Лина Шир – Не верь мне (страница 27)
— О, нет... — вырывается у меня, когда я подхожу к зеркалу в своей спальне и смотрю на отражение.
Явный синяк и ссадина на лице, явно не украшают, но теперь я понимаю, что кольцо, которое было на пальце Михи, рассекло мне щеку. Не понимаю, почему я не потеряла сознание. Удар, явно, был сильным, но я выдержала, выстояла и сумела защитить себя. Это чудо. Не представляю, как это возможно, но чудо.
Понимаю, что стоит принять душ, но страшно находиться один на один в доме, куда могут заявиться люди, желающие отомстить. Могут ли они найти меня? Конечно же, ведь Арслан тоже находится в их компании. Они говорили о нем и о документах, и об отце, и о Роксане. Голова раскалывается от мыслей.
Иду в ванную, закрываю дверь и вновь бросаю взгляд на свое отражение в зеркале. Если бы не алкоголь, который придал взгляду блеск – я бы выглядела испуганной овечкой. Сейчас, я выгляжу так, словно во мне поселилось безумие. Я выстрелила в человека. Впервые в жизни.
Душ не снимает напряжение, наоборот после него мне вновь захотелось выпить, чтобы согреться, потому что я думала, что ледяной душ взбодрит. Переодеваюсь в домашние штаны и футболку, собираю мокрые волосы в пучок и иду в гостиную. Допиваю то, что оставалось в стакане, наливаю ещё немного и сажусь на пол, опираясь на диван спиной. Кажется, мне предстоит очень сложное продолжение... Хотя, если размышлять здраво, то преступники, даже в случае, если я выстрелила в одного из них – не пойдут в полицию. Они просто будут бояться это сделать. Да?
Я делаю глоток из стакана и шумно выдыхаю. У меня нет никакого кому я могла бы пожаловаться, с кем бы я могла поделиться своими переживаниями. Но может быть будущий семейный ужин с отцом и его семьёй, с моей родной сестрой – хоть что-то расставит по местам?
Телефон звонит где-то в кармане пиджака, и я спешно поднимаюсь на ноги. Звонит отец, и это очень нехороший знак.
— Алло?
— Завтра в семь вечера. — Уверенно говорит отец, и я не сразу улавливаю связь между прошлыми своими мыслями и сказанными словами.
— Завтра в семь вечера, что?
— Мне казалось, что нужная информация в твоей голове задерживается немного дольше. Очень жаль, что я ошибался.
— Я не могу завтра.
— Что это значит? — он искренне удивляется, чего никогда прежде не было, может быть потому что прежде я никогда не перечила ему. — Я сказал, что ты должна быть на семейном вечере завтра! У меня к тебе серьезный разговор!
— А я сказала, что завтра не могу. В следующие выходные.
Наверняка, до следующих выходных синяк сойдёт. Не хочу ехать на ужин с синим лицом. Совершенно не хочу участвовать на допросе, который обязательно будет. Ну и скорее всего алкоголь и недавний выброс адреналина сделали свое дело, и я теперь ненадолго стала бесстрашной.
— Хорошо. Но учти, разговор будет.
— Без проблем. На следующую субботу ничего не планирую. До связи. Ах, да... присматривал за Роксаной, она не в себе, мне кажется.
— Я сам решу, как воспитывать ее.
— Чисто наблюдение. Пока.
Бросаю трубку и вновь тянуть к стакану с алкоголем. Нужно было раньше ставить себя на первое место. Может быть, если бы мое мнение учитывалось и раньше, то отец бы не был ко мне так строг. Хотя, откуда мне знать каким он был бы, если бы был другим. Может быть счастливое детство и последующие годы были бы идеальными, а не такими, какие мне не хочется вспоминать.
Обнимаю себя за плечи и вновь сажусь на пол около дивана, глядя на горящий экран телефона. Может быть стоит позвонить Арсу и рассказать все то, что произошло? Или же, может быть стоит продолжать держать все в себе? Обручальное кольцо на пальце – такое же фиктивное, как и наш брак, договор и все то, что мы обсуждали. Не понимаю, как Арс решился на это, ведь из-за меня у него тоже, скорее всего, теперь будут проблемы.
А что, если они начались уже?
Бредовые мысли не покидают меня, поэтому я хватаю телефон и набираю номер Арслана. Гудки раздражают, когда их становится слишком много. Голос автоответчика не слушаю. Странно, что он занят. Казалось бы, прежде Арс всегда был на связи или же... раньше мне не нужно было говорить с ним, и я не собиралась ему звонить. Раньше я вообще не хотела с ним разговаривать и находиться в одном помещении было тяжело, но сейчас мне нужно и важно, чтобы он был рядом, потому что одна я могу сойти с ума. Мне страшно.
— Да возьми же ты трубку! — кричу я в трубку, когда в очередной раз автоответчик повторяет одну единственную фразу, что абонент занят.
С кем он может говорить? С Давидом? Если они оба в офисе, тогда могли бы поговорить наедине, но тогда с кем он так долго говорит по телефону? У него другая женщина? Ревность захлёстывает меня, и я вновь наливаю алкоголь в стакан и пью. Не знаю с каких пор у меня появилась дикая ревность, но да, я ревную Арса к женщинам, потому что... хочу, чтобы наша фиктивная история была правдивой? Или может быть потому что влюбилась?..
32
— Это была твоя девка! Ошибки быть не могло! Твоя девка прострелила Михе колено! — разоряется Егор, с которым прежде мы имели общие интересы по работе, естественно.
Я слышу, как на заднем фоне стонет Миха – здоровяк под два метра ростом с мозгом размером с грецкий орех. Вот только не могу поверить в то, что именно Дина была там, в их клубе и именно она выстрелила. Это какая-то ошибка. Да, ее не было на рабочем месте, когда я приехал, но могла ли она одна поехать прямиком в логово этих придурков – вопрос.
— И что ты предлагаешь мне сделать? Приехать перевязать ему болячку? Для чего ты звонишь? — я нервничаю, разгуливал взад-вперед около бара, куда мы с Давидом приехали, чтобы расслабиться. Не получилось.
— Я звоню для того, чтобы урегулировать этот вопрос! Она – твоя девка, значит ты должен отвечать за нее и за ее проделки.
— Ах вот оно что... Денег хочешь? Хорошо, сколько?
— Думаешь, что деньгами ты сможешь закрыть конфликт и мгновенно излечить колено Михе? А если бы он умер? Если бы эта ненормальная выстрелила бы не в колено?
Чую, что где-то веет подвохом, отчего хочется сразу же докопаться до правды, но, увы, это не мои методы работы. Я привык четко решать проблемы, и обычно решение приравнивается к шелесту определенных купюр. Сейчас же, Егору нужно что-то другое, и это что-то, возможно, никак не относится ко мне, иначе он бы не повторялся про Дину.
— Я могу открыть «охоту» на твою девчонку. Она ведь дочь кое-кого, кого мы очень хорошо знаем, а этот кое-кто не хочет давать нам добро на расширение клуба. Повлияешь и вопрос исчерпан.
— Если ты забыл, то напомню, что я женат на дочери Антипьева, а не на нем, и повлиять никак не могу.
— Вот как? Думаешь, что я блефую, говоря про «охоту»?
Не знаю, что я думаю, но кажется Егор не тот человек, ради которого все оскалятся на хрупкую девчонку, которая, судя по всему, по глупости решила поиграть в следователя. Зачем вообще ввязалась во всю эту историю? Зачем? Почему нельзя делать только свою работу?
— Что молчишь? Испугался за нее? Не бойся... у тебя есть сутки на то, чтобы подумать. Завтра в это же время я позвоню и спрошу результат. Надеюсь, что он будет положительный, иначе... жаль будет такого... прокурора... — он мерзко хихикает в трубку, отчего я сбрасываю вызов и провожу рукой по волосам.
Кажется, Дина и сама не догадывается, что натворила. Мне не по себе от одной только мысли, что теперь нужно следить за девчонкой в два раза лучше, чтобы никто из дружков Егора не подходили к ней. Может стоит пока не выходить на работу, а сидеть дома? Вновь в четырех стенах, да, но это единственный разумный вариант... хотя, есть ещё один – уехать из страны, но это слишком сложно, долго и вряд ли Дина согласится. Будь я на ее месте – тоже не согласился бы, ведь сбежать – значит признать свое поражение, а она не из тех, кто так просто сдается.
— Ну что опять, Арс?! — Давид выходит из клуба, скрестив руки на груди и глядя на меня так, словно видит насквозь.
— Дина подстрелила Миху.
— Миху? Этого того амбала из «Панорамы» Егорика? А что она там делала? — он искренне удивляется, хмуря брови.
— Понятия не имею. Наверное, хотела узнать был ли я вчера там или подрался где-нибудь в подворотне. Я поеду... Будь на связи и...
— И у нас проблемы?
Я киваю, потому что не могу подобрать слов, которые полностью описали бы ситуацию.
— Шантаж? 163 статья... можем их прикрыть если что!
— Она стреляла в него! Если кого-то и прикроют, то в первую очередь Дину.
— Ну да... по 112 пойдет за умышленное средней тяжести до трёх лет, но можно будет уйти и на принудительные работы, там не настолько все сложно. Ну и если самооборона...