Линда Грин – После меня (страница 60)

Я рада, что у них родится мальчик, а не девочка. Думаю, Ли очень доволен, что у него будет сын, с которым он сможет играть в футбол и ходить на футбольные матчи, когда малыш подрастет. Обзавестись дочерью они еще успеют – времени у них впереди много. Именно поэтому очень хорошо, что они не стали тянуть с первым ребенком. И именно поэтому я рада, что Ли не связал свою судьбу с одной из тех карьеристок, которые ждут лет до тридцати пяти и лишь потом начинают подумывать о семье и детях. Так сказать, в последнюю минуту. Нет, обзаводиться детьми нужно пораньше – пока сам еще молодой. И радоваться тому, что они у тебя есть. Кроме того, при подобном подходе бабушки и дедушки будут еще нестарыми и достаточно сильными для того, чтобы помогать.

Они упорно не говорят мне, какое имя выбрали для ребенка. Они утверждают, что его имя начинается на «Г», и хотя в разговорах с ними я как бы вскользь упомянула поочередно буквально все мужские имена, начинающиеся на «Г», они так и не раскололись. Может, Генри? Имя это ведь достаточно модное для того, чтобы понравиться им обоим. Или же Гамильтон – в честь отеля «Гамильтон», в котором они провели свой медовый месяц. Знаменитости так ведь поступают, правда? Они дают своему ребенку имя в честь того места, где этот ребенок был зачат. По крайней мере, Дэвид Бекхэм и его жена назвали своего сына Бруклин по наименованию района в Нью-Йорке. Жаль, что наш малыш был зачат не в Горсфорте. Впрочем, если бы он и был зачат именно там, я сомневаюсь, что они выбрали бы для него такое имя.

Так или иначе, знать хотя бы первые буквы его имени и фамилии – это уже хорошо. Я уже вышила их на детских одеяльцах. А зная, что это мальчик, я начала покупать детские вещи голубого цвета. Еще мне нравятся лимонный и бежевый цвета, но вещей такого цвета у мальчика не должно быть много.

Я проверяю сначала индюшку, а затем овощи и картошку. Все под контролем. Я всегда готовлю очень вкусный рождественский ужин. Даже Саймон признавал это, пусть и как-то так нехотя. Отец Джесс предложил свои услуги в качестве повара. Я сказала Джесс поблагодарить его и предложила, чтобы он принес нам рождественский пудинг – ну, чтобы он чувствовал, что внес свою лепту. По правде говоря, мне не хотелось бы, чтобы на моей кухне ходил туда-сюда и что-то готовил профессиональный повар. Судя по тому, что я видела о них по телевидению, они далеко не самые опрятные люди. А так он принесет всего лишь одну миску с пудингом, я этот пудинг подогрею – и моя кухня останется чистой.

Я поднимаюсь на второй этаж, чтобы немного отдохнуть перед их приходом. Весь дом красиво оформлен. Ли всегда шутит, что у меня тут как в пещере Санта-Клауса. А мне приятно немножко потрудиться по части праздничного интерьера. Подобная обстановка поднимает людям настроение. Во всяком случае, лично мне уж точно поднимает.

Отец Джесс приходит первым. Для меня это весьма непривычно: мужчина целует меня в обе щеки на пороге моего дома и поздравляет с Рождеством. Он передает мне бутылку какого-то вина. Я мало что соображаю в вине, но мне кажется, что это хорошее вино, потому что я никогда не слышала его названия.

А еще от отца Джесс всегда приятно пахнет. Я заметила это еще на свадьбе. Это, наверное, потому, что в его жилах течет итальянская кровь. Я всегда думала, что люди средиземноморского типа уделяют личной гигиене больше внимания, чем все другие люди. Впрочем, от Ли тоже всегда хорошо пахнет.

– Здравствуйте, Джо. Я тоже поздравляю вас с Рождеством. Наши Ли и Джесс еще не пришли. Заходите и чувствуйте себя как дома.

– Спасибо. У меня здесь пудинг, – говорит он, показывая на сумку, которую держит в руках. – Вам просто нужно его разогреть.

Я беру его куртку и вешаю ее на вешалку, затем веду Джо на кухню. Стол уже накрыт. Крекеры я купила в магазине, где все стоит по одному фунту, потому что все равно никто не сможет почувствовать разницу во вкусе между этими крекерами и крекерами, купленными в дорогом магазине. А еще я украсила стол веточками падуба, чтобы сделать обстановку более праздничной.

– О-о, тут у всего праздничный вид, – говорит Джо, ставя сумку на рабочий кухонный стол и потирая ладони.

– Знаете, а к нам уже давненько не приходили на Рождество гости. Не знаю, как вы, а я жду не дождусь следующего года. Будет ведь так замечательно, когда здесь появится малыш. Я уже буквально считаю дни.

– Джесс, я думаю, тоже их считает. Беременность у нее проходит довольно тяжело.

– Я знаю, но все это будет забыто, как только малыш родится. Весь ее мир тогда изменится. Мой мир, я помню, изменился.

– Да. Мой тоже.

– Она ждет этого с нетерпением, правда? Вот только в последнее время она стала какой-то тихой.

– Думаю, она просто переживает по поводу того, как будет справляться. Ей будет нелегко без помощи ее матери.

– Да, конечно, но я уже сказала ей, что буду делать все, что в моих силах, чтобы ей помочь. Я буду приходить каждый день.

– Спасибо. Я знаю, что она это высоко ценит.

– И наш Ли, я уверена, будет очень заботливым и расторопным папой. Они с Джесс оба преобразятся, когда станут родителями. На свете нет ничего более прекрасного, чем появление в семье маленького ребенка, правда?

– Да. Ничего более прекрасного на свете нет.

Вскоре приходят Ли и Джесс. Она одета в просторный бежевый балахон. Под ее глазами – темные круги. Волосы у нее не такие блестящие, как обычно.

– Поздравляю вас обоих с Рождеством, – говорю я, обнимая их по очереди. – И малыша тоже поздравляю.

Я кладу ладонь на живот Джесс. Она вздрагивает и быстро отступает на шаг назад. Я не знаю, почему она это делает: я ведь и раньше клала ладонь ей на живот, и она никогда этому не противилась.

Ли смотрит на нее, потом на меня.

– Я думаю, она пытается не допустить, чтобы он лягнул тебя ногой, – говорит он.

– Он шевелится? Ты сейчас чувствуешь, как он толкается?

Джесс кивает.

– О-о, как это замечательно! Это уже совсем другие ощущения, правда? Ну, когда ты уже чувствуешь, как твой ребенок двигается внутри тебя.

– Да.

В коридор заходит Джо. Джесс обнимает его, и я вижу, что ее нижняя губа дрожит.

– Ты отнес их? – тихо спрашивает она.

– Да. Поставил их в вазу рядом с моими. Там все чисто и аккуратно.

Он поднимает глаза и встречается со мной взглядом. О чем бы они сейчас ни говорили, они явно не хотят, чтобы кто-то другой понял смысл их разговора.

– Заходи на кухню и садись, милая, – говорю я. – Разгрузи свои ноги.

Джесс расстегивает сапоги, идет вслед за мной на кухню и садится за стол рядом с отцом.

– Ты не мог бы помочь мне с вином, Ли? – спрашиваю я.

Он подходит ко мне.

– С ней все в порядке? – шепчу я, передавая ему открывалку для бутылок.

– Да. Она всего лишь расстроена по поводу своей мамы. В этом году она впервые не была на ее могиле на Рождество, но я сказал, что ей следует относиться к этому проще. И думать в первую очередь о ребенке.

– Абсолютно верно. Ты поступил правильно, милый. Я думаю, в ней просто разыгрались гормоны.

Ли открывает бутылку вина и несет ее к столу, а я тем временем достаю из духовки подогревшиеся тарелки.

– Ну что ж, пора, я думаю, подавать индюшку.

– Можно я вам помогу? – спрашивает Джо.

– Нет необходимости, спасибо. Этим займется наш Ли. Он в этом доме главный резатель мяса.

Я передаю Ли разделочный нож. Однажды я предложила ему купить на распродаже какой-нибудь электрический нож, но он не проявил к этому интереса, сказав, что вполне может обойтись и без такого ножа. Интересно, помнит ли он, как нам приходилось отворачиваться, когда индюшку разрезал Саймон? Тому ведь очень не нравилось, когда мы видели, что у него что-то не получается.

Пока я ставлю на стол большое блюдо с картошкой, морковью и пастернаком, Ли накладывает в тарелки мясо. Затем я ставлю на стол кувшинчик с подливкой и тарелочку с клюквенным соусом, который я в этом году приготовила особенным образом. Ли приносит первые две тарелки, а я иду за оставшимися.

– Ну вот мы и готовы праздновать, – говорю я, садясь за стол и беря свой бокал с вином. – Думаю, пора сказать тост.

Я смотрю на Ли.

– За следующее Рождество, – говорит он, поднимая свой бокал. – На которое, я уверен, будет намного шумнее, чем сейчас.

– И за тех, кого мы любим, но которых с нами нет, – добавляет Джо, поднимая свой бокал.

Я смотрю на Джесс и только тут замечаю, что бокал у нее пустой.

– Ой, извини, милая. Что тебе налить?

Я вижу, как Джо бросает взгляд на Ли, а потом на Джесс.

– Ты вполне можешь выпить немножко вина, милая, – говорит он. – В небольшом количестве оно не повредит.

Она качает головой:

– Нет, спасибо, лучше воды.

– У меня вообще-то есть апельсиновый сок. Хочешь? А еще есть кока-кола, если тебе можно пить газированные напитки.

– По правде говоря, лучше всего подойдет вода.

Я беру ее бокал и иду налить ей воды. Компакт-диск с рождественскими песнями заканчивается, а потому я вновь нажимаю «Воспроизведение» и, передав Джесс ее бокал с водой, сажусь за стол.

Начинает звучать песня «На прошлое Рождество» в исполнении «Уэм!»[32]. Мне всегда нравился в ней перезвон бубенцов – в этом чувствуется настоящая рождественская классика. Я обычно подпеваю, но не тогда, когда у нас гости.

– Итак, на чем мы остановились? – спрашиваю я. – Джесс, ты хотела сказать тост?