Лина Мак – Диагноз "Неверный" (страница 2)
– Да, пап, – согласно кивает она улыбаясь. – Не поговорили? – следом задаёт вопрос, сощурившись, от которого становится не по себе.
– Нет, малыш. Но я напишу маме сообщение, вдруг ответит. – Я стараюсь улыбнуться в ответ Кирюше.
– Не ответит, – грустно вздыхает дочь, опуская голову, и начинает что-то листать в своём смартфоне.
– Не грусти, моя королева. – Я пытаюсь говорить бодрее, разворачиваюсь к ней и поддеваю носик пальцем. – А давай куда-нибудь съездим перекусить? – решаю сменить тему, и это работает.
– В пиццерию, – восторженно выдыхает Кирюха. – Только выбираю я.
И такие глазки строит, что я просто не могу отказать ей. Знаю, что Лара будет злиться, но всё равно не могу по-другому.
– Только одну пиццу, Кир. – Я напускаю на себя строгий вид, но как только замечаю радость и слышу визг дочери, вся строгость улетает в дальний полёт, за облака.
– Обожаю тебя, папочка. И да, только одну и пополам, – соглашается она на условия. – Но только честный «пополам», а не как обычно. – Она складывает губки бантиком и сощуривается, заставляя моё сердце нестись вскачь.
– Хорошо. Честный так честный, – киваю ей. – Мне пять, тебе три, – добавляю я и сразу же получаю оглушающее:
– Нет! – кричит Кир., – Папа, обещай, что ты не будешь отнимать у меня мои кусочки? – тыкает в меня пальчиком, и я не выдерживаю, начинаю ржать на всю машину.
Так мы и выезжаем с парковки, переговариваясь и подшучивая друг над другом. Точнее, я дразню, а Кира только и делает, что повизгивает, но после всё равно смеётся вместе со мной.
Пока стоим на очередном светофоре, скидываю сообщение Ларе. Вижу, что она его прочла – снизу загораются две синие галочки, – но не отвечает. Никогда не отвечает, если это напрямую не касается дочери.
Откладываю телефон и сжимаю руками руль посильнее, чтобы выпустить всю ту злость, что кипит внутри.
Устал. От всего устал. Я не святой. Достаточно накосячил в жизни, и самый большой прокол у меня произошёл тогда, когда я подумал, что моя жена никуда не денется от меня. Что от таких, как я, не уходят. Что если добился её, значит, она моя навсегда. А болт тебе, Рысев, а не навсегда.
Когда начал пробовать одну бабу, после вторую, третью и так по кругу, то приходил домой и волей неволей сравнивал всех этих давалок с Ларой. Она для меня всегда была чистой, идеальной, только моей. А когда родилась Кирюша, я был самым счастливым. Я смотрел, как Лара кормит её грудью, и понимал, что сексуальнее и прекраснее ничего не видел в жизни. Рассматривал свою жену, которая после родов стала только сочнее, и чувствовал себя тем, кто сорвал джекпот. И, как любой идиот, думал, что это будет вечно. Как же я лоханулся!
– Пап, ты проехал, – слышу возмущённый голос Киры и действительно понимаю, что проехал пиццерию, в которую мы часто заезжаем с дочкой.
– Сейчас вернёмся, малыш, – отвечаю я и, заметив место для манёвра, разворачиваюсь.
Перекусив в пиццерии, мы едем домой. Как только Кира входит в квартиру, всё сразу меняется. Я чувствую, что вот сейчас я дома, пускай и не полностью доволен, но хотя бы так. Я и на работе чаще всего остаюсь допоздна, потому что просто не хочу ехать домой. И только в выходные я получаю хоть малейшее удовольствие от присутствия дома.
– Папа, давай быстрее, – кричит Кира, пробегая мимо меня в гостиную.
– Иду, Кирюш, – отвечаю я, улыбаясь.
Моя дочь наполняет этот дом жизнью.
Кира проносится мимо меня, забыв что-то в своей комнате, после возвращается. Раскладывает вокруг себя тетради, книги, как всегда, её любимые разной формы и цвета ручки и поднимает на меня полный радости взгляд.
– Я готова, – говорит она бодро. – Давай напишем сочинение, а после посмотрим с тобой что-нибудь интересное, – добавляет она заговорщически.
– Давай, – отвечаю, полностью тая от её улыбки.
Моя дочь – спасение моей души.
В эти минуты я понимаю, что всё же я незаконченный мудак.
Сочинение на тему «Как я проведу зимние каникулы» ложится как на духу. Мы придумываем самые невероятные приключения с Кирой и всё это записываем. Проверяем, после переписываем уже в тетрадь. Я готовлю какао с зефирками, а дочь постоянно что-то рассказывает, не умолкая.
Нас перебивает звонок на телефон Киры. По мелодии слышу, что это звонит Лара. И звонок идёт по видеосвязи.
– Мам, привет. Ты где? – спрашивает дочь.
– Я ещё в ТЦ, дорогая. Кирюш, ты одна? – спрашивает Лара, а я жду, что ответит дочь.
Кира осматривается по сторонам, особо не задерживая на мне взгляда, и спокойно отвечает Ларе:
– Да, мам.
– Супер! – Я слышу, как Лара выдыхает, а меня снова корёжит. Она меня никогда не простит? – Смотри, какой тебе купальник больше нравится? Этот или этот? – Я слышу, как что-то шуршит в динамике.
– Оба классные, мамуль. Но розовый всё же лучше, – отвечает Кира, а я замечаю, как она улыбается.
– Хорошо, родная. Значит, берём оба, – звучит довольный голос Лары, а мне хочется, чтобы она и мне так отвечала.
Я волком выть готов оттого, что она больше не моя.
– Мам, а зачем мне два? – спрашивает дочь удивлённо. – Ты же покупала мне один летом.
– Будем с тобой блистать на пляжах Тая, – отвечает Лара. – Ой, Кирюш, давай я тебе перезвоню.
– Почему? – спрашивает, хмурясь, дочь.
– Здравствуй, Ларочка. Как ты? Красивые трусики. – Я слышу мужской голос где-то рядом с Ларой и со злости сгибаю ложку, которой мешал свой кофе.
– Всё, дорогая, целую тебя.
– Мам! – выкрикивает Кира хмурясь, но Лара уже отключилась.
Дочь кладёт телефон и отворачивается, хмурясь и о чём-то думая. Я смотрю на неё и вижу сейчас перед собой не мою маленькую девочку, а уже девушку. Особенно когда она такая серьёзная, я даже не могу сказать, что ей тринадцать. Мне кажется, что она слишком взрослая.
– Пап, – обращается ко мне дочь, но не поворачивается, пытаясь, что-то рассмотреть в окне.
– Да, милая.
– А ты не хочешь съездить в отпуск? – спрашивает Кира и теперь поворачивается ко мне. – Я обещала маме не говорить тебе, что мы летим в Таиланд, но я хочу эти каникулы провести вместе с вами, а не по отдельности.
– Кир, – выдыхаю я, внимательно смотря в глаза дочери. – Я и так лечу с вами, родная. Прости, но твой папа слишком любит вас, чтобы отпускать за границу одних.
– И-и-и, – пищит Кира и, спрыгивая со стула, бежит ко мне, а я только и успеваю поймать её, когда она запрыгивает на меня мартышкой.
Прижимаю к себе дочь, вдыхаю её родной запах и понимаю, что принял правильное решение узнать о планах Лары ещё за месяц, когда один из моих ребят сказал, что видел, как она выходила из нашего местного турагентства.
– Только чур маме ни слова. – Я отодвигаю немного дочь и заглядываю ей в глаза.
– Честное слово! – обещает Кира, чмокая меня в щеку.
– И врать маме не нужно, малыш, – добавляю я, прижимая Киру к себе. – Я понимаю тебя, но не надо, родная. Мы сами как-нибудь.
– Вы как-нибудь уже три года, пап, – вздыхает Кира, утыкаясь мне в шею.
– Прости меня, маленькая моя.
Выдыхаю тихо, и очередная доза чувства вины разъедает меня изнутри. Виноват! По всем статьям виноват. И как всё исправить, понятия не имею.
Глава 3
***