Линетт Нони – Драэкора (страница 55)

В тот момент, когда она оказалась в безопасности, крепко вцепившись руками в основание его шеи, она закричала:

— Давай, давай, давай!

Ему не нужно было больше никакого поощрения, чтобы оторвать свое тело от спиральной башни, свободно падая, пока его крылья не поймали поток ветра и не подняли их обратно в воздухе.

Только когда сияющий город оказался далеко внизу, Алекс начала немного успокаиваться, дрожь, пробегавшая по ее телу, ослабевала по мере того, как расстояние между ней и Рока увеличивалось.

«Покажи мне, Алекс», — мягко сказал Ксираксус, поднимая их все выше и выше в ночное небо.

Каким-то образом он, должно быть, знал, что невозможно выразить словами, поэтому она сделала, как он просил, и отправила ему свое воспоминание с Рока, все еще не веря в свою беспечность. В течение десяти дней ей удавалось избегать спарринга с ним, чтобы не дать ему случайно пролить ее кровь… и вот так все закончилось. Она не могла поверить, что из всех вещей, выдавших ее смертность, виноват был крошечный порез бумагой.

«Я такая дура, — горестно сказала Алекс Ксираксусу. — Не могу поверить, как я это допустила! "

«С тобой все будет в порядке, — сказал он ей. — Я обещаю, все будет хорошо».

Она не поверила ему, но позволила себе раствориться в ощущениях полета, когда его мощные крылья благополучно несли ее по небу. Они поднимались все выше и выше, пока не прорвались сквозь скопление облаков в чистый воздух над головой. Алекс восхитилась звездным простором, простиравшимся до самого горизонта, и глубоко вздохнула с облегчением, снова увидев плавучие острова Драэкоры, на этот раз залитые лунным светом.

«Я и не подозревала, что ты так близко к Мейе», — сказала Алекс, пытаясь отвлечься от Рока и того, что он, вероятно, делал прямо сейчас; с кем он, вероятно, разговаривал.

«Мы почти прямо над городом, — подтвердил Ксираксус. — Но наши земли слишком высоко, чтобы даже бессмертные глаза могли видеть с земли».

Описав дугу, дракон направился прямо к одному из небольших островов, расположенных в стороне. Издалека Алекс могла видеть, что одна половина земли была окаймлена полукруглым кольцом заснеженных гор, у подножия которых остальная земля простиралась в то, что выглядело как разноцветная светящаяся долина. Когда они приземлились в центре острова, она была в восторге, обнаружив, что находится в окружении холмистых пастбищ, полных ярких, биолюминесцентных полевых цветов.

— Как красиво, — воскликнула она, соскальзывая с Ксираксуса в фосфоресцирующие цветы. Некоторые из них доходили ей до лодыжек, другие поднимались на стеблях выше бедер, но все они были невообразимо волшебными.

— Я подумал, что тебе здесь может понравиться, — сказал Ксираксус, поджимая под себя задние лапы и ложась торсом на дно долины, раздавливая цветы своим весом. Калейдоскопическое сияние отражалось от его темной шкуры, создавая осколки света, которые сверкали, как блестки.

Вдыхая сладкий аромат цветов, Алекс заставила себя расслабиться, окинула блуждающим взглядом сказочный луг и села, скрестив ноги, перед своим драконом, освещенным радугой.

— Все, что могло пойти не так сегодня, пошло не так, — тихо призналась она, нуждаясь в том, чтобы выплеснуть все это из себя. — Во-первых, я думаю, что непреднамеренно подала Эйвену идею начать заявлять права на людей… и поверь мне, Ксира, я не хочу, чтобы это было на моей совести… а затем я пошла и выдала, что я смертная Рока, который на грани принятия решения, согласен ли он со своим братом или нет по взглядам на людей. Это нехорошо. Это все, что приходит после плохого, потому что слово «плохое» далеко не достаточно сильное, чтобы описать серьезность ситуации.

Ксираксус дал ей время выговориться, не перебивая, но когда она закончила, он сказал:

— Ты не можешь изменить то, что произошло, Алекс. Все, что ты можешь сделать, это решить, как ты на это отреагируешь.

Алекс сорвала с земли ближайший цветок и начала обрывать его светящиеся лепестки.

— Как я должна реагировать, Ксира? Что я могу сделать, чтобы исправить все это?

Он придвинул голову ближе, не сводя с нее глаз.

— Почему ты думаешь, что что-то нужно исправить?

Алекс издала невнятный звук.

— Разве ты не видел, что случилось с Рока? Или не слышал, что я сказала об Эйвене?

— Разве Айз Даега не говорила тебе, что ничто из того, что ты здесь делаешь, не изменит того, что произойдет в будущем?

Алекс открыла рот, но затем снова закрыла его, зная, что он был прав. Затем она сказала:

— Давай не будем забывать, что я все еще застряла здесь неизвестно насколько. Что я должна делать? Прятаться в Драэкоре, пока мы не уйдем?

— Позапрошлой ночью ты сказала мне, что приняла обдуманное решение остаться здесь, когда могла бы вернуться в свое время, — сказал Ксираксус. — Ты приняла это решение, не зная, с чем столкнешься за то время, что тебе отведено здесь, но уверенная, что это то место, где тебе нужно быть. Я прав?

Алекс неохотно промычала в знак согласия.

— Ты не можешь изменить то, что произошло с Рока и Эйвеном сегодня, — повторил Ксираксус, — но ты, возможно, захочешь рассмотреть возможность того, что события развивались именно так, как они должны были.

Покачав головой, Алекс сказала:

— Звучит так, будто ты предполагаешь, что происходящее здесь предопределено, как будто все, что я делаю, — это следую судьбе, уже уготованной мне, слепо иду по пути, не имея никакого права голоса в этом вопросе. Но я не могу с этим смириться.

— Почему бы и нет?

— Потому что это подразумевает, что я не властна над своей жизнью.

Дракон громыхнул от смеха.

Нахмурившись, она спросила:

— Что в этом смешного?

— Алекс, — сказал он, — ты застряла в прошлом, где твои действия влияют на будущее, но не меняют его. Это означает, что все, что ты здесь делаешь, уже было сделано здесь… тобой. — Он снова рассмеялся. — Мне жаль, что я тот, кто говорит тебе, но прямо сейчас, прямо здесь, у тебя нет никакой власти выбирать, что произойдет. Или, скорее, ты это делаешь, но сила выбора, которая у тебя есть, все равно приведет к тому будущему, которое ты знаешь. Ничто из того, что ты можешь сделать, не изменит этого, так что тебе лучше смириться со своим отсутствием контроля и попытаться найти в этом хоть какое-то утешение.

Его слова, хотя и расстраивали, имели смысл. Это, и его рассуждения также совпадали с рассуждениями Леди Тайн. Но Алекс ненавидела мысль о том, что она может быть ответственна за боль, которую Эйвен принесет в будущем. Она уже дала ему название для его печально известной группы убийц и дала ему повод задуматься о ритуале Требования жизни; что еще она собиралась делать? И как бы он отреагировал, если бы Рока проболталась о том, что она смертная?

— Это такой кошмар, — простонала Алекс, падая обратно на цветы и глядя в усыпанное звездами небо. От свежего воздуха ее тело покрылось гусиной кожей, но она почти не чувствовала холода, главным образом потому, что ее внутренности все еще были такими же холодными после всего, что произошло.

— Кошмар или нет, ты знаешь, что тебе нужно делать, — сказал Ксираксус, слегка подтолкнув ее ногу мордой.

— Я должна вернуться, — сказал Алекс мягким тоном. — Я знаю это. Я знаю, что должна встретиться с Рока лицом к лицу и все объяснить. Это просто… — Она прервалась на тяжелый вздох, прежде чем закончить: — Мы можем просто остаться здесь еще на несколько минут?

Мягким голосом Ксираксус ответил:

— Мы можем оставаться столько, сколько тебе нужно.

Глава 26

Это могло занять минуты, а могло и часы, но, в конце концов, Алекс решила, что готова встретиться лицом к лицу с тем, что может ждать ее во дворце.

Она была рада тому времени, которое смогла провести с Ксираксусом, благодарна за его поддержку и тихий совет. Но она знала, что не сможет избегать Рока вечно. И действительно, как только дракон приземлился на ее балконе, Алекс обнаружила, что ей не придется долго ждать страшной конфронтации.

«С тобой все будет в порядке, если я оставлю тебя?» — спросил Ксираксус, и они оба заметили принца меярина, сидящего на ее кровати, сгорбившись и обхватившего голову руками, его поза говорила о многом.

Алекс хотела попросить Ксираксуса остаться — или снова отвезти ее в очаровательную долину — но она знала, что любой из этих вариантов только ухудшит ситуацию

«Со мной все будет в порядке, — сказала она ему, надеясь, что это правда. — Но, может быть, держись поближе, на всякий случай.»

«Я всего в нескольких минутах полета», — пообещал он, уткнувшись в нее своей большой головой, прежде чем взмыть в воздух.

Глубоко вздохнув, Алекс нерешительно вошла в свою комнату, не отрывая взгляда от своих ног, даже когда чувствовала, что Рока следит за каждым ее движением. Сияние, исходившее от города, проникало внутрь, и это в сочетании с горящими в очаге Мироксом давало достаточно света, чтобы она могла видеть, но только немного. И все же Рока не хлопнул в ладоши, чтобы сделать комнату ярче.

Остановившись всего в нескольких шагах от него, Алекс обхватила себя руками, судорожно сглотнула и нашла в себе мужество встретиться с ним взглядом. Она ожидала найти там те же эмоции, что и раньше — замешательство, страх, гнев. Но его лицо было настороженным, из-за чего его невозможно было прочесть.

Когда Рока наконец заговорил, его тихие слова звучали так, словно их выкрикивали, настолько напряженной была атмосфера.