Лина Винчестер – Эскиз нашей любви. Ноттингем. Комплект из 2 книг (страница 9)

– Все нормально, тебе не за что извиняться. Это не задело меня так, как могло показаться со стороны. Там нет ничего настолько страшного, что обсуждали бы в ток-шоу или вроде того.

– Правда? Это хорошо, потому что я тогда едва не ляпнул чушь про отчима-педофила.

Сама не замечаю, как на этот раз усмехаюсь уже я. Этого тоже не должно было случиться. Не хочу смеяться над его шутками.

– Так что скажешь, Энди, между нами мир?

– Вау, ты все-таки знаешь, как меня зовут.

– Знаю, Банни, конечно, знаю.

Поджав губы, внимательно смотрю на Кэмерона. Он вызывает у меня двоякое впечатление. Когда он говорит искренне и не усмехается над каждым моим движением и словом, то даже кажется мне неплохим парнем. Но когда он подшучивает надо мной и называет глупым прозвищем, я начинаю злиться.

– У меня от тебя голова болит, Кэм.

Мокрая кофта снова прилипла к моей коже. Поморщив нос, я беру ее самыми кончиками пальцев, оттягиваю от груди. Видя это, Кэмерон вдруг делает шаг назад и, начинает снимать свой свитшот.

– Эй-эй, – пугаюсь я и сильнее прижимаюсь к краю раковины, – ты чего делаешь?

– Раздеваюсь, но не возбуждайся раньше времени.

Когда он снимает свитшот, я вижу, что под ним надета светлая футболка с логотипом «Guns N Roses».

– Держи.

Кэмерон протягивает мне толстовку, а я смотрю на нее, ожидая подвоха.

– Это просто кофта, Банни. Если парень хочет помочь тебе, это не значит, что он ждет что-то взамен. Бери уже. Или, – в его взгляде читается удивление. – Погоди, кажется, я понял. Ты просто хочешь мою футболку, она нравится тебе больше, да? Ладно.

Он бросает толстовку на раковину за моей спиной и тут же хватается за край футболки.

– Перестань, не нужна она мне.

– Правда? Я так не думаю.

Глядя в потолок, Кэмерон медленно снимает футболку, оголяя плоский живот, и при этом тихо напевает песню «Knockin On Heaven’s Door» – той самой группы, чей логотип красуется на его футболке.

– Понимаешь, – говорит он. – Я чувствую себя виноватым перед тобой, а еще вижу, как ты хочешь эту футболку. У меня просто нет другого выбора, Энди.

– Хватит, – испугавшись, что он правда разденется, хватаю его запястья и резко тяну вниз, заставляя опустить футболку. – Прошу тебя, не надо больше раздеваться.

– Надо же, ты просишь меня не раздеваться. Это удар по самолюбию, знаешь ли.

– Надо же, а я думала, что его ничем не пошатнуть. То есть, если бы я попросила снять трусы, то ты бы и их снял из чувства вины?

– Ну, – пожав плечами, он тянется к пуговице на темных джинсах, пока мои пальцы продолжают лежать на его запястьях, и, опомнившись, я тут же отдергиваю руки, словно обожегшись. – Кажется, я начал понимать твои намеки. И если таким образом ты хочешь выразить мне благодарность за помощь…

– Боже, нет! – я прижимаю ладони к горящим щекам и неожиданно для самой себя усмехаюсь. – Ты ужасен! Нет, ты просто отвратителен!

Дверь открывается, и в проеме появляется девушка. Она оценивающе смотрит, как бы прикидывая, может ли зайти.

– Еще пару минут, – говорит ей Кэмерон. – Я отдам этой девушке свои трусы, и мы выйдем. Она – безумная фетишистка.

Хихикнув, девушка кивает и уходит, прикрыв за собой дверь.

– Фригидная пьяница, – бормочу я себе под нос. – Так еще и безумная фетишистка. Обо мне должны снять фильм.

Вздохнув, Кэм упирается ладонями в края раковины по обе стороны от меня.

– Достаточно просто сказать «спасибо» и взять кофту, Энди. И я знаю, что тебе невтерпеж, но, пожалуйста, давай отложим благодарственный минет на потом.

– Ты больной.

Не понимаю, как ему удается быть таким обаятельным в тот момент, когда он шутит на пошлую тему? Странно, но несмотря на то, что Кэм нарушает мое личное пространство, я не чувствую от него угрозы. Уверена, что он не зайдет дальше глупых шуток, не станет лапать меня или грубо приставать. Кэмерон популярен среди девушек кампуса, и я знаю, что еще никто не жаловался на его поведение, ни одна девушка, с которой он был, не могла сказать о нем плохо. А может, все дело в том, что в его улыбке все же есть что-то гипнотическое, что заставляет меня думать о нем не так плохо, как хотелось бы.

– Что за взгляд? – улыбнувшись, он склоняет голову набок.

Он снова слишком близко, и так мало сантиметров разделяют наши лица.

Понимая, что еще немного – и это молчание станет неловким, я проскальзываю под его рукой и беру свитшот.

– Ты мог бы, – верчу пальцем в воздухе, – отвернуться и подержать дверь, чтобы никто не вошел?

Кэмерон послушно отходит на несколько шагов и поворачивается ко мне спиной. Спрятав одну ладонь в переднем кармане джинсов, другой он облокачивается на дверь. Какое-то время я стою, чтобы убедиться в том, что он не обернется, а затем сама поворачиваюсь спиной.

– Ты думаешь, что я воспринимаю любую мужскую помощь, как взятку и намек на секс, да? – спрашиваю я.

– Да. А тебя волнует то, что я думаю?

– Не знаю, – честно отвечаю я, вытирая сухой стороной испорченного пуловера живот и грудь. – Мне не хочется выглядеть такой.

– Вообще или в моих глазах?

– Этот факт разобьет твое нежное сердце, – говорю я и надеваю мягкий свитшот, от которого приятно пахнет стиральным порошком и мужским парфюмом, а затем вытаскиваю из-под него волосы. – Но я говорила в общем.

Пока подворачиваю длинные рукава, аромат парфюма Кэма полностью обволакивает меня, и я чувствую себя странно. Мне совсем не хочется знать, как там от него пахнет. Вкусно. Свежестью, цитрусом и нотками корицы. Я настолько не хочу знать это, что цепляю пальцами воротник, осторожно подношу к носу и делаю вдох, надеясь, что запах мне разонравится.

– К слову, если тебе вдруг интересно, то в моих глазах ты выглядишь очень даже неплохо.

Что-то в его тоне заставляет меня замереть. Я резко оборачиваюсь, потому что вдруг понимаю, что он смотрит на меня, но Кэмерон по-прежнему стоит спиной. Но я тут же ловлю его взгляд в отражении зеркала. Он подглядывал за мной все это время, вот же ублюдок!

Вскинув ладони, Кэм оборачивается.

– Клянусь, Банни, я посмотрел только тогда, когда понял, что ты надела кофту.

– И как ты это понял?

– Прошло уже пару минут. Надеть толстовку – совсем не то, что занимает много времени.

Он только что говорил, что я все воспринимаю как намек на секс, а сам подглядывает! Мысли у парней всегда сводятся к одному. Мне вдруг становится противно, словно мокрая кофта еще на мне. Я чувствую, как пылают мои щеки, а руки сами сжимаются в кулаки. Даже не знаю, я больше зла и разочарована в Кэмероне или в себе за то, что поверила ему.

– Сделаю вид, что поверила, – хватаю промокший пуловер с сумкой и иду к двери, но выйти мне не удается, потому что Кэм прижал ее своей спиной. Я вопросительно смотрю на него, намекая на то, что он должен отойти.

– Я не смотрел, пока ты переодевалась, – вновь повторяет он.

– Хорошо. Спасибо за то, что одолжил кофту. А теперь можно мне выйти? Пожалуйста, Кэмерон.

Слово «пожалуйста», произнесенное дрожащим голосом, работает как заклинание: Кэм тут же отходит в сторону и открывает дверь.

– Черт, Банни, – доносится за спиной его голос. – Мы только нашли бесконфликтную волну, а я уже облажался.

Стиснув зубы, я поворачиваюсь и продолжаю идти по коридору, не оглядываясь.

– Это было до того, как я поняла, что ты извращенец.

– Это есть, – вскинув ладони в мирном жесте, он медленно приближается, – когда ты попросила меня снять трусы, ты не была извращенкой. А когда я якобы подсматривал, – он демонстрирует пальцами кавычки, – хотя не делал этого, ты поставила на мне клеймо извращенца?

Кэмерон словно нарочно говорит это громко, чтобы все в коридоре услышали. Когда я вижу, что все обернулись, мне хочется провалиться сквозь землю. Открываю рот, чтобы ответить, но вдруг спиной упираюсь в кого-то.

– Осторожней, Уолш, – я сразу же узнаю голос Гарри. Он крепко сжимает мои плечи, придерживая. – Уже напилась? Не рановато?

– Это же вечеринка, – я оборачиваюсь и дергаю плечами, освобождаясь от его рук. – Здесь нельзя напиться слишком рано.

Взгляд Гарри слегка рассеян, тонкие губы растянуты в ленивой улыбке. Он выглядит сонным или обкуренным. Темные волосы растрепаны, но это явно не предусмотренный эффект, а работа женских пальцев, недавно игравших с его прической. След от розовой помады на воротнике расстегнутой рубашки разобьет Джин сердце.

Вытянув руку, Гарри опирается ладонью о стену и, взглянув на Кэмерона, взмахивает пальцами.

– Какими судьбами, Кэми? Не думал, что увижу тебя здесь сегодня.