Лина Мраги – Для вкуса добавить "карри", или Дом восьмого бога (страница 67)

― Вы дочь Хранителя?

Я опустила глаза, размышляя над ответом.

― На Севере меня приняли за его сына, за Альда и вот этот шрам,― я ткнула пальцем в щёку,― всегда будет напоминать об этом.

Мы ещё немного посидели молча, а после Хлоан спросил:

― И что вы намерены со мной делать?

Мы с Дайком переглянулись. О том, как быть дальше с нашим новым попутчиком мы не думали.

― Да ничего…― я пожала плечами.― Мне просто не хотелось оставлять вас в лапах Элгана, да и помочь вам было некому.

― Вы ведь тоже получили форму для чеканки?

Я кивнула:

― Пятый пархонт приезжал в Латрас в начале весны, чтобы убедиться в том, что я настоящая наследница.

― И убедился?

― Да, форму я получила.

― И что вы думаете?― он придвинулся ближе, слегка покряхтывая. Наверно, сломанные рёбра давали о себе знать.

― О чём?

― Кого поддержать из претендентов?

― Ну что не Элгана ― это точно, да и второй не вызывает такого желания… Ведь они убили своего брата и начали всю эту заваруху.

― А третий?

― Третий…― мы с Дайком дружно вздохнули.

― Дело в том, фаэдр Хлоан, что с Карелланом эн Растаном мы с Дайком лично знакомы, и у меня к нему двоякое отношение.

― То есть?

― Главный аргумент в его пользу то, что, похоже, к смерти терре он отношения не имеет, хотя я не могу быть полностью в этом уверенна.

― А как же война, которую он проиграл?

― Я не была на той битве… Думаю, стоит придавать значение только достоверным фактам, а не слухам и рассказам обиженных. Нет полной уверенности, что официальная версия покойного террхана и Совета об этих событиях соответствует тому, что было на самом деле.

― Да… Вижу, что вы настоящая наследница древнего дома,― тихо проговорил фаэдр Хлоан.― Я очень устал… Дайкаран, помоги мне встать.

Бумер и Макс остались караулить, а мы потопали в кибитку. Хлоан эн Атрай оказался хорошим попутчиком. Благодаря усилиям Дайка он шёл на поправку и сломанные кости всё-таки срастались. Наследник ещё сильно хромал, хотя ходил уже гораздо бодрее. Дайк сказал ему, что хромота останется, но он только отмахнулся:

― Я сам виноват. Если бы я больше уделял времени своему наследству, а не сидел почти всегда в столице, то, возможно, Раску удалось бы отстоять. Только согласно законам древнейших город и окружающие земли всё равно никому не могут принадлежать, пока есть хоть один наследник рода, и только через пятьдесят лет после смерти последнего отойдут правящему дому.

Мы приближались к Закатной гряде, уже вторую неделю двигаясь по северо-западной дороге. Сидя рядом, Хлоан сказал:

― Я хотел бы пристать к каравану, эрдана Кари, не нужно подвозить меня к столице…

Я тревожно глянула на престарелого фаэдра:

― Вы доберётесь в одиночку?

― Доберусь… Вы и так уже столько для меня сделали, а здесь места обжитые, караванов много… Не хочу задерживать вас, у тебя своя великая цель.

Я невольно заулыбалась, подтягивая вожжи, Тучка то и дело норовила свернуть с колеи:

― Великая цель?! Ох, Хлоан, нет у меня такой уверенности.

― Зато у меня есть,― он стиснул мой локоть.― Ты уже совершила великие дела, девочка, и дальше будешь их совершать, я это точно знаю.

Отговорить его не удалось, старик твёрдо стоял на своём и через два дня мы расстались. На перекрестке трёх дорог: северо-западной, дороги на столицу и пути на Маргос, находилось селение с большим постоялым двором. Мы остановились неподалёку от посёлка, предпочитая не ночевать в деревнях или с караванами, так было спокойнее.

Дайк с Хлоаном потопали к селению, а я осталась с Максом и Бу распрягать лошадей и готовиться к ночёвке. Вскоре они вернулись, и Хлоан сообщил, что караванщики возьмут его с собой до столицы, только плату попросили немаленькую.

― Это не проблема, фаэдр,― я отсыпала нужную сумму и добавила ещё столько же на всякий случай.― Главное, чтобы вы доехали благополучно.

Он сжал деньги в кулаке и крепко обнял нас с Дайком:

― Дайкаран, эрдана Кари… Спасибо, я этого никогда не забуду. До сих пор не верится, что всё случившееся со мной не какой-то сон!

Мы снабдили Хлоана ещё кое-какой одежонкой, поделились частью припасов и с рассветом проводили поближе к постоялому двору, откуда уже доносились голоса и ржанье запрягаемых лошадей. Наследник наклонился к Максу:

― До свиданья, зеленоглазый прохвост, я был очень рад с тобой познакомиться!

Макс улыбнулся в ответ, слегка кивая.

― Если встретите пятого пархонта, передайте ему привет от нас,― Дайк обнял старика.

― Обязательно, тем более что с Вальдеганом мы знакомы.

Я вскинула брови:

― А что раньше не сказали?!

― У меня тоже есть свои секреты…

Махнув на прощанье и сильно припадая на одну ногу, Хлоан скрылся в утреннем тумане, а я ещё долго стояла столбом, глядя ему вслед. «Все, как и раньше, как в прошлом году: встречи, расставанья… Хотя сейчас, конечно, я не одна путешествую. Удачи тебе, наследник дома Атрай, удачи…»― я развернулась и, сбивая сапогами крупные росистые капли, побрела к повозке.

Латрас.

На широком дворе возле таверны Эльма было многолюдно. Первый урожай года был вполне хорош, несмотря на прохладную весну. Неплохо вызрел ирс, а ваго, что шёл на корм скоту, так вообще, хорошо уродился. Если фрукты вызревали постоянно и созревшие плоды нужно было просто вовремя снимать, то злаковые и корнеплоды, естественно, сажали заново. Система сельского хозяйства на Окатане учитывала все климатические плюсы. Долгое лето не позволяло населению голодать, нужно было только не лениться: сажать ― убирать, сажать ― убирать, после складывая выращенную продукцию на хранение в подвалы и сберегая другими способами, чтобы в холодный период питаться не хуже, чем в тёплое время года.

Первый урожай всегда старались хоть как-то отметить. Поэтому фаэдр Балмаар объявил о двухдневном праздновании, чем весьма порадовал значительно возросшее население города. С гиканьем и визгом ребятня носилась по улицам, в то время как Натри, стоя возле матери, как обычно, привязанный, ныл и канючил:

― Ну, мамочка, мамочка-а-а-а… Отпусти-и-и-и!

Хейя качала головой, стараясь не смотреть на пока ещё младшего сына. Прибавление в музыкальном семействе ожидалось ещё через несколько месяцев, и она с ужасом думала о том, а что если и этот ребёнок будет таким же, как Натри ― необычным, ведь второй каморты у них нет. Да и сколько можно держать мальчика на привязи?!

Сидя на удобной скамеечке у нового дома, Хейя утёрла платком влажные глаза.

― Ну, мамулечка-а-а…― голос сына разрывал сердце. ― Там и Рути, и Кри, и Тим бегают, я с ними поиграю.

― А если ты опять пропадёшь? Где мы будем тебя искать?!― женщина прижала к себе ребёнка, целуя в лохматую головёнку.

― Я не пропаду! А если и пропаду ― меня ангалины найдут! Они хорошие! Вы их опять попросите и они меня найдут!

Хейя уже не знала, что говорить и как быть со своим загадочным ребёнком:

― Вот вернутся папа со Скаем, и мы пойдём на праздник, там с друзьями и поиграешь.

Ткнувшись носом в грудь матери, малыш продолжал что-то невнятно бурчать, и Хейе даже показалось, что он ругается и притом теми же выражениями, что и старший брат себе иногда позволяет.

После десятка исполненных на радость слушателей песен, Гай дал дочери отдохнуть. Праздник уже перешёл в ту стадию, когда большинству нужно было срочно удариться в пляс и развлекать разгорячённую публику остались только музыканты.

Выскочив на воздух, под мелкий теплый дождик, девочка остановилась у забора и сразу заметила четвёрку ангалинов, которые, вытянув шеи, наблюдали за происходящим в таверне. «Наверно в Тухлый дом с северного кордона возвращаются…»― подумала она, всматриваясь в рептилоидов.

С тех пор как желтоглазый ангалин разговаривал с ней и подарил жемчужину, Айра его почти не видела, хотя при первой возможности и на пристань бегала, и к строящейся крепостной стене, сама толком не понимая почему. Однако «погулять» где-нибудь поблизости от Тухлого дома так и не решилась, хоть такие мысли не раз посещали. Про подарок она тоже до сих пор так никому и не рассказала, а чтобы не потерять драгоценность сшила маленький мешочек, и, втянув в него верёвочку, повесила на шею.

Заметив своего знакомого, Айра улыбнулась и рука сама дотронулась до их общего секрета, спрятанного под платьем. Ангалин тоже её увидел. Сперва он долго смотрел, а потом начал делать головой какие-то странные, махающие движения. Несколько секунд девочка пыталась понять, что подобное значит, пока вдруг её не озарило: «Он зовёт меня куда-то! Вроде к морю показывает…». Первым порывом, от вдруг нахлынувшего волнения, было убежать, однако тело будто приняло собственное решение, и она несколько раз кивнула ангалину в ответ.

Уйти с праздника оказалось несложно. Гай, видя напряжение дочери, которую местные парни так и норовили пригласить на танец, сразу отпустил её домой.