Лина Мраги – Для вкуса добавить "карри", или Запах Вселенной (страница 43)
― Повесить всех на главных воротах. Они хотели войти в город, так дадим такую возможность.
― Богиня! Великая! Пощади! ―несколько человек рухнуло на колени. Седовласый же лишь презрительно хмыкнул и отвернулся.
― Кто ещё осмелится просить пощады у богини?! ―я усилила голос, и слова громыхнули эхом. Лакр, стоя чуть позади, низко поклонился, а потом прошептал на ухо:
― Те двое, что с краю, младший сын и, вроде как, внук терра. Вон тот, что на коленях стоит, рассказал, он брат его… ―и кивнул на коренастого темноволосого мужика с позолоченными пластинами на доспехах. В этот момент ещё двое, опустив головы, опустились на землю.
― Да воздастся просящим… ―как-то очень вовремя вспомнились древние строки, и я снисходительно кивнула: ―Двоих слева тоже под охрану, вместе с теми, кто принял унижение побеждённых, остальных на ворота.
― Но ведь это терр… ―прошептал кто-то рядом, но я услышала и рявкнула в ответ: ―Выполнять!
Не раз потом вспоминался этот момент. Я отдала приказ казнить людей. Сама. Прекрасно сознавая, что делаю. И это оказалось даже страшнее, чем принимать участие в сражении вместе со всеми. Я взяла на себя ответственность вершить судьбы, хотя ведь и раньше это делала, просто до сего момента не понимала так явно всю тяжесть подобных решений. Но в ушах звучали слова Карелла, который еще несколько минут назад сжимал мои ладони, хрипло повторяя:
― Ты справишься, Кари… Моя золотая девочка… Только ты достойна трона Великих Терров Востока… Их нужно казнить, ты же понимаешь… Ты добра и великодушна, но ты Богиня! А боги могут решать, кого казнить, кого миловать… Этот жестокий урок будут помнить веками! Смерть ― ради жизни других… Ты должна это сделать… ―и я сделала.
О столице я слышала многое. Но сейчас было совершенно не до местных красот с почти готической архитектурой, зданий с высокими арками и причудливой лепниной, широких, вымощенных улиц и прекрасных видов на озеро Края. Оно так называлось потому, что в ясные ночи небо так чётко отражалось в спокойной воде, что казалось, будто город раскинулся на неком космическом берегу, где-то у границ Вселенной.
Я вошла в Зал Совета и остановилась у одной из колонн. Старцы хотели вручить некий символ власти, но общий вид этого зала, а также длинный коридор с массивными дверьми, по которому Вальдеган провёл меня, заставили забыть о цели визита. Один из старцев что-то говорил, но я не слушала, а осматривала полупрозрачные колонны, понимая, что такие уже видела в Храме у Закатного пика. Заметив, что я не реагирую на происходящее, старец замолк, а я обернулась к пятому пархонту, давнему своему знакомцу, даже другу, можно сказать:
― Это Храм ангов, Вальдеган. Вы знаете об этом?
Пархонт отступил, оглядывая Зал:
― Храм?!
― Конструкция немного иная, но колонны из того же материала и они будут светиться изнутри, если Храм «включить».
― Это Дом Совета, Великая… Он был им всегда.
― А что за дверями в коридоре? ―этот вопрос я уже обратила к престарелым мужчинам и их помощникам, что столпились вокруг.
― Там просто стена, ―высказался один из старцев. ―Каменная кладка за каждой…
Ещё что-либо объяснять было уже не нужно. Нужно действовать и притом немедленно!
Бумер нёсся впереди, указывая дорогу, а в голове держалась только одна мысль: «Это шанс! Последний, маловероятный, но шанс!» Умирающего Карелла разместили в большой светлой комнате на первом этаже Дома Совета. Дайк сидел у изголовья широкой кушетки, продолжая утирать время от времени проступающую кровь на его груди, так как наконечники стрел до сих пор не вынимал. Они хоть и порвали грудь нашего дорогого друга, но частично блокировали кровотечение и вынуть их ― значит, позволить ему мгновенно умереть. А терять атамана я не хотела. Категорически! Поэтому и тянула до последнего.
Макс, Грас, Лакр, Аютан и многие другие тоже были здесь ― ждали, а вдруг наш предводитель хоть на миг ещё придёт в себя. Быстро стянув доспехи, я достала из-под плотной подкладки две ампулки со «слезами», те, что на прощанье подарил Рекс. Вскрыла обе и вылила содержимое прямо в рот умирающему.
― Воды! Дайк, воды!
Нянь вскочил и протянул кружку, а Макс схватил за руку:
― Но, Кари?! Он умирает!
― А какая теперь разница?! ―я резко обернулась. ―У нас всего три варианта развития событий. Первый: он просто умрёт с минуты на минуту, что, вероятнее всего, и случится. Второй ― монстр. Тогда я сама убью его! Третий ― удачное превращение. И если оно получится, Карелл станет ангалином через восемь дней, а потом обратный переход ― и у нас будет уже два настоящих анга!
― Но где?! Где здесь проводить превращение?! ―Дайк и Макс заорали в один голос в отличие от всех остальных, что, затаив дыхание, наблюдали за всем происходящим.
― А вот это вы сейчас узнаете!
Глава 16
Такого погрома Дом Совета не видел никогда. Помощники отворили загадочные двери и действительно, гладкие обтёсанные камни скрывались за каждой в этом длинном, извилистом коридоре. Я вытащила из-за пояса Граса тяжёлый боевой топор и с размаха ударила. Стена дрогнула. Потом ударила ещё раз и ещё, до тех пор, пока широкая трещина не сломала кладку. Когда большая часть стены рухнула, за ней обнаружилась камера превращений, такая же, как в Банкорской тюрьме, да и в остальных Храмах тоже. Оставалось поднять решётку. А сделать это можно было, только из одного изолированного помещения и где-то оно должно где-то находиться.
― Думай, Макс! Вспоминай! Я не вдавалась в подробности устройства Храмов!
― Но здесь всё не так! ―Макс чесал густую тёмную шевелюру, пока остальные оттаскивали обломки.
― Принцип тот же, только расположение другое. Рычаги где-то есть. Они должны быть!
― Я понимаю, что должны… А если они за самыми крайними дверями в концах коридора и тоже замурованы?!
Не долго думая, я схватила топор и помчалась ко входу в Зал Совета. Крайняя дверь также скрывала камеру, а вот другая, первая с противоположного конца, ― маленькую комнату. Терпение было уже на пределе и мои мужчины попеременно пытались меня успокоить, что, мол, не надо так неистово стены долбить, ведь рухнуть всё здание может, а как-никак веками стояло, но пришла богиня и глядишь, руины только и останутся. То, что всё будет работать я не сомневалась. Анги создавали надёжные и долговечные механизмы. Их технологии оставались во многом загадочными и непонятными, но общая суть была уже известна.
В «пусковой», как я обозначила это помещение, на вмурованных в стены панелях располагались рычаги поднятия решёток. Время не повлияло на их работу и вскоре методом «тыка» решётки в двух камерах со скрипом, но поднялись. Карелл был ещё жив. Пока я ставила на уши дворец, никаких изменений с ним не произошло: ни плохих, ни хороших. Как мы оставили его, в смертельной бледности с торчащими обломками стрел в груди, так он и лежал. Дайк щупал его пульс, вытирал кровавые пузыри, промакивал пересохшие губы влажной тряпкой ― наш атаман в сознание не приходил, но его сердце, хоть и медленно, всё-таки до сих пор билось. И мы решили подождать немного, понаблюдать. Какой смысл переносить его в камеру в таком состоянии? Хотя это был риск и риск серьёзный, ведь как сработают «слёзы» в данном случае мы совершенно не представляли, да и влила-то я двойную дозу. А в Книге ангов ничего подобного ни я, ни Макс не читали. Оставалось ждать.
Меж тем город захлестнула эйфория победы, а вот нам совсем не хотелось веселиться. Так как я теперь замещала Карелла, всё бремя руководства легло на плечи тяжким грузом. Столицу я решила не эвакуировать. Территорию Совета от города отделяла стена, почти такая же, как и внешняя. Дабы не допустить распространения преждевременных слухов и во избежание паники, по моему приказу закрыли все ворота и выпроводили за них молодёжь, женщин и детей. Охранники Совета патрулировали стену, а из городского руководства с нами остались только пархонт Вальдеган, Хлоан эн Атрай ― мой друг и коллега, наследник древнего дома, часть обслуги дворца, ну и Совет в полном составе. Всем горожанам было объявлено, что третий претендент на трон, а по факту будущий терр, признанный народом и Советом, тяжело ранен в битве и мы боремся за его жизнь.
Стоя на широкой открытой террасе, я вдыхала ароматы ночи: сладость фруктовых садов и прелую свежесть скошенных трав, смешанную с терпкостью смол, а лёгкий ветерок с озера разбавлял эту тёплую пряность прохладными нотками далёких гроз. В городе не смолкали песни, а ритмичные звуки бубнов и барабанов далеко разносились над озером.
Покашливание позади ― я обернулась. Грас крепко держал Ская за плечо:
― Вот он, красавчик наш! Думал, что мы про него уже забыли!
― Под конвой и в Латрас к отцу. Пусть Гай сам с ним разбирается.
― Но, Кари! ― Скай дёрнулся, да не вышло. Не так-то просто вырваться из лапищ верного Гоблина. ―Какая теперь разница?! Я хочу остаться!
Я не слишком злилась на парня. Ну сбежал он из семьи, хотел поучаствовать в Великих освободительных битвах. Его желания вполне понятны, и таких юнцов хватало среди наших. Но много и погибло. Мы тоже понесли немалые потери. Да вот слишком уж я любила не только Ская, как родного брата, но и всё музыкальное семейство: Гая, Хейю, Натри, Айру, да и малышку Кари тоже. Поэтому, на правах близкого человека, да и богини, в конце концов, решила не давать поблажки: