Лина Николаева – Пока боги спят (страница 42)

- Надеюсь, ты сможешь поверить, не потеряв никого, - улыбнулась Иса. - Я попробую научить тебя. Конечно, одной ночи недостаточно, но главное – верить.

Из кроны раздался дикий крик, и все тут же вздрогнули. Послышался смех суррея-лиса, Тэма. Он умел незаметно подкрадываться к любому и частенько пользовался этим, чтобы напугать.

- А вот у меня это всё, на что я способен, - воскликнул Тэм – Голосок подвёл, петь не умею, а это тоже важно. Уж извините, спасти вас не сумею.

Суррей спрыгнул с дерева на землю и широко улыбнулся.

- На самом деле петь для природы не сложно, это я вот такой невезучий, - в подтверждение своих слов Тэм пропел несколько строчек. Астра улыбнулась: это действительно прозвучало ужасно. Сурреи, привыкшие к выходкам лиса, лишь добродушно посмеивались. На сердце у Астры потеплело, она прикрыла глаза и улыбнулась ещё шире. Побег из Норта был сделан не зря.

Астра училась действительно всему. Многое казалось бесполезным, хотя другие говорили, что суррею важно уметь делать это. Проснувшись пораньше, Астра, Тэм и увязавшийся за ними Сат стали искать лесных зверей по их следам. Они неторопливо шли по лесу, глазели по сторонам и разговаривали.

- Я хочу спать, - недовольно произнёс Сат и зевнул. Увидев это, Астра зевнула тоже.

- Так всю жизнь проспишь, - улыбнулся Тэм.

- А ты всю жизнь пустишь на смех и шутки! – Сат мгновенно вспыхнул. И

- Это оружие посильнее клыков и когтей, - Тэм ещё шире улыбнулся. Сат недовольно тряхнул кудрявой головой, и Астра поспешила спросить:

- Как вы оказались в стае?

- Мои родители были одиночками, - начал Тэм. Улыбка не сходила с лица, хотя карие глаза мигом погрустнели. – Только научился самостоятельно охотиться, они прогнали меня. Я был для них нелепой случайностью, а не сыном. Я не хотел такой жизни и начал искать стаю. Здесь меня приняли.

- Я родился в стае, как и мой отец. Сколько себя помню, только Рем и Иса всегда были рядом. Остальные приходили и уходили.

Взмахом руки Тэм прервал Сата и дал знак молчать. Астра присмотрелась и увидела за деревьями оленя, склонившегося над родником. У него были огромные ветвистые рога, коричневая шерсть, более светлая на животе и шее и тяжёлый, настороженный взгляд. Животное выглядело так благородно и грациозно, что Астра оробела.

- Вперёд, - прошептал Тэм Астре.

- Это же олень!

- И что? Он такой же зверь, как ты или я. Мы – часть одного мира.

Астра непонимающе глянула на Тэма, сделала несколько осторожных шагов вперёд. Олень услышал её и поднял голову, но остался на месте. Сурреи говорили: чтобы зверь поверил тебе, нужно прямо сказать ему о своих намерениях. Астра обернулась, посмотрела на Тэма и Сата, непонимающе развела руками. Оба поддерживающе улыбнулись и махнули рукой, чтобы она шла вперёд.

Заявить оленю о своей дружбе, глупость! Суррейка сделала ещё несколько шагов и произнесла:

- Я не причиню тебе вреда, - олень пошевелил ушами. Он понимал? Это были те слова? - Доверься мне.

Астра протянула руку и сделала крошечный шаг. Олень тут же отступил назад и фыркнул, девушке в его голосе послышались пренебрежение и злость.

- Доверься, пожалуйста. Ты и я – части одного мира.

Астра подошла ещё ближе. Олень остался на месте.

- И ты, и я – звери, мы ступаем по одной земле.

Ещё шаг вперёд, и Астра коснулась оленя. Он вздрогнул, но не ушёл и даже сделал шаг навстречу. Астра погладила его по спине и встретилась с взглядом. Тут же возникло воспоминание: незадолго до выпуска учеников отправили в лес охотиться. Чем крупнее дичь – тем больше очков. Астра объединилась с одной девчонкой, и вместе они убили оленя.

У животных был одинаковый взгляд: большие тёмно-коричневые глаза смотрели гордо, но с затаившейся печалью. В горле возникла тошнота. О боги, ну как она могла убить беззащитное животное? И сколько ещё было таких поступков, от воспоминаний о которых хотелось стыдливо отвести взгляд?

- Их больше не будет, - тихо пообещала Астра оленю. Он пошевелил ушами, а затем отвернулся, перешёл к кусту и стал его ощипывать.

Астра обернулась к Тэму и Сату. Они улыбались ей. Астра выдавила улыбку в ответ, но получилась только кривая ухмылка. Как можно обещать, если она – суррей? Астра передёрнула плечами и опустила взгляд в землю.

- Вот всё, что у нас есть, - Рем развёл руки.

- Что? – Астра искоса глянула на вожака, а тот только улыбнулся. Такими были уроки Рема: они отправлялись гулять по лесу и разговаривали. Она часто не понимала, переспрашивала, недоумевала, а он всё объяснял, чтобы девушка лучше поняла новую суть.

- Да сам мир! В этом весь секрет: у нас нет домов, золота, даже приличной одежды. Но разве это важно на самом деле? Мы – кочевой народ, и всё, чего хотим – свободно бежать по земле. У нас есть такой прекрасный мир, разве этого мало?

- А разве много? – запальчиво спросила Астра и тут же осеклась. Она не имела права спорить с вожаком, как с любым старшим по званию.

Рем сел на камни у берега реки и внимательно посмотрел на Астру.

- Почему ты так считаешь?

Суррейка присела рядом и уставилась на воду. В Арлии текло столько рек, что где бы не останавливались сурреи, повсюду находили ручьи, речушки и реки. Тёмные волны с шумом лизали берег. Громко стрекотали сверчки. Вдалеке шуршали кусты, и оттуда доносился едкий звериный запах.

- Мне кажется, сурреи не хотят большего не потому, что им это не нужно, а потому что они не могут получить ничего. Мы же изгои. Стоит показаться в городе или деревне – на нас начинают охоту. Нами пугают детей перед сном. Мы повсюду чужие.

- Ты ещё такой человек! – Рем добродушно улыбнулся. – В этом есть доля истины: безногий не будет мечтать о беге, ведь ноги не отрастить. Вот только он знает: природа сделала его таким, и это не изменить. Он примет себя и попытается выжить. Я не буду спорить: сурреи действительно изгои. Да только то, что мы отличаемся, не должно быть нашим грузом.

- Ну как так? – Астра на миг замолчала, неуверенно посмотрела на Рема, но он не стал ругать её, и она продолжила: - Мир прекрасен, это верно. Но вся наша жизнь ограничена лесом и такими же, как мы сами. Бежать-то мы вольны, а вот выбирать?

- Астра, запомни: мы входим в жизнь с гордо поднятой головой и громки воем. И так часто он превращается в жалкий визг. Ты должна бороться. Всегда должна. Нас судят из-за того, что мы едим других, но нас должен определять не способ питания, а мы сами. Если другие не могут понять этого, докажи. Если действительно нужно. Вот только нужно ли? У тебя есть твоя стая, которая всегда примет и поймёт. Ей не нужны доказательства. Стая даже в самом трудном бою не оставит в одиночестве. Это ведь стая.

- И всё же? – Астра поймала взгляд Рема и доверчиво заглянула в зелёно-карие глаза. – Разве быть сурреем – такое уж счастье? Я не уверена, что хочу жить этой судьбой. Я научилась любить мир, но не хочу убивать, не хочу, чтобы меня боялись и ненавидели.

- А кем быть – счастье? Будь ты афенором, эйлом, сурреем, королём, нищим – ни что из этого не обещает счастье. Не смотри в прошлое, на то, что потеряла. Загляни в будущее: перед тобой целый мир, сотни дорог – и пусть они петляют среди деревьев, рядом с хищниками, они все – для тебя.

Рем подпёр голову руками, задумчиво глянул на воду и продолжил:

- Я не знаю, что может чувствовать человек, ставший сурреем. Но в моей жизни был период, когда я многое осознал. Самое главное – не стоит бояться пойти хоть против целого мира, если есть ради кого это сделать. Даже если речь о самой себе.

- Рем! – выдавила Астра и склонила голову. – Я правда не понимаю. Я не хочу быть изгоем, а ещё больше – не хочу быть убийцей.

- Ох, волчонок, - Рем встал и положил руку на плечо Астры. – Ты меня слышишь? Не названия нас определяют, а мы сами. Да, мы убиваем, такие уж мы. А чем лучше другие? Почему животных можно есть? Дети – неприкосновенны, но звериных детёнышей это не касается. Как часто говорят, что любят животных, а плащи украшают мехами. Что за лицемерие? Хочешь обратно к людям – вперёд. Да только зачем, ну скажи? Ты сама-то понимаешь? Тьма есть в каждом. От неё не избавиться. Но будет ли в тебе свет и сколько его будет – решать тебе. Убийцей можно назвать каждого, хорошим человеком, эйлом, сурреем – не важно – единицы.

Астра молча кивала. Внутри словно что-то щёлкнуло, и всё встало на свои места, но она пока не понимала, что произошло.

Все как один говорили, Астра должна научиться сражаться. За это взялся Раш. Он вызвал Рема на поединок.

Астра заворожённо наблюдала за их дракой. Два гигантских зверя — гепард и тигр — отпрыгивали в разные стороны и вновь встречались, драли друг друга когтями, вцеплялись клыками. Летела шерсть, слышалось злое рычание, крики боли. С какой же яростью они сражались! Словно началась настоящая битва, и соперник был заклятым врагом.

Может, так и было? Астра не понимала отношений Рема и Раша. Они то кричали друг на друга, — хотя на других Рем никогда не повышал голос, улыбался и был готов помочь в любой ситуации — то весело смеялись вместе. То Рем клялся, что если Раш ещё раз пойдёт против его воли, его убьют, а тигр в ответ вызывал вожака на поединок, то они вместе уходили на охоту и возвращались с весёлыми рассказами.

Бой принимал не шуточный оборот. Рем уже прихрамывал, ухо было разодрано, из груди Раша сочилась кровь. Иса приняла львиный облик и одним большим прыжком оказалась рядом. Она быстрым движением лап прочертила когтями сначала морду одного и затем второго. Гепард и тигр прижались к земле, точно котята.