Лина Шир – Не верь мне (страница 33)

Набираю его номер. Ответа не следует, отчего мне немного не по себе, но я вновь набираю и вновь не вижу ответа. Странно, но на Давида не похоже.

Уже подъезжая к офису я получаю сообщение от Давида, вот только написанный текст с парой ошибок даёт понять, что телефон, явно, не у хозяина. Даже будучи в хлам пьяным мой друг никогда не допускает ошибок, считая это мерзким. Чертов перфекционист.

В сообщении написано, где именно неДавид меня ждёт и для чего, а следом приходит и адрес, куда нужно ехать. Неприятные опасения подтвердились. Не очень хочется вновь ввязываться во что-то неприятное, но по-другому быть не может. Я же не могу оставить единственного лучшего друга в беде.

Проверяю в бардачке пистолет, смотрю на время и понимаю, что нужно действовать быстрее. Не хотелось бы, чтобы из-за того, что я встал в пробку – Давиду что-нибудь отрезали или отстрелили. Я ещё не знаю, как Антипьев решил избавляться от меня и тех, кто идёт со мной бок о бок.

Дорога занимает около двух часов. Я не сразу нахожу старое заброшенное здание какого-то завода, но видя там несколько машин понимаю, что зря сунулся в одиночку. Останавливаю машину, достаю пистолет и убираю его под одежду. Не с этого я хотел начать утро. Не с этого.

Что может быть хуже, чем попасть загород, где совершенно не ловит связь и остаться наедине с бывшими друзьями-шакалами. Что ж... уж лучше так, чем сойти с ума, забиться в угол и ждать, когда за тобой придут.

Прохожу арку и прислушиваюсь к звукам. Ни единого шороха, что опять заставляет напрячься, ведь в любой момент может прозвучать выстрел и тогда вряд ли меня сумеют спасти, как это было в прошлый раз. Тогда со мной рядом был слишком честный человек.

— Долго будешь прятаться?! Я видел машины, вас здесь должно быть около двадцати! — громко озвучиваю я, давая понять своим «друзьям», что ожидаю увидеть их всех.

Раздаются аплодисменты, и я прекрасно понимаю кто именно решил поиграть по правилам Антипьева. Звук эхом отлетает от стен, его подхватывают другие, и от этого я не сразу понимаю в какую сторону следует повернуться, чтобы меня не застали врасплох.

— Браво, браво, браво, Арс! — Ильяс продолжает хлопать, но его шестерки уже перестали, давая шанс главарю выделиться. — Удивлен тому, насколько быстро ты оказался здесь. Испугался за своего дружка? Не бойся, он в надёжных руках.

— В надёжных? Не смеши меня. Надёжного в ваших кругах нет никого.

Кажется, догадываюсь, где следует искать Давида. Он попал в очень нехорошие руки, но если будет возможность, то у меня получится вызволить его. А если немного подумать и вспомнить на кого теперь работают бывшие друзья, то и вовсе можно не беспокоиться о местоположении Давида.

— В «ваших»? Ну да... как же я мог забыть, что мы... ох, простите... вы, решили играть не по нашим правилам! Метнулся на сторону правосудия? Думаешь, что девчонка поможет тебе провернуть парочку махинаций? Зря... мы пытались. У нас не получилось, но наверное это потому что у нас не получилось пробраться в ее постель, а у тебя...

— Решил поплакаться? — стараюсь унять ярость, вспыхнувшую внутри, но действовать в одиночку против толпы – глупо. — Я не виноват в том, что моё обаяние оказалось выше твоего.

— Все мы знаем нрав этой девки, поэтому... кажется, ей нравятся слабаки, ведь в ее окружении сильных мужчин предостаточно. — Иль разводит руками, после чего делает пару шагов ко мне. — Зато у меня к тебе есть предложение. Мы можем забыть все наши неурядицы и прекратить споры.

— Мне это уже не нравится, но я готов выслушать тебя. Говори.

Я не могу задерживаться надолго в этом месте, но почему-то складывается такое впечатление, что Ильяс для чего-то пытается удержать меня. Невольно в голову лезут плохие мысли. А что, если Дине сейчас нужна моя помощь? О Давиде беспокойство прошло, потому что я прекрасно понимаю: раз его нет здесь, тогда он в безопасности. Да, не совсем верное определение, но Давид не первый год попадает в неприятности, и сумеет потянуть время, пока я не приеду на помощь. Он должен понимать это, ведь у нас подобное случалось не раз.

— Ты должен повлиять на Антипьева. Как хочешь. Припугни его и скажи, чтобы он открыл нам разрешение на ввоз и вывоз любого товара на неограниченный срок. Ты же понимаешь, что это важно не только для нас, но и для тебя самого.

— Для меня? Я слышал, что кто-то пустил слухи о том, что я отошёл от дел.

— А разве нет? Не ты ли женился на девке-прокуроре, которая закрыла почти всех наших?

— Я все ещё в деле. — Мой взгляд улавливает тень слева, и я делаю шаг назад, чтобы можно было следить за всеми, кто собирается наброситься на меня, но ждёт команды.

— Тогда... тогда тебе, как никому другому лучше знать, что делать и на какие рычаги надавить. — На его лице появляется до мерзости неприятная гримаса, и мне очень уж хочется стереть ее, но я не тороплюсь.

Если я хочу выиграть, то стоит сделать вид, что я играю по его правилам. Только лишь сделать вид – больше ничего. Только лишь сделать вид. Это сложно в той ситуации, в которую попал я, но возможность исправить все, как можно скорее – есть.

— Хорошо. Я сделаю все, что в моих силах, но если вдруг ничего не получится... — говорю я, на что Иль качает головой и кивает своим шестерка, которые сразу же идут ко мне, что дико напрягает.

— Нет, нет и нет, Арс. Все должно получиться, а чтобы это было более действенно, я дам тебе одного моего «коллегу», чтобы он присматривал за тобой. Учти, если решишь юлить, то твоей девке непоздоровится! Увы, но такой уж у нас бизнес. — Ухмыляется Иль, на что мне остаётся только кивнуть и согласиться. Я не могу рисковать Диной. — Ну и для уверенности, что мы говорим на одном языке – Давид пока побудет под нашим присмотром.

Иль передает мне папку с документами, которые следует подписать, и я возвращаюсь в машину, наблюдая за тем, как пара парней следуют за мной. Конечно же, я под надзором... Мне повезло, что телефон никто не прослушивает, а значит, что я могу позвонить Дине и предупредить ее. Или может быть не впутывать ее в свои разборки? Смогу ли я защитить ее от этих гадких людишек? Смогу ли? Не знаю, смогу ли, но... надеюсь, что она никак не пострадает.

39

Дина

Все мысли, которые должны быть о работе, сейчас заняты совершенно другим. Если до прошедшей ночи я была уверена, что я постоянно думаю об Арсе только потому что нахожусь с ними круглые сутки, то теперь я уверена, что это не поэтому. Неужели, и правда, влюбилась? Быть такого не может, но... мы же не застрахованы ни от чего, верно? Да и всему есть объяснения. Уверена, что есть, но пока не могу найти. Как обычно...

Вздрагиваю, когда дверь кабинета открывается и сразу же тянусь за первой попавшейся папкой, чтобы сообразить бурную деятельность перед тем, кто решил посетить меня. Вот только папка сразу же падает у меня из рук, а я машинально встаю из-за стола, как только вижу погоны отца. Киваю. Иной раз мне кажется, что я его боюсь не как отца, а как совершенно чужого человека. Бывает ли такое? Возможно. Бывает ли такое в нормальной семье. Отнюдь.

— Здравствуй, Дина. Расскажешь, как там дела по поводу...

— Если ты хочешь узнать о делах, которые так или иначе касаются Валиева, то я передала их коллегам. — Отвечаю четко, хоть внутри все дрожит от страха.

Не могу унять дрожь в руках, отчего сжимаю кулаки, убирая их за спину. Нельзя показывать этому человеку собственную слабость. А дрожь, которая пробирает меня – это и есть слабость.

Может быть, если бы рядом со мной сейчас был Арс, то было бы намного легче? Может быть тогда я бы ничего не боялась? Не знаю. У меня случилась гиперфиксация на Арслане. Стоит освежить собственные мысли и перестать думать о нем в стрессовых ситуациях. Да и вообще, нужно отдаляться... я не буду вечно под его присмотром. Его надзор сейчас – это часть уговора, который мы заключили, и он исправно выполняет его.

— Вот как? — отец ведёт бровью и закрывает за собой дверь.

Сегодня Давид не приедет вовремя и не спасет меня, как это было в прошлый раз, но я сильная женщина, сумею выстоять и без поддержки. Смогу же?

— Именно так, ведь вести дела своего мужа я не могу. Уж извини, но не мне тебе говорить, что в данном случае я – лицо заинтересованное! — уф, ну здесь я молодец, наверное... смотрю на то, как отец своевольно проходит и задаться в кресло напротив моего стола.

— Смотрю, он тебя поднатаскал в том, как нужно отвечать. Молодец, да вот только я всё ещё против этого брака.

— Увы, но я ничего не могу с этим сделать. Ты лучше меня знаешь, что такое любить по-настоящему!

Зачем я это сказала? Я же не люблю Арса. Даже не думала об этом... даже не собиралась думать об этом. Мы с Арсом просто друзья. Да, может быть это странно звучит, но мы делаем одно дело, которое впоследствии приведет нас к чему-то... хорошему, так полагаю.