Лина Хоук – Лиз против магии! (страница 21)
— Помолчи уже… — тихо говорит шатен Арону и по лбу его пальцами бьет. — Сейчас Зесту скинешь, а она грохнется посильнее. Вон здоровая какая! Все переломает себе! Пожалей сородича!
Тот, наконец, угомонился, а после стал водить носом по воздуху.
«Будет дождь… Долгий… Словно слезы… Небо будет плакать…»
Элизабет лежала неподвижно, а со стороны и вовсе могло показаться, будто мертва. Бледная, губы потрескались, дышит едва ли.
— Приходи в себя, одаренная… — проговорил Самберс, проводя по ее щеке пальцами. В груди неприятно щемило. Она ведь вернулась за ним!
Глава 20
— Я ничем не могу больше ей помочь… — лекарь развела руками, — девочка приняла слишком большую силу, но если не сможет справиться с ней — она же ее и убьёт. Нам остаётся только ждать…
Наступил вечер следующего дня.
— Хей, бро! — Лайл вошёл в комнату и облокотился о дверной косяк.
— Я тут с Мел перетер… — Тот крутит мешочком в воздухе, — добыла сон-порошка! Мисс Пруф пьёт чаи после восьми. Пойдёшь навещать свою спящую красавицу?
«Ее фамильяру лучше быть с ней» — произнёс Арон, смотря, как Зеста находится в том же состоянии. Правда, в размерах она чуть уменьшилась. Похоже, эффект проходил.
— Давай его сюда, — осмотрел парень мешочек, а после договорился с помощью другого порошка с секретарем мисс Пруф, который носит ей чай. Не за просто так, конечно.
Вот уже в потемках у койки сидела фигура. Джо уложил змею рядом с девушкой, а сам какую-то книгу сидел, читал при тусклом свете лампы над ними.
Девушка берет глубокий вздох ртом, словно глоток воздуха и подрывается в постели.
— Пауки, пауки, пауки! — бредит та, стряхивая с себя невидимых тварей, а постом испуганно смотрит по сторонам. Забавная такая. Сидит лохматая, глаза на вылупку.
— Какие пауки? — спрашивает Джозеф и смотрит на нее. — Никого здесь не было, и нет.
Парень откладывает книгу и вздыхает, смотря на змею, что чуть не скатилась вниз. Поправив ее, он поправил волосы блондинке и сложил руки у груди.
— Заставила ты всех поволноваться.
Она смотрит на того надув губы, а после всхлипывает и начинает плакать.
— Дурак…
— Успокойся, — он пересаживается на край кровати и заключает ее в объятия. Пускай ему в плечо плачет. — Тебе, может, память стереть? Чтобы не мучилась.
— Придурок бессердечный… — ревет та только сильнее, утыкаясь ему в плечо, сжимая его одежду пальчиками, — Я думала ты умер… Искала тебя… Ходила вдоль берега и там и тут… Но тебя нигде не было…
— Я ведь говорил тебе уйти. Зачем искала? — гладит он ее по голове, смотря в окно перед собой.
Он ведь знает, почему искала. Но она не может ответить ему на этот вопрос. Не сейчас.
— Прости… — тише добавляет та, чуть успокоившись, — Я… Не должна была уходить…
— Главное, что ты жива. Ладно. Не будем это обсуждать, — успокаивает он ее этим. Надеется, что успокаивает. Кому было бы хорошо, мусоль ты эту тему?
— Вы с Зестой потеряли много чего оказывается. Хотя, когда ты ее принесла, она была большой.
— Я не помню… — произносит она тихо, продолжая вот так сидеть, держась за него, будто боится, что он уйдёт. — Не помню, как пришла сюда… Только… Как было плохо. Постоянно тошнило… Но я продолжала бродить и искать… А потом вернулась обратно. К камню…
— К камню… И что за камень? — аккуратно он ее спрашивает.
— Он перенес меня сюда… — произносит она, прикрывая глаза. — Я попросила его к тебе… И он перенес сюда…
— Телепорт… Ясно, — парень берет ее за щеки и в глаза смотрит. Ну вот! Уже успокоилась, — улыбается он и поглаживает кожу щек пальцами. Она смотрит на него, а самой будто на душе легче.
— Разве тебе не запрещено быть тут в такой час? Тебя накажут…
— Кто? Сына министра никто не накажет, — хмыкнул он носом. — Да, я этим пользуюсь, — смеется парень тихо.
— Полежишь со мной? — спрашивает она тише.
— Вот это уже запрещенный прием! — пригрозил тот, — Ты же знаешь, что я не откажусь, — снова он смеется. — Но зачем мне соглашаться? Не думаю, что это будет хорошей идеей, Лиз. Мы и так привыкаем друг к другу. А это выльется во что-то плохое…
— Хуже чем то, что ты собирался умереть из-за меня? — спрашивает она, ища в его глазах ответ, — Или того, что я без раздумий вернулась искать тебя?
— Видишь, это уже во что-то выливается, — опускает он руки с ее лица и кладет себе на бедра. — Чем дальше, тем хуже для нас двоих.
— Мне пришлось есть настоящее. Сырое. Сердце. Не говори мне о том, что может быть хуже… Иди сюда, — она тянет его за собой и ложится на спину. — Просто полежим немного, а потом можешь дальше издеваться сколько угодно…
— Разве я издеваюсь или издевался? — укладывает ее поудобнее и руку ее на себя закидывает, перевернув девушку на бок. — Я забочусь о тебе.
— Издеваешься… — шёпотом произносит она, засовывая ножку промеж его ног, придвигаясь плотнее. Она проходится пальчиками по его шее, чуть поглаживая и щекоча кожу.
— Нет. Это ты издеваешься. Прямо сейчас, — серьезно проговаривает парень и вздыхает, выдыхая тяжко.
— Разве я издеваюсь? — передразнивает она его с лукавой улыбкой.
— Да. Издеваешься. Своими действиями, — переводит взгляд на блондинку и смотрит довольно серьезно. Впрочем, как и всегда.
— Я только потрогала! Что не так? Ладно. Больше не буду! — дует она чуть щеки, а после убирает руку, кладя ее куда-то на себя
— Я что-то необычное? — улыбается тот, хмыкнув носом, и тычет в ее шею пальцем. — Вот и я тронул. Знаешь, вот прямо что-то неземное! — шутит Джо и смеется.
Она улыбается ему, искренне так. Ну и как можно на такую девочку подумать что-то плохое?
— Можешь трогать… Мне не жалко, — произносит Лиз, — Это ты у нас жадина!
— Я бы тебя всю потрогал, — говорит парень сначала серьезно, а после начинает смеяться. — Засыпай, — успокоился шатен, — Мне нужно все равно вернуться в комнату, но пока не заснешь, не смогу этого сделать.
— Тогда я не буду спать… Но… — она кусает пухлые губки, — Нас тогда обоих накажут. А я этого не хочу…
Девушка послушно закрывает глаза, чуть дергая носиком. Скорее легкая особенность, когда она нервничала. Самберс не сдержался и поцеловал ее в щеку, погладив ее после пальцами. Он устремил взгляд в потолок и чуть не цокнул из-за своей глупости. Сам ведь говорил, что им нельзя, и сам же пошел наперекор.
— И все-таки… ты издеваешься больше… — шепотом произнесла она, — Может, мне стоит говорить побольше? Чтобы меня пришлось заткнуть? — она приоткрыла один глазик, хитро улыбаясь.
— Уже начинаешь, но я не поддамся, — говорит Джо так, словно она ведьма и его заколдовать пытается. Хотя, это может быть просто переключение на другую тему, чтобы отойти от темы с сердцем, которое ему покоя не даёт.
— Может… Нам тогда просто стоит стереть все из памяти? — предложила девушка шепотом.
— Если ты этого хочешь, — вздохнул шатен. Ему не хотелось бы.
— Если только… Одну глупость…
— Да ладно тебе. Было и было. Я же не глупый. Зелье натворило с тобой кое-чего, но это не страшно. Но раз ты хочешь, то я возьму порошок.
— Не эту… А эту… — она придвигается, а после сама целует его губы. Неумело так, как умеет, но кто же поспорит с тем, что это приятно?
Джозеф ее не отталкивает и поцелуй не останавливает. И как девушке не стыдно, когда змейка ее на это все смотрит? Конечно она после сползает вниз и прячется под кровать.
Самбер придерживает девичье лицо пальцами за подбородок и нежно сминает губы Элизабет. Она довольно улыбается уголками губ, но не позволяет себе отстраниться первой. Слишком мало. В такие моменты вообще кажется, что невозможно насытиться. Внизу живота бабочки устроили бунт, намереваясь выбраться, но что-то им мешает. Лиз придвигается вплотную, так удобнее и плевать, что кто думает.
Парень усаживается и сажает девушку на себя. Нормально ведь себя чувствует, голова у нее кружится, значит, будет сидеть. Так обоим будет удобнее. Джо гладит ее по талии, переходит к началу бедер, и так постоянно.
Их дыхание давно сбилось от такой близости. Ее локоны красиво освещались светом луны в полумраке лазарета, а глаза будто сияли, когда она осмеливалась посмотреть в его, такие темные сейчас. От томящей близости, но бездействия закружилась голова.
Лиз держится одной рукой за его предплечье, пока вторая лежит на плече. Девушка непроизвольно ерзает, чувствуя напряжение снизу, но это мешает не так сильно.
— М… — промычал он, ругая ее за это действие. Ухватился пальцами за талию, чтобы держать ее в одном положении.
— Прости… — шепчет она в его губы своими, уже припухшими от поцелуя, — Там… что-то упирается… — старается она не нагнетать неловкости, — Я не нарочно…
— Это что-то имеет название. И вот если упирается, то ёрзать не обязательно… — рассматривает он части ее лица, которые ему видны.