Линда Фэйрстайн – Дурная кровь (в сокращении) (страница 20)

Я открыла дверь в коридор и пощелкала выключателем, чтобы привлечь внимание Майка.

— А тебя не заинтересовало то обстоятельство, что Квиллианы успели наследить и в этом деле? — спросил он.

— Я опять что-то проглядела? Триш ведь сказала нам, что копы приходили к ним домой. Она и Бекс были близкими подругами.

— Да, но полицейские постучались в их дверь потому, что искали Брендана. — И Майк помахал в воздухе бумагами.

— Что ты там обнаружил?

— Регистрационные записи телефонных вызовов. Данные за три месяца — о звонках, которые делались из дома Бекс вплоть до ее убийства. Время от времени кто-то звонил оттуда на сотовый Брендана.

Я подошла к Майку, просмотрела бумаги. Некоторые телефонные номера были обведены красным фломастером.

Он прочитал из отчета детектива:

— «Миссис Хассетт и ее сын утверждают, что они по этому номеру не звонили. Число исходящих вызовов значительно возросло за месяц до того, как Бекс начала проводить ночи в парке».

— А стенограмма допроса Брендана здесь имеется?

— Куда подевалась твоя романтичность, Куп? У Брендана в это время был медовый месяц. Бекс убили через неделю после его свадьбы. — Майк поджал губы, прочитал часть отчета, потом сообщил: — Была допрошена миссис Квиллиан. А также двое ее сыновей и Триш. Брендан находился за пределами страны, где он и как с ним связаться, его мать не знала. Проверь-ка эту историю насчет медового месяца в семействе Аманды, ладно? Дюк Квиллиан в это время лечился от рака в клинике Слоуна и Кеттеринга. Это детектив выяснил сам.

— В любом случае, подозревать братьев — это уже слишком.

— Может быть, не так уж и слишком, как тебе кажется. Ты же пока не видела вот эти записи. — И Майк сунул мне под нос еще один документ. — Похоже, детектива все это заинтересовало настолько, что он добился от судьи разрешения на просмотр сведений о сотовом Брендана.

— И что там? — спросила я.

— Последний звонок был сделан с сотового телефона Брендана за день до его женитьбы. На номер Хассеттов. Миссис Хассетт сказала детективу, что Брендан звонил, пытаясь выяснить, где Бекс.

— Я понимаю, дело старое. Я не стала бы просить тебя о помощи, если бы могла просто прийти в морг и поговорить с человеком, который производил вскрытие, — сказала я в понедельник, в восемь пятнадцать утра, Джерри Дженко, полицейскому патологоанатому, который давал на прошлой неделе показания в суде. Я позвонила ему из своего кабинета. — Делом занималось ваше отделение в Бронксе.

— Врач, который производил посмертное вскрытие, умер, Алекс, — сказал он. — От естественных причин. Он и тогда уже был человеком преклонных лет.

— В деле есть нестыковки, и Майк Чапмен считает, что было бы неплохо снова присмотреться к физическим уликам. Ему нужно взглянуть на оригинальные записи медэксперта и на фотографии, которых нет в отчетах детектива.

— Вы оба смерти моей хотите. На что нацелился Майк?

— Он обнаружил в документах по тому делу имя Брендана Квиллиана.

— Что-нибудь еще? Ты же знаешь, физических улик у нас здесь нет.

— Я понимаю. Мерсер собирается съездить в Куинс, в архив полицейского управления. То дело забуксовало. Детектив ухватился за подозреваемого, показания которого не сходились с отчетом патологоанатома.

— О нет. Теперь я понял, куда ты клонишь. Это тебя Батталья науськал?

— Джерри, я его с прошлой недели и не видела ни разу. А на что он мог меня науськать?

— Он позвонил главному медэксперту и поинтересовался, какое заявление ему следует подать, чтобы получить разрешение на эксгумацию тела. Помнишь ту историю в Челси, случившуюся пару лет назад? Копы взяли убийцу, который признал, что застрелил одного малого, а при исследовании тела патологоанатом обнаружил ножевые ранения.

— Ты забегаешь вперед, Джерри. Эксгумация? Мне это пока в голову не приходило.

— Ну еще бы. В общем, оказалось, что арестовали-то они настоящего убийцу, — сказал Джерри. — Он и вправду выстрелил жертве в грудь, а потом попытался выковырять пулю перочинным ножом. Так что ошиблись все-таки мы. Прозевали при вскрытии пулевое отверстие.

— Послушай, все, о чем я тебя прошу, — это найти для меня дело Хассетт.

— Ну да, вот с таких просьб обычно и начинается большая морока. Кто-то из ваших ретивых молодцев пытается продемонстрировать творческий подход, сделать что-нибудь полезное. А затем Батталья, почуяв, что пахнет жареным, переводит все на другой уровень.

И все же вряд ли Фин Бейлор, говоря нам, что Триш Квиллиан лучше откапывать кости на ее собственном заднем дворе, имел в виду именно эксгумацию.

Весь следующий час я просидела на телефоне, разговаривая с нужными людьми, уговаривая их помочь Мерсеру, если вдруг он отыщет что-то интересное. А потом мне позвонила по внутренней связи Роза Мэлоун, секретарь Баттальи, — позвонила, едва он появился в своем шикарном кабинете.

— Здесь Пэт Маккинни с боссом. В Городском совете собирают срочное совещание, и ему нужны от тебя какие-то сведения.

Маккинни был моим прямым начальником по Судебному отделу — и несгибаемым бюрократом, выше всего ставившим субординацию. Ему очень не нравились мои довольно теплые отношения с Баттальей, который с уважением относился к работе Отдела преступлений на сексуальной почве и разрешил мне обращаться к нему напрямую.

Я прошла по коридору восьмого этажа, охранник отпер для меня дверь в административное крыло.

— С добрым утром, Роза, — сказала я. — Ну разве можно начинать таким манером рабочую неделю?

Роза много лет была моей верной подругой, да еще и самым тактичным на нашей планете существом. Профессиональную жизнь Баттальи она организовала с редкостным мастерством и точностью, делая при этом все возможное, чтобы защитить меня от нередких попыток Маккинни вонзить мне нож в спину.

Когда я вошла, Роза рылась в шкафу с папками. Всегда безупречно причесанная, носившая узкие юбки, которые подчеркивали ее великолепную фигуру, Роза добавляла изысканности мрачноватому убранству прокурорской приемной. Она повела глазами в сторону кабинета Баттальи:

— Совещание связано со взрывом в туннеле, ну я и сказала боссу, что ты, скорее всего, в курсе дела.

Я направилась к кабинету и еще в дверях учуяла запах сигары, которую курил Батталья.

Окружной прокурор сидел за длинным столом для совещаний, положив руку на многоканальный телефон. Рядом с ним у стены, увешанной десятками почетных дипломов, сидел Маккинни. Изо рта Баттальи торчала, как пробка из бутылки, толстая сигара. Он положил ее в пепельницу и улыбнулся:

— Алекс, Пэту придется представлять меня в управлении мэра. Там собирают совещание, на котором будет уточняться план аварийной эвакуации населения города.

— Это связано со взрывом в Водоводе номер три?

— Взрыв стал катализатором. Какой бы ни была его причина, он напомнил всем и каждому, что, если любой из наших туннелей откажет — из-за усталости металла, атаки террористов или другого преступного действия, — все население города придется эвакуировать.

— Не глядите на нас с таким скепсисом, — проговорил Маккинни. — Вспомните катастрофы последних лет. Вспомните об урагане «Катрина», о Новом Орлеане.

— Я знаю, Пол, что группа по борьбе с терроризмом продолжает заниматься этой версией, однако мы с Майком уверены, что взрыв как-то связан с «песчаными кабанами», — сказала я.

— Садитесь. — Батталья указал мне на кресло по другую сторону стола. — Что навело вас и Майка на эту мысль?

Я пересказала все известные мне факты, упомянув и о монтировке, которая едва не прервала нашу воскресную экскурсию. Батталья выслушал меня очень внимательно.

— Стало быть, Джерри Дженко рассказал вам об эксгумации? — спросил он. — Надо бы подумать о том, как уломать судью Герца провести эксгумацию и в связи с делом об убийстве Хассетт.

Я провела пальцами по корешку лежавшего на столе тома уголовного права.

— Я знаю, вас такие соображения останавливают редко, и тем не менее в этой книге описано одно пустяковое понятие, именуемое юрисдикцией. А Бекс Хассетт убили в другом округе.

— Так используйте ваши творческие способности, Алекс. Может быть, Квиллиан звонил ей из Манхэттена. В конце концов, я всегда могу передать это дело окружному прокурору Бронкса.

— Не будем торопиться, Пол. Давайте посмотрим, в каком состоянии пребывают вещественные доказательства. Мне нужны основания для того, чтобы хотя бы открыть дело.

— Потрясите немного клетку, в которой сидит Брендан, Алекс. Задействуйте воображение. Поклюйте, если получится, печень Лему Хауэллу. Даже если Герцу это не понравится, пресса все равно будет от вас без ума.

— При всем моем уважении к вам, Пол, не думаю, что… — начала я.

Батталья снова поднес к губам сигару.

— Маккинни, сходите сегодня после полудня с Алекс в суд. Помогите ей управиться с судьей.

В течение следующих двух часов я пересматривала порядок опроса моих свидетелей. Правда, нерешительность судьи насчет вызова эксперта по домашнему насилию сильно мешала мне, однако я надеялась, что сегодня во второй половине дня он все же даст мне зеленый свет.

Лора принесла мне сэндвич, и я съела его прямо за рабочим столом, пока переписывала заключительное слово. В первой версии я ссылалась на показания Марли Дионна, однако после того, как на него напали в тюрьме, он отказывался разговаривать с кем бы то ни было.