Лина Янтарова – Доброе зло (страница 58)

— Это стоило ей сердца и всех светлых чувств. Она стала жесткой, почти жестокой, бескомпромиссной и коварной. Не только по отношению к врагам, но и к своей семье. Когда родилась моя мама, счастью Вероники не было предела. Она надеялась, что Ирис станет опорой, такой же могущественной темной ведьмой, как и мать. Напрасно…

Фаелан молчал, давая ей возможность выговориться. Даже волны, казалось, притихли, слушая рассказ.

— Моя мама, — чуть мягче продолжила Айви. — Родилась слабой. Любовь к людям и доброта значительно превышали размер ее магического резерва. Вероника сочла это насмешкой судьбы, злым роком, с которым она должна справиться. Сначала она заперла дочь в поместье, а после, когда Ирис сбежала со светлым колдуном, отреклась от нее. Бабушка считала, что от такого союза появятся проклятые дети…

— Проклятые дети? — переспросил Фаелан.

— Легенда о Лаис и Летиции. Они не только родные сестры, но и темная и светлая ведьмы. Кроме них, Алтан не знал такого примера. В союзах светлых и темных дети всегда наследуют одну сторону, но испокон веков передается пророчество, предупреждающее о кончине мира, если на свет родятся две девочки, обладающие разной магией. Ты никогда не слышал о нем?

— Ах, это, — по губам Фаелана скользнула насмешка. — Слышал, конечно.

Удивленная пренебрежением, Айви поинтересовалась:

— Ты не веришь в пророчество?

— Я не верю, что два невинных младенца могут стать смертью Алтана, если только в их неокрепших умах не поселят эту идею, искусственно разжигая ненависть.

— Судьба всегда забирает свое, — ответила Айви. — Есть вещи и события, которые не дано изменить.

Фаелан упрямо дернул уголком рта.

— Отговорка для тех, кто не желает брать ответственность.

— Ты говорил, твои родители погибли в песчаной буре. Кто же, по-твоему, виноват, если не судьба?

Лицо Фаелана помрачнело. Бесконечно жалея, что затронула эту тему, Айви добавила:

— Мы следуем по предначертанному пути, лишь изредка позволяя себе отойти ненадолго в сторону. Но на какую бы развилку мы не свернули, в итоге все равно придем туда, где должны быть.

Мерьель стиснул челюсти так, что на скулах заходили желваки. Овладевший им гнев исказил черты лица, заставил янтарные глаза потемнеть. Он глухо ответил:

— В гибели моих родителей виноват тот, кто ради собственной прихоти вынудил их отправиться на границу во время бури. Старший сын Джоста Траэна не захотел подождать пару дней в безопасном трактире, из-за чего мои родители и еще несколько колдунов отправились на смерть.

Айви коснулась его руки, прошептав:

— О, Фаелан… Прости. Мне не следовало…

— Ничего, — усмехнулся он. — Мою судьбу зовут Джоэл Траэн. И я могу с ней справиться.

Предчувствие опасности кольнуло где-то в грудине. Стараясь не выглядеть слишком потрясенной, Айви спросила:

— Что ты имеешь в виду, говоря о том, что можешь справиться с ним?

— Он больше не сможет повлиять на мою жизнь, только и всего.

Фаелан наконец посмотрел на нее. Черты его лица смягчились, гнев покинул глаза.

— Ты беспокоишься за меня, — с легким оттенком самодовольства произнес он.

Айви смутилась.

— Конечно, беспокоюсь. Ты ведь тоже беспокоишься за меня?

Она попыталась перевести все в шутку, но Фаелан с бесконечной серьезностью подтвердил:

— Ты единственная, за кого переживаю, Айви. Больше, чем мог себе представить.

В его глазах мелькнул огонек сожаления. Чем слаще были слова, тем горше представлялась неминуемая разлука. Скоро их дороги разойдутся…

«Если бы я только могла остановить время,— с грустью подумала Айви. — Если бы только я могла украсть эти месяцы рядом с ним, оставить себе навечно…».

От тоскливых мыслей ее отвлекли София и Итан. Их лица светились торжеством — едва взглянув на радостную подругу, Айви поняла, что затея увенчалась успехом.

— Получилось! — крикнула София. — А что с Лорой? И где Фелисити?

— Я схожу за ней, — вызвался Фаелан.

— Лора и Адриан напали на нас, — объяснила Айви, подойдя к подруге. — Пришлось их… Нейтрализовать. Все в порядке, она просто спит. Магический след у вас?

— У Итана. Начнем ритуал? Солнце почти село, — с тревогой подметила София.

Айви кивнула и огляделась. Волны, камни, воздух.

— Нужны представители трех стихий. Ты, Фелисити и Фаелан как раз подходите. У Рэквилла магический след…

Элвуд отошла в сторонку, предоставляя остальным возможность провести ритуал. Фелисити, узнав, что ей придется взять Итана за руку, долго кривилась, но все же смогла преодолеть неприязнь. Глядя на то, как Уолш старательно ломает застарелую ненависть, Айви прикусила губу. Может, турнир пойдет им во благо…

Артефакт был спрятан у подножия Башни, глубоко под грудой камней. Фаелан легко извлек небольшую коробочку, от которой веяло холодом и тьмой. Внутри оказалось пять неприметных брошей в виде крыльев горгульи.

— Что это? — София с опаской всмотрелась в украшения. — Они выглядят…

— Черная магия, — мрачно подтвердила Айви.

Не ощутить ледяное дыхание тьмы не представлялось возможным. Остальные переглянулись, размышляя над странным подарком ректора.

— У них должна быть какая-то функция, — Фелисити недоверчиво потрогала одну из брошей. — Или господин Даварре решил погубить нас.

— Они для связи, — сказала Айви. — Если мы наденем их, сможем общаться друг с другом на расстоянии. Древняя и сильная магия.

София просияла.

— Это поможет в турнире!

— Разве подобные штучки не запрещены? — нахмурилась Фелисити.

— Нельзя проносить только оружие и потенциально опасные предметы, — ответил Итан.

Брат и сестра, осознав, что только что вели беседу, разом замолчали и отвернулись друг от друга.

— Даварре не дал бы нам их, если бы это было запрещено, — Фаелан взял одну из брошей. — Не будем отказываться от помощи ректора.

Остальные последовали его примеру. Взяв в руки украшение, Айви невольно поморщилась. Какая темная и неприятная сила! Она не представляла, сколько воли нужно, чтобы подавить такое внутри себя.

— У нас получилось, — София так и сочилась воодушевлением. — Мы смогли работать вместе и никого не убить.

— Еще не вечер, — ухмыльнулась Фелисити. — Говоря о жертвах… Нужно что-то сделать с ними.

Она кивнула на лежащую без сознания Лору.

— Мы с Итаном позаботимся о них, — решил Фаелан. — А вам следует отдохнуть.

Фелисити закатила глаза.

— Какая милость!

Айви дернула ее за рукав.

— Не будь такой неблагодарной. Идем.

Не слушая возражения Уолш, которая на самом деле была не против вернуться в теплую Башню, они отчитались перед ректором и разошлись по комнатам. Лежа в кровати и слушая привычный шум в коридоре, Айви вертела в руках крылатую брошь — символ академии — и вспоминала, как не хотела ехать сюда.

Теперь же, еще не покинув «Умбру», она уже скучала. Приближающийся турнир Света и Тени был спасением и проклятием одновременно: подсказкой в поисках Лилиан и завершением учебы в академии. Но пока еще есть время…

Сжав брошь в кулаке, Айви уснула, преисполненная решимостью провести оставшийся месяц с пользой. Дни пролетели как один: прогулки с Софией, общие тренировки, скучные и не очень занятия…

Даже злобные взгляды Лоры и Адриана радовали ее. Но особое место в душе и сердце занял Фаелан. Она находилась в его комнате, лениво пролистывая учебник, пока колдун играл с ее распущенными волосами, наматывая тонкую прядку на палец.

— Заклинание падения… Как тебе? Делает ноги ватными, — сообщила Айви.