Лина Шир – Не верь мне (страница 36)

42

Дина

Не знаю сколько времени я провела в доме отца, но точно не мало, потому что за окнами начинает смеркаться. Не очень хотелось бы оставаться в этом месте на ночь. Так или иначе, у меня есть свой дом, да и вообще к чему это все? Не понимаю для чего отец сказал держать меня здесь? Может быть он боится, что я решу воспользоваться служебным положением и буду помогать Арсу? Уверена, что это последнее о чем думает отец в этой ситуации. Но, что тогда?



Вздрагиваю, когда в комнату возвращается Роксана.



— Отец сказал, что будет дома через пару часов. Тогда и пожинаем. — Говорит она, и мне хочется схватить ее за плечи и встряхнуть, как следует, чтобы пришла в себя. Это же невозможно быть такой... такой бестолковой.



— Роксан, давай договоримся, ты отпускаешь меня, а я говорю с отцом, и ты...



— Нет.



— Роксана! — не выдерживаю, но кажется сестру не пронять. Она слишком боится быть не полезной для отца.



— Дина, ты же понимаешь, что я не могу сделать так, как ты хочешь.



— Почему? — я развожу руками, но Роксана этого не видит. Она совсем не смотрит в мою сторону. Боится, что я что-то узнаю?



— Ты знаешь.



— Да что я знаю? Да, я знаю, что он бесится из-за того, что я связалась с Арсом.



— Не из-за этого, Дин...



Я не понимаю. Хочу добиться правды, но сестра будто бы нарочно избегает ответов. Вот и сейчас, она просто разворачивается и собирается выйти, но я понимаю, что нужно дожимать.



— Мама говорила, что мы должны быть дружными... Помнишь? — говорю я, следя за тем, как Роксана замерла.



Знаю, что это запрещённый прием, но мамы мне тоже не хватает, также как и ей. Хоть в этом мы как-то похожи.



— Мы всегда были с тобой слишком разными. Я в детстве злилась, что ты папина дочка, а я мамина. Почему так? Я уже давно поняла, что первенцем должен был быть мальчик, как наследник, а я спутала все планы. Забавно, да? Отец никак не мог простить мне этого... а мама любила нас с тобой одинаково. Только ты этого не понимала.



— Прекрати говорить о маме! Это запретная тема! — выкрикивает Роксана, ударив ладонью по двери.



— Запретная тема? Родная мама? Ты в своем уме? Кто тебе промыл мозг?! Уж точно не те парни из клуба. Отец, да? Для него это запретная тема, потому что он трус!



— Не говори так!



Я не могу больше сидеть на месте, отчего приходится метаться кругами по комнате.



— А я буду говорить! Буду говорить, потому что отец боится, что ему будет больно, верно? Только поэтому он не говорит о маме, так?!



— Я с тобой не хочу разговаривать! — Роксана вылетает из комнаты и закрывает за собой дверь, отчего мне больше ничего не остаётся, как просто ждать, когда отец вернётся, чтобы выяснить все.



Когда за дверью слышится непонятная возня и разговоры, я пытаюсь прислушаться, но из-за возгласов Риты не могу ничего разобрать. Кажется кто-то пришел? Ворвался в дом? Что, если это люди Иля? Знаю, у них тонка кишка, но все же они могли устроить бунт, а значит, стоит взять что-то тяжёлое.



Единственное, что могу найти быстро и поднять без каких-либо усилий – торшер и прячусь рядом с дверью.



— Я сейчас вызову полицию! — кричит жена отца, уже совсем близко к двери.



— Считай, что она уже здесь. — Говорит кто-то за дверью, и я не могу разобрать голоса из-за того, что что-то разбивается.



Ручка двери дергается, и я замираю, делаю глубокий вдох и уже замахиваюсь, когда она с грохотом открывается и вижу Давида.



— Да ладно?! Высшие силы меня услышали! — взвизгиваю я, отставляя торшер в сторону и собираюсь обнять этого гаденыша.



— Все ещё уверена, что хочешь обнять меня, а не своего защитника? — улыбается он, и я бросаю взгляд за Риту, которая пытается оттолкнуть Давида.



— Арслан!? — мне хочется подбежать и обнять его, но что-то не даёт этого сделать, наверное, слишком много недобрых взглядов.



— Поехали! Уверен, что ужин проведут и без тебя. — Говорит Арс, и я тороплюсь подойти к нему и хотя бы коснуться, но в следующее мгновение Роксана выбегает из отцовского кабинета с пистолетом.



— Милашка, убери игрушку! Не дури! — говорит Давид, но кажется Роксане этого не понять. Она обезумела от отцовской опеки. Наверное, со мной было бы также.



— Не подходи ко мне! — громко говорит Роксана, когда Арс пытается подойти к ней, чтобы отобрать пистолет.



Кажется, что ситуация вышла из-под контроля. Вот только что-то подсказывает, что это все началось задолго до этого момента. Я упустила из виду то, что было очевидно – мы не дружная семья – мы хуже преступников. Мы передали самих себя. Я хотела, чтобы мы были семьёй, но на деле желала этого лишь я. Пыталась сделать вид, что мы все ещё дружны, но все это блеф.



— Роксана, убери пистолет, ты не умеешь им пользоваться, — говорю спокойно, пытаясь сделать так, чтобы сестра вспомнила, кто перед ней.



— Хватит! Ты думаешь, что я никчемная?! А ты сама можешь что-нибудь?! Это из-за тебя это все! И только из-за тебя! Из-за твоей «правильности»... — слышать это от сестры очень странно, потому что мы всегда были разными, и не завидовали друг другу.



— Из-за какой правильности? О чем ты?



— Ты прекрасно знаешь! Ты всегда была правильной и не замечала очевидных вещей, а теперь втянула в это болото всех!



— Девчонка бредит! — выдыхает Давид, делая шаг к Роксане, но она резко переводит пистолет на него.



— Стой на месте! Стой, иначе выстрелю!



— Давид, не испытывай. Она может выстрелить! — говорит Арс, и я делаю шаг в его сторону, но Роксана сразу же переводит пистолет на меня.



— Не подходи к нему! Отойди подальше... отойди, Дина!



Я бросаю взгляд на Арса. Он обеспокоен, но кивает мне, и я вновь отхожу. Рита будто бы не понимает, что происходит, от этого и молчит, и делает вид, что её здесь нет. Давид спокоен, как всегда, и это даёт мне возможность выдохнуть хоть немного. А вот Арс... Никогда прежде я не видела его таким сосредоточенным.



— Ого, у нас гости! — слышу я и вздрагиваю, прикрывая на мгновение глаза.



Отец вернулся совсем не вовремя, а может быть наоборот. Может быть теперь нам с Арсом будет легче уйти? Без скандалов и прочей мишуры...



— Очень и очень интересно... Ты и твой друг, – отец указывает на Арса и Давида, — разве вы не должны быть за решеткой?



— Единственный человек, который должен быть за решеткой, и правда, находится в этой комнате! — говорит Арс, и я немного запуталась.



— О чем ты говоришь? — спрашиваю я, делая несмелый шаг к Арслану.



— Скажи своей дочери, чтобы убрала то, чем не умеет пользоваться, и тогда я расскажу вам «сказку»... — Давид поправляет воротник своей рубашки и чуть вскидывает подбородок. Я знаю этот жест, сейчас он будет разносить всех в этой комнате. Вот только... неужели, и правда, преступник среди нас? Но кто? Роксана? Арс? Я?



— Уйди! — приказывает отец, и сестра не сразу, но убирает оружие и садится на ручку кресла.



— Уверен, что хочешь это рассказать? Знай, что некоторые люди здесь могут изменить свое мнение о тебе и о нем... — Говорит отец, и у меня внутри что-то сжимается, ведь я же верила Арсу и была уверена, что он не преступник. Неужели это не так?



— Арслан? — шумно выдыхаю я, не зная куда себя деть.



— Все под контролем.



— Да? Я бы так не сказал... — смеётся отец, проходя по комнате, будто бы ничего не происходит.



Давид достает телефон, набирает сообщение и сразу же убирает его во внутренний карман.



— Что ж, как оказалось, настоящим преступником можно назвать самого гражданина Антипьева. — Говорит Давид, и у меня вырывается нервный смешок из груди. Верю ли я? Нет.



— О чем ты говоришь?! — удивляюсь я, на что Арс переводит взгляд на меня, наверняка, желая что-то сказать.



— Все документы, улики и флешки с камер видеонаблюдения были найдены при осмотре кабинета в сейфе, который вскрыли пользуясь паролем, найденным в личном ежедневнике.



— Я не давал разрешения осматривать мой кабинет. Откуда мне знать, что мне это не подбросили? Сфальсифицировать можно что угодно! — говорит отец, и я слышу в его голосе то, чего никогда прежде не слышала от него – волнение.



— Исключено. Мы пришли с проверкой, с нужными документами и с актом обыска. Следователь Николаев провел все в лучших традициях и уже должен был передать все для последующего изучения.



— Ложь!



Я всё ещё ничего не понимаю. Отец не мог так поступить. Неужели, Давид лжет? Я же доверяла и ему, и Арсу.



— Ложь?! — удивляется Давид, после чего чуть ухмыляется и обращается ко мне. — Дина, ты помнишь день, когда в квартиру Арса ворвались те люди?



Киваю.



Конечно же, я помню тот ужасный вечер, когда Арса ранили, а я босиком убегала... жуткий вечер...



— Договор на совершение данного правонарушения тоже был среди документов, найденных в сейфе. Подписи там тоже были, и этих парней люди Арса уже ищут, так что дело времени. Они сознаются кто и какую сумму им заплатил.



Вновь смотрю на Арслана. Неужели, все так, как говорит Давид? Они не могли подделать ничего, о чем сейчас говорят. Просто не успели бы.



— Далее, убийство гражданки Вертинской... — на этой фразе у меня внутри что-то обрывается, и я понимаю, что ноги не держат, мне нужно присесть или опереться на что-то. — Дина, тебя подставили. Конкретно подставили, подделали улики, запутали тебя... доказательства все есть.



— Подставили?



Я знала, что меня подставили, но не думала, что это мог сделать родной отец. Человек, которого я когда-то считала самым настоящим, самым законопорядочным, хотела быть такой же... но он поступил ещё хуже, чем могут поступить преступники.



— Это не правда! — говорит отец, но я будто бы не слышу его слов.



Мне нужно самой увидеть все, чтобы поверить... я сама хочу все видеть. Могут ли меня обманывать?



— Арс, мы можем уехать отсюда? — тихо прошу я, на что он кивает, и мы уходим.



— Давид, ты же дождешься приезда полиции? — бросает Арс напоследок.



Но долго ждать не пришлось. Только мы отъезали от дома, как к нему подъехали несколько машин с мигалками. Кажется, все слишком серьезно. Все зашло слишком далеко.



— Давид не будет против того, что мы взяли его машину? — спрашиваю я, когда мы отъехали на приличное расстояние от отцовского дома.



— Нет, он вернётся вместе с полицией.



— Так глупо... я никогда бы не подумала, что это все...



— Легче поверить в то, что я настоящий преступник, чем он.



Я киваю, провожу руками по лицу и делаю глубокий вдох.



— Спасибо, что... приехал за мной... я была уверена в этом... — тихо говорю я, глядя на Арса и думая лишь о том, что наш фиктивный брак вот-вот разрушится.



— Я не мог оставить тебя там, зная какой Антипьев человек... Прости, но... правда должна была всплыть. Давид молодец, это он все узнал. Если бы не он...



— Если бы не ты, то... ничего бы не вышло... Арс, я... все это время была не права. Не верила тебе и...



— Я и не заставлял тебя мне верить. — Он чуть улыбается, а мне все ещё грустно.



— Все закончилось, значит, да?



— Закончилось...



— А что, насчёт... — я не знаю, как сказать то, что кружится в голове. Моя гордость не позволяет этого, но я пытаюсь раздавить ее. — Что насчёт нашего брака?



Арс бросает на меня удивленный взгляд, будто бы не ожидал этого вопроса, а я чувствую, как быстро бьётся мое сердце. Если он отвергнет меня, то я перестану верить в любовь...



— Думаю, что у нас будет время подумать над этим! — Арс улыбается, включает музыку, и салон наполняется приятной музыкой, заглушая все ненужные мысли.