Лина Шир – Сказочный попаданец (страница 23)

— Хочу повиноваться Кощею Бессмертному… Говори, княжич…

— Хочу… повиноваться… К…

Глухой звук, похожий на звук удара, а потом громкое:

— Ха! Я же говорила, что эта штука нужная!

Все в один миг вернулось на свои места. Вадим моргнул и увидел перед собой Ягу. Ее платье снова была рваным, волосы торчали во все стороны, на лице была радостная улыбка, а в руках она сжимала канделябр.

— Ты спас меня!

— Ты спасла меня!

Неловкая пауза, а затем смех. Ядвига провела рукой по волосам и поставила свое оружие на подоконник, взглянула на лежащего без сознания Дурмана и протянула руку княжичу. Вадим взял ее за руку, и она повела его в большой зал, где уже собрались все те, кого Миша привел.

— Что теперь? — спросил Вадим, осматриваясь.

— Теперь нам всем несдобровать. — Сухо проговорила Кикимора на что Ядвига покачала головой.

— Вместе… справимся. Я поняла, что…

— Что? — Вадим повернулся к девице, и она сдалась, понимая, что все это время, именно она была неправа.

— Я поняла, что в одиночку мне не справиться. Кощей не так глуп, каким кажется, но он труслив. Ты был прав, Вадимушка, но нам нельзя расслабляться. Времени остается все меньше. Кощей придет в ярость, когда узнает, что нам удалось сделать с его подданными. До следующей весны они будут спать беспробудным сном в царстве Дремы и Дурмана.

— И они сами?

— Они с Дремой скоро придут в себя, и нам лучше к этому времени вернуться домой. — Сказала Ядвига, ища в складках платья что-то очень важное, потому как делала это с особой сосредоточенностью на лице.

— Пора бы и нам, верно? — Кикимора взглянула на Берегиню протянув к ней руку, затем на своих подданных и, осыпав, какой-то пылью их и себя, исчезла.

Глава 14. Слепящее пламя

Ядвига сидела на берегу, спустив ноги в реку и болтала ими словно маленькое дитя. Платье выглядело не так, как в самом начале вечера, когда она кружилась в танце с Кощеем. Да и Вадим выглядел иначе. Его кафтан и вовсе походил на тряпье, у которого еще и ко всему прочему теперь не было рукавов. Княжич ждал, когда она заговорит, но Ядвига молчала, продолжая наслаждаться ночной тишиной, прохладой и песнями сверчков. Вадим дышал полной грудью, глядя на но, как девица волнует водную гладь, каждый раз ударяя ногами по воде. Это ее расслабляло, но немного не нравилось Вадиму, который хотел посидеть в тишине, потому как голова раскалывалась после воздействий Дурмана. А может быть головная боль — лишь иллюзия, которую Вадим сам выдумал, пытаясь найти оправдания своим мыслям.

— Я виновата… — тихо проговорила Ядвига, сложив руки на коленях, перебирая складки юбки.

— Все мы делаем ошибки.

— У меня не может быть ошибок, понимаешь? Я… не могу… ошибаться! Я же… Я просто не могу ошибаться! Но с появлением тебя… мне кажется, что я стала слабой. Погляди, княжич; я ошиблась, когда отпустила тебя в город, чтобы ты просил о помощи князя! Я ошиблась, когда позволила Кощею подобраться слишком близко! Я ошиблась, когда отправилась в царство Дурмана и Дремы! Я ошибалась, когда думала, что сумею справиться самостоятельно… но я не смогла! Может быть я ошиблась, когда именно тебя завела в лес? После твоего появления здесь — все пошло не так, как нужно… Я не знаю, как это исправить, и мне становится страшно. Вдруг я и дальше не смогу ничего сделать? Может… ах, точно! Как же я сразу не поняла⁈ Как же их?.. Упыри? Они отбирают жизненную энергию… но ты не такой. Ты — что-то другое… Кто же ты?

Вадим улыбнулся, собираясь сказать что-то в свое оправдание, но замер, когда рука Ядвиги коснулась его волос, приглаживая. Она устало пожала плечами и вернулась к складкам на платье. Казалось, что что-то внутри нее изменилось, но княжич все еще не мог понять что именно? С их первой встречи прошло не так много времени… или много? Не столь важно, но Яга изменилась. В ее взгляде, движениях, словах… она будто бы превратилась в другого человека, и это возможно, как-то относилось к тому, что в ее жизни появился Вадим. Он надеялся, что сумел принести в ее жизнь то, чего она так жадно пыталась добиться когда-то давно.

— Может быть… я просто тот, кто сможет помочь тебе?

— Мне не нужна помощь! — Как-то резко отозвалась Ядвига, потом выдохнула и покачала головой. — Нет, мне нужна помощь, но… я даже не знаю, как сказать… Ты же можешь объяснить мне? Как… почему ты не боишься Кощея? Горыныча? Почему ты меня не испугался? Я помню, как ты испугался Мишку, но лишь на мгновение. Как? Объясни мне…

— Послушай… я не знаю почему не боюсь их… но я могу рассказать одну историю! — Вадим повернулся лицом к девице и улыбнулся видя растерянное выражение на ее лице.

Яга вытащила ноги из воды, поджимая их под себя и взглянула на Вадима с некой хитринкой. Она не верила в то, что ему удастся успокоить ее, но противиться почему-то не желала. Каждый раз, глядя на княжича, ей хотелось дотронуться до него. Просто, чтобы почувствовать тепло, которое от него исходило. В нём кипела кровь. Он был жив. Его эмоции и действия доказывали это, но Ядвига никак не могла найти подвоха. Вадим видел, как метались эмоции на лице девицы, и злился на себя, потому как не мог убедить ее в том, что он со всем может справиться. А он мог, если бы только в него поверили.

Шумно втянув воздух, Ядвига прикрыла глаза и доверилась Вадиму, протянув ему руки. Он аккуратно сжал маленькие, по сравнению с его, ладони девицы и улыбнулся. Ему хотелось, чтобы она научилась ему доверять, ведь только так они сумеют победить.

— Когда я был маленьким, я был безумно трусливым. Не поверишь, но да! У бабушки, за домом начинался лес, и было очень страшно, когда вечером, сидя на крыльце с кружкой парного молока я рассматривал звезды, а из леса доносились разные звуки. Мне казалось, что там жили чудища!

— Чудища болотные⁈ — глаза Ядвиги распахнулись, и она с интересом уставилась на Вадима, который лишь рассмеялся, продолжая сжимать ее ладони.

— Ты обещала слушать меня.

Она кивнула, тряхнув копной рыжих волос, и Вадим сдержал порыв, поправить пряди, упавшие ей на лицо. Ее глаза продолжали сводить его с ума. Каждый раз, когда он смотрел ей в глаза, хотелось рассказать все то, что теперь таилось в его душе, но он не мог.

— Каждый раз я убегал в дом, потому что боялся. Моя любовь к звездам меркла на фоне страха перед лесными чудищами. Мне было лет пять, когда родители отправили меня к бабушке на лето. И как обычно, вечером, я сидел, наблюдал за звездами, пил молоко и увидел, как одна начала падать и… совсем близко, понимаешь? Казалось, что я сейчас подойду чуть ближе и тогда смогу забрать ее себе! — Вадим улыбнулся, поглаживая ладони девицы, которая во все глаза смотрела на него, желая узнать финал истории. — Мне было страшно, но я взял себя в руки. Оставил кружку, взял палку и пошел в лес. Примерно прикинул куда упала звезда и пошел.

— А чудовища?

— Звезды завораживали меня своей красотой и… нежностью…

— Нежностью? — удивилась Ядвига, сдвинув брови.

— Эм… — Вадим чуть замялся, пытаясь скорее подобрать другое слово. — Безмятежностью… Моя любовь к ним была куда большей, чем страх к… тем самым чудовищам. Переборов страх однажды, понимаешь, что нет ничего невозможного! Любое существо, будь то Кощей или же обычный человек — у всех есть слабые стороны. Если мы узнаем, чего боится Кощей, мы сумеем победить.

Ядвига отвела взгляд, кивнула и высвободила свои руки, вновь возвращая их на складки платья. Что-то ее беспокоило, и Вадим никак не мог догадаться что именно. Прокручивал в голове ситуацию, которая объединила их, но не понимал.

— А если Кощей первым найдёт наши слабые стороны?

— У тебя они есть? Ты же… ты ничего не боишься! Только взгляни на себя, ты… Яга.

— У всех есть свои слабости, о которых они не говорят, боясь быть непонятыми. Но они есть. — Проговорила она, поднимаясь, но Вадим схватил ее за запястье, заставляя побыть хотя бы еще пару минут с ним. — Пора возвращаться. Нам нужно быть готовыми ко всему, понимаешь? А чтобы так было, нужно отдыхать. Давай, поднимайся.

— Может быть… еще на немного задержимся? Признаюсь, я устал и хотел бы просто расслабиться.

На самом деле Вадим просто хотел побыть наедине с Ядвигой. Понимал, что скоро все закончится, и он вернётся домой, а она останется и продолжить варить зелья и собирать травы. Пройдут столетия, но Яга ничего не забудет. Вряд ли можно будет забыть человека, спасшего всех от Кощея. Или же нет? Что если забудет? А если она даже не думает о том, что он сумеет помочь? Да, он не боится ни Кощея, ни его приспешников, но может быть она все еще… что если Ядвига не верит?

Они будто бы ходили вокруг одной запредэтной темы, но никто не смелился заговорить об этом. Боялись быть непонятыми. От того и молчали, в ожидании, что кто-то будет первым и расскажет о своих слабостях друг другу. Но пока молчали.

Сон никак не шел. Сено накололо бока и спину, и Вадим мысленно возвращался в то время, когда спал в избушке — на лавке. Он немного не понимал, почему они с Ягой не возвращаются туда, но спросить не хватало смелости. Что если нет уже никакой избушки? Что если Кощей уничтожил полянку, на которой они проводили время, по которой бегали дети Миши и где Ядвига собирала цветы для венков? Сон и вовсе прошёл, хотя недавно глаза слипались будто бы он не спал долгое время. Нужно было вновь заставить себя заснуть, но не получалось. В голову лезли разные, неприятные и глупые мысли. Он хотел стать княжичем, о котором потом все будут помнить и говорить, что это именно он спас народ от зла. Эгоизм ли это или просто желание быть нужным? Вадим не мог понять. Хотел, пытался что-то придумать, но не мог.