Линда Грин – Тот момент (страница 32)

— Я слышала, ты разговаривал с доктором Халилом.

— Я не хочу, чтобы так продолжалось, — отвечает брат, — я как живой мертвец.

— Врач говорит, что позволит сократить дозу лекарств, но осторожно.

— Ага. Мне бы, конечно, побыстрее.

— Знаю, милый. Но ты хотя бы на верном пути. Это важнее всего. Еще доктор сказал, что тебя переводят в обычное крыло.

— Хорошо. Вот бы попасть в палату с видом на парковку.

Я улыбаюсь и качаю головой.

— В любом случае, милый, сегодня у меня для тебя еще несколько хороших новостей.

Терри смотрит на меня.

— Полиция вышла на связь. Ну, знаешь, по поводу того, что произошло. Они не будут подавать в суд. Доктор Халил сказал им, что дело в твоей шизофрении, и они все поняли. Никто не собирается выдвигать обвинения.

Терри опускает голову. Я вижу, как дрожат его плечи. Встаю и подхожу к нему. Притягиваю его голову к себе, как делала, когда он был ребенком.

— Все хорошо, — воркую я, обнимая брата, пока тот рыдает. — Теперь все позади.

— Но я напугал ту девочку, Каз. Мне очень плохо из-за этого.

— Ты был не в себе. Так им сказал доктор Халил.

— Я слышал крыс.

— Знаю.

— И Мэттью сказал, что ее пугают крысы. Я не знал, что дело во мне.

— Я пыталась объяснить тебе тогда, но ты решил, что я тебе лгу. Ты всегда так думаешь, когда тебе плохо.

— Она в порядке, та девочка?

— Полицейский в участке сказал, что с ней все будет хорошо. О ней позаботится ее мама.

Терри глубоко вздыхает и вытирает нос.

— Я хочу написать ее маме, сказать, как мне жаль.

— Было бы хорошо, милый. Может, полиция передаст ей письмо.

— Не сейчас. Когда мне станет лучше. Когда я смогу думать и чувствовать немного яснее.

— Ладно.

Терри на мгновение замолкает, а затем смотрит на меня.

— Ты меня не ненавидишь, Каз?

Я смотрю на него и качаю головой.

— Я никогда не могла ненавидеть тебя, Терри. В любом случае виноват не ты. Это все твоя болезнь. Запомни накрепко. Я не хочу, чтобы ты сейчас обо всем этом беспокоился. Главное — выздоравливай.

Я даже не понимаю, что напеваю, когда на следующее утро иду в кафе через садовый центр, пока не раздается голос:

— У кого-то сегодня хорошее настроение.

Я оборачиваюсь и вижу, как Барри улыбается мне из-за витрины фуксий.

— Извини, — говорю я. — Не заметила тебя.

— Не извиняйся за то, что счастлива, — отвечает он. — Этому миру не помешает чуть больше радости. Ты что, в лотерею выиграла? Если да — я в доле.

— Увы, — улыбаюсь я. — Но моему брату лучше. Возможно, он скоро вернется домой из больницы.

— Это хорошие новости, — говорит Барри, подходя ко мне. — А что с ним?

Я сомневаюсь, прежде чем ответить, но у Барри добрые глаза, и я чувствую, что могу ему довериться.

— Он в психиатрическом отделении. У него шизофрения. Обычно он в порядке, когда сидит со мной дома, но его заставили пойти на работу, и случился кризис.

— Сочувствую. А больше за ним ухаживать некому?

— Нет, только я.

— Чертовски сложно, не так ли? — говорит Барри. — Я ухаживал за женой девять лет, прежде чем она умерла. Самая тяжелая работа в мире.

— Да, — отвечаю я. — И мне жаль, что так вышло с твоей женой.

— У нее было раннее слабоумие. За несколько лет превратилась из души компании в человека, которого я не узнавал. Это было чертовски ужасно.

Киваю, точно зная, что он имеет в виду.

— И чувствуешь себя таким беспомощным, да?

— Ага. Я посвятил ей свою жизнь, но все равно казалось, что этого недостаточно.

Его глаза блестят. Я кладу руку ему на плечо.

— Уверена, что ты очень ей помог.

— Надеюсь, — говорит он. — Так, что-то я расстроил нас обоих, а ты была в таком хорошем настроении.

— Ничего страшного. Приятно найти того, кто понимает, что это такое.

— Как у твоего юного друга дела с перестройкой сада? — спрашивает Барри.

— Он там как рыба в воде.

— Хорошо, погоди, принесу тебе еще растений. Припас для него немного.

Приходим в кафе с Барри, оба несем по коробке с растениями. Мардж поднимает глаза от заварника.

— Что вы двое делаете? — спрашивает она. — Выносите половину склада?

— Барри передает их моему маленькому другу Финну. Я помогаю тому с переделкой сада.

— Ну вот, Каз, — говорит Барри, ставя самый тяжелый ящик и потирая спину. — На следующей неделе принесу тебе еще, только дай знать.

— Спасибо, Барри, ты лучший.

Он улыбается мне.

— Рад помочь. — И уходит, насвистывая. Я замечаю, что Мардж смотрит на меня с широкой улыбкой на лице.

— Чего?

— Думаю, наш Барри на тебя запал.

— Не глупи. Он просто помогает Финну.

— Не от Финна у него так глаза сияют. Прямо вижу, как вы с ним едете навстречу закату на его старом «форде» с наклейкой «Баз и Каз» на лобовом стекле.

— Уймись, глупая летучая мышь, — говорю я, качая головой. Но потом, вытирая столы, невольно вспоминаю слезы в добрых глазах Барри. Как хорошо иметь человека, с которым можно поговорить, который знает, каково это — заботиться о любимом.