Линда Грин – После меня (страница 19)

Мы оба прислоняемся к стене, грудь у нас обоих вздымается, мы оба пытаемся восстановить дыхание.

– Да уж, это стоило того, чтобы заставить лорд-мэра ждать, – говорит Ли, улыбаясь мне и убирая прядь волос с моих глаз.

– Мы еще не опоздали на начало мероприятия?

– Нет. Мы успеем. Но я не стал бы расстраиваться, если бы мы и опоздали.

– А я стала бы, – говорю я. – Мне очень хочется попасть на этот ужин.

– Куда оно все девается – то, что ты ешь? Ты такая худенькая!

– Моя мама говорила, что я проснусь на свой сороковой день рождения и увижу, что все то, что я когда-либо ела, за одну ночь легло жиром на моих бедрах.

– Я надеюсь, что этого не произойдет, – говорит Ли, проводя ладонью по моему бедру. – Мне они больше нравятся такими, какие сейчас.

Я расплываюсь в улыбке. У меня еще никогда не было парня, который вызывал бы у меня подобные ощущения. Мне хочется смаковать каждую секунду общения с ним. Но у меня в животе вдруг начинает громко урчать.

– Это сработала моя звуковая сигнализация по поводу того, что нам уже пора пойти чего-нибудь похавать, – говорю я, сдерживая смех.

– Ну, тогда пошли, – улыбается он. – Я не готов вступать в битву с твоим животом.

Ли наклоняется и целует меня в последний раз, а затем идет в ванную. Я стою в коридоре, пытаясь осмыслить то, что только что произошло. Меня охватывает беспокойство: а не использовал ли он презерватив, не спросив меня, потому, что я похожа на девушку, которая трахается с кем попало? Еще меня беспокоит, не вызвало ли у него отвращение то, что я слишком боюсь боли при эпиляции, а потому не удаляю себе волосы в интимных местах. Но больше всего меня беспокоит то, что я не могу перестать думать обо всем, что я видела в «Фейсбуке», вместо того, чтобы позволить себе влюбиться в этого мужчину.

Мы прибываем в отель ровно в семь часов. Я уверена, что от нас все еще пахнет сексом. Мы поспешно проходим через вестибюль, и Ли предъявляет наши приглашения мужчине, стоящему у двери зала для торжественных мероприятий. Тот кивает и показывает нам на дальнюю часть помещения. Все остальные уже сидят на своих местах. Ли, держа меня за руку, ведет к двум незанятым местам за столом лорд-мэра. Когда мы подходим, Ли отодвигает для меня стул. Лорд-мэр встает, и его примеру следуют все остальные сидящие за столом мужчины. Я улыбаюсь и быстренько сажусь на свой стул, подозревая, что над моей головой светится огромная неоновая вывеска со словами: «Я опоздала, потому что только что занималась вот с ним сексом». И от вывески идет стрелочка, указывающая на Ли.

Женщины за столом вежливо кивают. Я, черт побери, уверена, что они обо всем догадались. У меня щеки наверняка алеют так, что только на смущение этого не спишешь.

– Это большая честь – познакомиться с вами, – говорит Ли, протягивая руку лорд-мэру. – Ли Гриффитс, компания «Эклипс Пи-Ар». А это Джесс, моя возлюбленная.

«Возлюбленная». Он произнес это вслух. Значит, все это происходит на самом деле, а не в каком-то мультике Уолта Диснея.

– Очень рад, что вы смогли прийти, – говорит лорд-мэр, поочередно пожимая руку нам обоим. – А то я уже начинал подумывать, что мне, возможно, придется съесть три порции.

– Не переживайте, – говорю я. – Я не собираюсь оставлять от своей порции ни крошки.

Лорд-мэр наклоняется ко мне.

– Очень даже правильно, – говорит он, подмигивая. – Я прихожу на такие мероприятия только для того, чтобы бесплатно поесть, но лучше об этом никому не говорить.

Он знакомит нас со своей супругой. У нее стеклянное выражение глаз и пухлые щеки. У меня возникает подозрение, что и она приходит на такие мероприятия только для того, чтобы поесть.

Ли гладит под столом мою ляжку.

– Я же говорил тебе, что мы явимся сюда вовремя, – шепчет он.

– Люди смотрят на нас странными взглядами. Как ты думаешь, они знают, чем мы только что занимались, а?

– Мне наплевать, даже если знают. Они сейчас все лишь завидуют. Во всяком случае, мужчины.

Он снова мне улыбается. Подняв взгляд, я замечаю, что все сидящие за столом женщины смотрят на Ли. Похоже, что завидуют сейчас не одни только мужчины. Меня наполняет чувство гордости. Мне очень хочется крикнуть: «Эй, вы, он – мой, и нечего на него таращиться!» Но я этого не делаю. Однако вид у меня, наверное, очень даже самодовольный.

Когда компании Ли все-таки присуждают премию «Самое лучшее малое предприятие в Лидсе», я тихонько улюлюкаю, еле слышно присвистываю и громко хлопаю в ладоши. Хлопаю так сильно, что ладони у меня начинают болеть.

– Я же говорила тебе! – шепчу я, когда Ли возвращается с наградой к столу.

– Мне, пожалуй, следовало к твоим словам прислушаться, – говорит Ли. – Ты довольно хорошо умеешь предвидеть будущее. Если у тебя есть какие-либо соображения насчет того, какое число выиграет в лотерее, которая проводится в Йорке в следующий уик-энд, ты могла бы шепнуть мне на ушко.

Я улыбаюсь ему, искренне желая, чтобы это было единственным, что я знаю о будущем.

– Поздравляю, – говорит Ли женщина, сидящая рядом со мной.

– Спасибо, – говорит Ли.

– И вас тоже, дорогая.

Она улыбается.

– О-о, я не работаю в этой компании, – говорю я.

– Она пока еще не работает, – говорит Ли. – Я пытаюсь ее уговорить.

Я смотрю на него.

– Я серьезно, – говорит он. – Я хочу, чтобы ты стала работать у нас секретарем на ресепшене.

– Я тебе уже говорила, что мне это не интересно.

– Эта работа – твоя, если ты вдруг на нее согласишься.

– Я как-нибудь сама смогу найти себе другую работу, если захочу. Но как бы там ни было, я тебе уже сказала, что я не из тех, из кого получаются гламурные секретарши.

– И это говорит самая гламурная из всех женщин, находящихся в этом зале.

Я краснею.

– Ты изумительная, – продолжает Ли. – Кроме того, я смог бы видеть тебя намного чаще, потому что ты уже не работала бы в эти свои дурацкие поздние смены.

– Я попытаюсь выхлопотать себе свободный вечер на следующей неделе.

– Собеседования с кандидатами будут проводиться через неделю в среду. И в данном конкретном случае я буду рад сделать исключение для кандидатов, которые обратятся к нам уже после этого дня.

– Прекрасно. Но мне это все равно неинтересно.

– Ну, если ты вдруг передумаешь, то предложение остается в силе, – говорит Ли.

Когда он отводит взгляд куда-то в сторону, я украдкой смотрю на него. Он, похоже, немного расстроился. Этот парень, видимо, привык всегда получать то, чего ему хочется. Я надеюсь, что он не затаил на меня зло за мой отказ.

Мы выходим на ступеньки отеля «Квинс». Ли держит в руках полученную им награду. Мои ступни сильно болят. Я бросаю взгляд вниз, на туфли, и мне тут же вспоминается мама. Я невольно спрашиваю себя, болели ли у нее ступни, когда она носила эти туфли.

– Который сейчас час? – спрашиваю я.

Я оставила свои наручные часы в его квартире.

– Только что перевалило за десять, – говорит он.

– Тогда мне следует спешить. Может, еще успею на празднование дня рождения.

– Если хочешь, я вызову такси для тебя из своей квартиры.

– Спасибо. Ты уверен?

– Насчет оплаты – да. Насчет того, что тебе надо уехать, – нет.

Я смотрю на него:

– Я обещала.

– Я знаю. Но я не хочу, чтобы этот наш с тобой вечер закончился вот здесь. Я хочу отвезти тебя к себе домой. Хочу, чтобы ты у меня осталась. Хочу проснуться завтра утром рядом с тобой. Хочу провести с тобой уик-энд и сходить с тобой на воскресный обед к моей маме. Хочу делать все то, что делают влюбленные парочки. Я хочу быть с тобой, Джесс. Вот так вот все просто.

Я чувствую, как мое сердце раза в четыре увеличивается в размерах. Я даже начинаю бояться, как бы оно не выскочило у меня из груди. Уже несколько лет, лежа в своей спальне, я мечтала о том, как какой-нибудь парень скажет мне именно такие вот слова, но теперь, когда это наконец произошло, я должна отвернуться и уйти. Я буду круглой дурой, если так поступлю. Он получит полное право порвать со мной отношения, тем более что наверняка нет недостатка в кандидатках, желающих занять мое место.

– Я не взяла зубную щетку, – говорю я.

– Ты можешь воспользоваться моей.

– А еще я не взяла свои личные вещи. И мне нечего надеть на воскресный обед у твоей мамы.

– Это не проблема. Спать ты можешь и голой, а всю другую необходимую одежду мы можем купить завтра. Магазины работают с десяти утра.