Линда Фэйрстайн – Костяной склеп (страница 21)

— Не подменишь меня? — Я с надеждой посмотрела на свою помощницу. — А то вдруг завтра проснется эта головная боль Райана. У нас и так трое под судом, а на носу праздники. Неугомонный молодняк наверняка активно готовится встретить лето. — В летний сезон кривая преступности стремительно взмывала вверх.

— Это распространяется и на решения начальства? — спросила Сара с улыбкой.

— Ты даже к Маккинни можешь подмазаться, если будешь в настроении.

Зазвонил телефон, и я потянулась к трубке, но Лаура опередила меня. Она сообщила, что на проводе Чепмен.

— Я только что передала свои дела Саре. Скоро буду, — пообещала я.

— Я звоню не потому. Дело в том, что доктор К. все еще в Челси, досматривает сцену домашнего кровопролития. Скажи, что нужно, чтобы изъять чей-то паспорт? — поинтересовался Майк.

— То, чего у тебя, по всей видимости, нет и в помине: веское основание. Кстати: Пьер Тибодо уже упаковал свои пожитки? — Я беспокоилась, что бывший директор захочет смыться из города, но потом решила, что он, скорее всего, задержится, пока не назначат его преемника.

— Я только что звонил мисс Дрекслер, узнать, когда будет готов список всех сотрудников и когда Тимоти Гейлорд, так внезапно покинувший нас вчера, сможет продолжить нашу экскурсию. К сожалению, мне сообщили, что он был вынужден сегодня вечером выехать из страны.

— По делам или просто проветриться?

— Едет в Чили на конгресс по мумиям, — сообщил Майк и повесил трубку.

12

Я подъехала на такси к зданию морга на 30-й Восточной улице, вышла из машины и зажмурилась от яркого солнца. Санитар с пустой каталкой прошел мимо меня ко входу в здание, и Майк Чепмен придержал открытые двери, пропуская его. Странно было слышать пение, раздающееся в этом мрачном месте, куда мертвецов везли на свидание с патологоанатомами.

— «Видишь эти пирамиды у Нила…»[33] — напевал Майк вполголоса, скорее в стиле ду-уоп,[34] чем в манере Джо Стаффорд, которая записала эту песню в 1956 году.[35]

Майк одной рукой опирался на дверной проем так, что мне пришлось пригнуться, а другой махнул в сторону водителя «Скорой помощи», как раз дойдя до заключительных слов песни «Ты принадлежишь мне».

— Смотри, сейчас укушу, — пригрозила я. — Ну что у нас там с конгрессом по мумиям?

— Это Четвертый Всемирный конгресс — этакая грандиозная тусовка ученых. Среди них, наверное, Маккинни мог бы подцепить парочку подходящих специалистов для своего семинара по убийствам.

Окружная прокуратура каждый год проводила съезд высокопоставленных представителей разных правоохранительных ведомств, где обсуждались новейшие достижения в расследовании и судебном рассмотрении дел, связанных с убийствами. Проект этот был любимым детищем Пэта Маккинни, и в течение года он уделял немало времени поиску самых компетентных и передовых экспертов и самого неудобного и неподходящего жилья для делегатов.

— Нет, правда, что ли, такое проводится? — не поверила я.

— Мисс Дрекслер считает это собрание чуть ли не вторым по значимости после папской консистории. Каждые три года веселая компания палеопатологов и египтологов собирается, чтобы обсудить важные вопросы в области исследований мумий, древних и современных. Читают доклады, знакомятся с новыми методами, сравнивают образцы иероглифов… Ну и все в таком духе.

— И что за темы?

— ДНК в мумиях, человеческие жертвоприношения в Андском высокогорье, паразиты, поселяющиеся в мумифицированных трупах.

— Гейлорд не мог пропустить этот конгресс? Или послать кого-нибудь из своей свиты? Как там… Алан Дершовитц[36] дает интервью каналу Си-эн-эн с пляжа нудистов возле Мартас-Виньярд.[37] Уверена, этому парню мы бы предложили нечто поинтереснее.

— Он читает ключевой доклад в эти выходные «Этические аспекты исследования праха представителей древних цивилизаций». В данном вопросе он, должно быть, самая заинтересованная персона. Как говорит Дрекслер, это весьма сложная проблема в музейном деле. Вещи, которые еще пятьдесят или сотню лет назад воспринимались нормально, сегодня табу. Это затрагивает прежде всего отношение к раскопкам священных могил и тему надругательства над духами умерших.

— А почему выбрали именно Чили? — удивилась я.

— Там есть пустыня под названием Атакама.[38] Одно из самых безлюдных мест на Земле.

— Ты знал это? Там, наверное, проходила какая-нибудь битва.

— Никогда о ней не слышал, — признался Майк. — Это все я знаю благодаря мисс Оперативность, моей связной с главным знатоком мумий. В северной части Чили есть небольшой городок Арика, расположенный рядом с пустыней. Хотя о самом городке я знал. Перу его отдало Чили после Тихоокеанской войны.[39] По Анконскому договору.[40]

— Ты знаешь о таких войнах, о которых я даже не слышала.

— Чего я не знал, так это что сухой климат Атакамы просто идеально подходит для длительного хранения человеческого тела. Сущий рай для мумий. Там их, возможно, больше, чем во всей долине Нила.

— Интересно, Гейлорд едет туда потому, что ему нечто известно, или он, наоборот, хочет что-то узнать?

— Мне очевидно одно, — сказал Майк. — Кто бы ни был убийцей мисс Грутен, ему нет надобности ехать на это ученое собрание. Тот, кто ее прикончил, этот курс уже прошел. А ты полагаешь, Гейлорда надо остановить для пущей верности?

— На каком основании? У нас на него ничего нет. Думаешь, он не вернется?

— Ева Дрекслер говорит, что ко вторнику он будет на работе.

— Меня больше беспокоит Пьер Тибодо, — призналась я.

— Ева сейчас как раз пакует его вещи. Образцы ее ДНК тебе не нужны? Могу поспорить, что на всем его добре остались следы слез. Думаю, она готова поехать за ним хоть до самого Парижа.

Когда мы подошли к кабинету доктора Кестенбаума, тот уже вернулся из Челси, где произошла кровавая резня.

— Итак, что вы уже знаете о ядах? — обратился он к нам обоим.

— Начните с самого начала, док, — попросила я. — Мы в этом вопросе дилетанты.

— Катрину Грутен отравили мышьяком. Я передал образцы ее тканей и волос для токсикологической экспертизы и анализа митохондриальной ДНК, правда, результаты будут не скоро.

— Вчера вы лишь предполагали, а сейчас в этом уверены?

— Налицо несколько явных симптомов, Алекс. Во-первых, я сразу заметил у нее на ногтях четко выраженную линию Миза.

— А что это?

— Белая поперечная линия на ногте, свидетельствующая о присутствии в организме мышьяка. Вы упомянули, что когда сдвинули крышку саркофага, то сразу уловили сильный запах. Я тогда спросил, что он вам напоминал, а вы ответили, что в нем ощущалась пряная, пикантная нотка. Я еще подумал, неужто чесночная. Затем я увидел выпавшие волосы и ресницы — это уже несомненный признак большого содержания в организме мышьяка. Разумеется, полный отчет вы получите позже, к началу следующей недели, а это мои первоначальные наблюдения, сделанные до вскрытия.

— Док, а вам доводилось когда-нибудь видеть тело в такой сохранности?

— Ни разу. Это противоестественно. Но ручаюсь, что никаких хирургических действий, чтобы добиться этого, с телом не производилось.

— Осталось выяснить, предвидел ли это убийца, когда прятал ее тело, или же подобное состояние результат чистой случайности. Правда, не без участия климатического фактора, так?

— Полагаю, Майк, именно так. Когда у меня на руках будут результаты токсикологической экспертизы, надеюсь, подтвердится мое предположение, что убийца мисс Грутен не пытался скрыть следы ее отравления мышьяком.

— Что вы имеете в виду? — не поняла я.

— То, что он не рассчитывал, что ее найдут спустя шесть месяцев, если вообще…

— Или даже спустя год, на другом континенте.

— Что было бы еще лучше для него. Не похоже, чтобы жертве давали мышьяк в малых дозах. Думаю, убийца рассчитал все так, чтобы ее тело долгое время пролежало в каком-то укромном месте, где бы потихонечку разложилось, прежде чем кто-нибудь спохватился бы на ее счет.

— А в питьевой воде не бывает мышьяка?

— Знаешь, Куп, нужно испытывать очень сильную жажду, чтобы суметь так вот упиться. Можешь позвонить моей маме. Она не нарадуется тому, как пригодилось мне мое образование. Сначала нахожу Нетленную. Сейчас могу поразить тебя знаниями об Альбертусе Магнусе — Святом Альберте Великом — он ведь тоже причастен к этой теме. Кажется, это он первым выделил мышьяк в натуральном виде. Я прав, док?

— Да, Майк. Со Средних веков это был один из самых популярных способов отравления. В течение какого-то периода он был столь доступным средством убийства, что англичане называли его не иначе, как «порошок наследников». Идеальный способ устранить члена семейства, в чьих руках были финансы.

— И твоя правда, Алекс, — обратился ко мне доктор, — мышьяк присутствует в питьевой воде в различных соединениях, которые попадают в воду с поверхности Земли. Большой процент соединений мышьяка в промышленных отходах. Есть он и в рыбе, и некоторых других продуктах. Но если бы Грутен отравилась питьевой водой у себя на работе или дома, не она одна почувствовала бы себя плохо. Стало бы плохо всему району.

— И как ты себе это представила, Блондиночка? По-твоему, она сначала наглоталась водопроводной воды, потом легла в древний саркофаг и над ним вдруг задвинулась крышка?

— Но ты ведь в курсе, что Баталья станет допытываться, есть ли хоть малейшее основание думать, что Грутен умерла в результате несчастного случая. Вот я и пытаюсь сразу отсечь все очевидные нестыковки.