрос ко всем вам, так что, если вам от этого станет легче, считайте его чисто гипотетическим.

Луранда разгладила ткань своего разноцветного пальто и, прищурившись, посмотрела на Алекс. Но напряжение спало, когда один из экспериментов Фитци взорвался с громким хлопком и извержением неоново-розовых искр, заставив Луранду испуганно подпрыгнуть и хмуро посмотреть на своего коллегу.

— Прости! Извините! — воскликнул Фитци, вскакивая с кресла, чтобы потушить искры, прежде чем вернуться туда, где все сидели, приглаживая дымящиеся кончики волос. — Что ты говорила, Анастасия?

Алекс не стала поправлять насчет своего имени. Она уже давно поняла, что он был гением в определенных вещах и полным идиотом, когда дело касалось других.

— Меярины бессмертны, но они все равно могут умереть от смертельных ран, — сказала Алекс. — Конечно, в их распоряжении также есть большая скорость и сила, поэтому нанести эти смертельные раны трудно, но это, конечно, не невозможно.

— Я не уверена, что мне нравится, к чему это идет, — чопорно сказала Луранда.

Алекс подняла руки.

— Дайте мне секунду. Кое в чем я права.

Профессор медицинских наук поджала губы, но спорить дальше не стала.

— Если война, в которую я верю, грядет, — продолжила Алекс, — не думаю, что правильно, что Заявленных меяринов следует принуждать к битве, где они могут погибнуть.

— Что ты предлагаешь, Алекс? — спросил Флетчер. — Что мы не будем сопротивляться?

— Вовсе нет. Это было бы самоубийством.

— Тогда что…

— Я хочу знать, возможно ли придумать оружие, которое могло бы нанести достаточный урон, чтобы вывести их из строя, но не убить, — перебила Алекс.

Флетчер выглядел задумчивым, когда сказал:

— Ты имеешь в виду что-то вроде транквилизатора?

— Что-то в этом роде, — согласилась Алекс. — Но проблема в том, что есть только одна вещь, кроме смертельной раны или калечащей травмы, которая может уничтожить меярина.

Глаза доктора заблестели пониманием.

— Кровь хироа.

— Да, — подтвердила Алекс. — Или, как они это называют, кровь Сарнафа. Она настолько токсична для них, что малейшее попадание ее может привести к смерти. Но каким-то образом ты смог спасти Заина после того, как тот был отравлен ядовитой стрелой Эйвена. Это должно означать, что у тебя есть лекарство.

— Для него это был неприятный опыт, — сказал Флетчер, — но да, я смог разбавить чужеродную кровь и расщепить до тех пор, пока она не была выведена из его организма с помощью процесса, похожего на осмос.

— Как ты думаешь, ты смог бы массово производить такое лечение?

Флетчер обдумал ее вопрос и сказал:

— Я… думаю, да.

Алекс кивнула и повернулась к своему преподавателю медицинских наук.

— Профессор Луранда, у вас был образец крови на занятиях несколько месяцев назад. У вас есть еще?

За ее проницательностью Алекс увидела вспышку уважения в глазах.

— Недостаточно для того, что тебе нужно. Но я верю, что Охотник смог бы раздобыть больше, если бы его попросили.

Алекс не хотела знать, как ее учитель SAS мог заполучить в свои руки кровь хироа. Она только надеялась, что это не будет включать в себя экскурсию для класса.

— И какой, по-твоему, наилучший способ ее введения? — спросила Алекс строгую, но подкованную в медицине учительницу.

Луранда выглядела растерянной, как будто обдумывала последствия, если ответит. Но затем она выпрямилась, как будто осознав, что в конечном счете идея Алекса поможет спасти невинные жизни… как меярин, так и смертных.

— Мы можем окунуть оружие в кровь, но для этого все равно потребуется, чтобы каждая капля попала в цель. Лучший способ — воздушно-капельный.

— Как патоген? — спросила Алекс, мысленно сравнивая это с биологическим оружием. — Что-нибудь, чтобы они могли вдохнуть?

— Нет, — сказала Луранда, ее глаза потеряли фокус, когда она сосредоточилась. — Чтобы был какой-либо ослабляющий эффект, кровь хироа должна, по крайней мере, вступить в физический контакт с кожей меярина. Но если мы сможем создать распылительное устройство для распределения крови по большой поверхности, это может ослабить всех, кто находится в зоне действия брызг.

При виде образов, пришедших на ум, Алекс никак не могла удержаться от того, чтобы не сморщить нос. «Зона действия брызг?» Отстой.

— На самом деле это интересно, — сказал Флетчер, поглаживая подбородок. — Кровь хироа будет гораздо менее токсичной, если она не попадет в кровоток сразу. Без открытой раны это все равно сделает их очень больными, но также вряд ли убьет кого-либо до того, как будет введено лекарство. Гораздо меньший риск для всех. — Его глаза загорелись надеждой, когда он закончил: — Возможно, мы даже сможем создать сыворотку, которая включает противоядие в виде спрея, что-то, что самоактивируется через определенное время.

Подумав, что это звучит как идеальное решение, Алекс повернулась к Фитци, зная, что он был последним голосом, который скажет, возможно ли что-либо из этого.