Лина Певзнер – Нити Тьмы. Книга II. Тарнодан (страница 8)

Новые готовые плети Нике доставили ещё три недели назад, и всё свободное время от необходимых отработок она посвящала тренировкам с ними. Управлять одной девушка уже могла вполне неплохо, а вот двумя ничего не получалось делать вовсе. Ника расстраивалась и злилась, но всё равно упрямо не бросала это дело.

Кас старался ей чем-то помочь, но с каждым днём становился всё мрачнее, расхаживая по залу наэлектризованной грозовой тучей. Сегодня и вовсе подозвал к себе Сариту и, буравя её леденящим взглядом, спросил:

– Ты ей наговорила чего-то про меня?

Сарита поморщилась, пытаясь осознать, о чём вообще идёт речь. Догадавшись, она умилённо фыркнула. Они были одного роста и, смотря в упор ему в глаза, девушка тихо произнесла:

– Ничего. Ты не настолько глуп, чтобы думать, будто девочки только о мальчиках и говорят. И Ника не глупая, чтобы слепо доверять чьему бы то ни было мнению, тем более – моему. А я его ещё и при себе держу, так что… если у вас какие-то проблемы, дело точно не во мне. Тебе самому не надоело быть псом на сене? И сам не ешь, и других отваживаешь?

Кас сдавленно зарычал и подался вперёд, но происходящее со стороны увидела Ника и подбежала к ним. Закрыв Сариту собой, она выпалила, обращаясь к чару:

– Кас, ты чего? Что случилось?

– Она тебе… угрожала чем-то? – он еле придумал, что сказать.

– Нет! Ты что? Мы – друзья! – Ника попыталась отвести его в сторону, а Сарита показала ему кончик языка и ушла, ухмыляясь, заниматься своей группой.

После тренировки Ника не пошла переодеваться, а сразу подошла к Касу, спрашивая:

– Кас… Ты можешь… включить для меня симулятор, пожалуйста? Лиевс так много сил вложил в моё оружие, я должна доказать Лайенирте, что он заслуживает награды, а для этого нужно продемонстрировать…

– Девочка моя, – тихо перебил он её. – Я для тебя могу всё, что угодно, но… То, что он делает – его работа, как наша – ходить в дозоры. Ты понимаешь, что в Академии только один экзамен? Как только симуляция будет не провалена, а завершена, это будет означать, что ты его сдала. Тебя уже можно отправлять в дозор. Разумеется, я не исключаю, что преувеличиваю и этого всё равно не случится, но – шанс есть.

– Учту, – нахмурившись, кивнула Ника. – Я всё равно уже сказала об этом Лайенирте, нужно тренироваться.

Кас тяжело вздохнул и угрюмо спросил:

– Я тебя обидел чем-то?

– Нет, – удивилась девушка. – С чего такой вопрос?

– Почему тогда ты меня избегаешь?

– Да нет же, – Ника поджала губы. – Просто… Столько всего в жизни появилось… Кас, я на тебя не обижаюсь и не избегаю. Наоборот. Хотела тебя как раз спросить. У нас в университете через пару дней экскурсия на строительный объект, ты говорил, что тебе такое интересно? Поедем вместе? Не думаю, что преподаватель будет против, если ты тоже послушаешь. А потом сюда приедем, м?

– Это искренне… или из вежливости? – также угрюмо и потерянно спросил он.

– Искренне, конечно, – Ника не удержалась и прижалась к нему, обнимая. Словами не передать, как тяжело было держаться от него на расстоянии.

Кас обнял её в ответ, так тепло и нежно, что Нике просто захотелось раствориться в нём, чтобы весь окружающий мир стал лишь сном… Сделав над собой неимоверное усилие, девушка всё же отстранилась и тихо спросила:

– Так что насчёт симулятора?

– Да, конечно, – он коротко кивнул и направился к стене, пробормотав лишь себе под нос: – Никому не позволю тебя у меня забрать…

Глава 5

Сарита сладко потянулась, словно довольная кошка, и прильнула к губам Арса, ощущая, как приятно его сильные руки прижимают её обнажённое тело к горячей груди. Она снова пришла к нему, а он вновь был этому рад. Что уж тут говорить, слова могут лгать, а вот тело куда более искренне. Мужское – в частности, со своими физиологическими особенностями.

Уходя от него в их первую ночь, Сарита была уверена – это больше не повторится. Однако, через ночь, которая была дозорной, в дверь её дома раздался стук, едва она успела прийти после занятий. Опершись о дверной косяк, на пороге стоял Арс, сверля её пытливым взглядом.

– Я тебя ждал, – ухмыльнулся он.

– Долго? – деланно изумилась Сарита.

– Целую вечность в пятнадцать минут, – посетовал парень.

– Ох, какой хороший мальчик, это точно стоит поощрить, – умилилась девушка, пуская его в дом и закрывая за ним дверь.

Та ночь прошла жарче предыдущей, уставшая и измождённая, Сарита раздумывала, как бы потактичней отправить парня домой – отговорка с дозором сегодня не работала. Неожиданно Арс догадался сам:

– Хочешь, чтобы я ушёл?

– Не стану тебя выгонять, – уклончиво ответила она.

– Угу, – он кивнул и стал собираться. – Ты придёшь завтра?

– Приду. Даже заждаться не успеешь, – улыбнулась девушка.

– Обещаешь? – он склонился к ней, страстно целуя на прощанье.

– Нет, – Сарита отстранилась и хитро улыбнулась. – Я ничего не обещаю и никогда не клянусь, но… приду.

И она приходила. Каждую ночь, что не была дозорной, коря себя и каждый раз говоря себе, что этот раз – точно последний, Сарита вновь и вновь шла через площадь, чтобы утонуть в его объятьях и позабыть обо всём на свете.

И уйти с рассветом, ни разу с ним не засыпая. Первое время Арс предлагал ей остаться, но девушка лишь молча собиралась и уходила, а после он перестал спрашивать, провожая её взглядом и тихо вздыхая.

Сарита ненавидела привязанность и боль, что с ней связана, когда ей «наиграются». Она уже чувствовала, что «передерживает» – их отношения становятся не просто безудержным влечением, а пагубной зависимостью, схожей с наркотической. Помимо прочего, девушка ощущала к парню не только физическое, но и эмоциональное влечение.

Арс стал больше и дольше курить, растягивая визиты своей ночной гостьи и больше общаясь с ней, нежели предаваясь любовным утехам. Говорить с ним было не менее приятно, чем заниматься любовью – для парня не существовало запретных и порицаемых тем, они часто сходились во мнениях даже в самых неожиданных моментах.

Вот и сегодня Арс задал Сарите вопрос о том, как она угодила в Хампт, но она очень не хотела на него отвечать и попыталась отвести разговор в сторону. Парень был настойчив, и девушка сдалась.

Быть может, узнав про неё всё, он просто выставит её за порог и больше не придётся мучиться, борясь с собой. Сарита не вдавалась в детали, осознавая, что они ему совсем неинтересны, поверхностно рассказав про отца и жизнь до Хампта. Она ожидала любой реакции, но только не такой… Взяв в ладони её лицо и заглянув в глаза, Арс сурово спросил:

– Он бил тебя?

Сарита поджала губы и опустила глаза, всей душой желая провалиться под землю. И как только догадался? Кас тоже когда-то понял, сказал ей, что нужно простить и отпустить, жить дальше…

– Убью его, – угрожающе тихо прорычал Арс, рывком садясь на кровати.

Сарита перепугано вцепилась в него руками, обхватив сзади и прижавшись к нему всем телом. Страх и восторг слились в бурную смесь эмоций, которую так сложно было держать в себе.

Девушка никогда не плакала при мужчинах, прекрасно зная, что это их только раздражает, но сейчас не смогла удержать слезу, скатившуюся по щеке. Нет, она не боялась за отца-мерзавца – только за Арса, который мог в порыве натворить бед и оказаться в сложном положении. И из-за чего? Из-за неё? Быть того не может, но вдруг…

– Не надо. Не марай руки. Это всё равно уже ничего не изменит, – тихонько смахнув тыльной стороной ладони слезу, попросила Сарита.

– Он тебя больше не тронет, – Арс продолжал внутренне кипеть. – Мне всё равно ничего за это не будет, ты же знаешь.

– Уже не тронет, – она села перед ним, обняв ногами и запустив руки в волосы. – Правда, это того не стоит. И… ты же понимаешь, что теперь тебе тоже придётся рассказывать мне свою историю?

– Да ну, зачем тебе… – фыркнул Арс.

– Затем же, зачем и тебе, – упрямствовала Сарита, старательно уводя его от предыдущей темы. – Сам начал этот вечер откровений, так что не вздумай отлынивать.

Он одарил её тяжёлым взглядом, размышляя. Подавшись вперёд, Арс коснулся щекой её щеки и тихо спросил:

– Ты же… всё равно уйдёшь?

– Я никому не расскажу, не бойся, – Сарита еле заметно улыбнулась, ощущая, какая гладкая его щека – парень явно брился специально к её приходу.

– Я не этого боюсь, – сдавленно сказал он, обнимая и укладывая девушку поверх себя обратно на постель. Какое-то время он молчал, гладя её волосы, что-то ища в тёмно-карих глазах и касаясь губами белоснежной бархатистой кожи её руки, нежно шебуршащей его волосы на затылке.

Сарита не прерывала его молчания и не настаивала, ловя момент и утопая в его сине-зелёных, словно морская гладь, глазах. Впрочем, море она видела только на панно в своём доме, а на другом, настоящем, ей никогда не побывать. Его реакция на историю её жизни стала точкой невозврата. Теперь только дождаться, пока выгонит, а потом переболевать в одиночестве…

– Я всегда знал, что я – чар, – вздохнув, начал свой рассказ Арс. – Дети хранов – всегда чары… У меня ещё и отец им был. Я его помню плохо. Знаю со слов матери, что они друг друга любили и жили душа в душу. Оттого и решили, что моё рождение поможет им жить долго и счастливо, избавившись от пут Хампта. Поначалу так и было, родителей освободили от дозоров, как только медики подтвердили, что мама беременна. Но… сама знаешь – чаров всегда не хватает. Спустя пару лет отца снова стали вызывать в дозоры, сначала в виде исключения и крайней необходимости, но вскоре привлекли к службе снова в полной мере. Не в Тенерисе, что должно было якобы повлиять на продолжительность жизни и… возможно, даже и повлияло, но отец погиб в дозоре, когда мне было шесть лет. Мать пыталась держаться, но через пару лет не выдержала и стала спиваться, пока это не завело её в могилу. Так, в одиннадцать лет, я попал в детский дом, спасибо кармосте, единственный в Тарнодане… Там я познакомился с Карном, так что пол жизни с ним дружим. У тех, кто туда попадает, выбора нет – нас вырастил Хампт, и мы обязаны ему служить. У тебя в группе тоже есть парень оттуда, Ринт, кажется… Я много знакомых лиц тут вижу. Теперь понимаешь, почему мне так странно слышать от кого-то, что у него не было выбора, хотя я точно знаю, что он не из детдома?