Лина Филимонова – Привет! Я вернулся (страница 13)
Неужели она собирается… О, да! Моя порочная мечта в реальности. Секси-медсестричка ублажает пациента прямо на рабочем месте.
Она уже делала это. Ласкала мой пистолет своими сладкими губами. Не очень умело, но с таким энтузиазмом! Не удивлюсь, если для нее это был первый раз.
И это охренеть как заводит! Ее неумелость, искренность, страстность.
Она не из тех пластмассовых кукол, которые в сексе думают о том, как выглядит их силиконовая грудь. Пытаются принять живописную позу и искусственно стонут, изображая страсть.
Кошка ничего не изображает. Она – настоящая. Необузданная и в то же время скромная… Да, вот такая невероятная смесь!
В прошлый раз она делала это ночью. В темноте. В порыве страсти, когда все неловкости были забыты и все смущения отброшены.
Дай ей волю – она бы вообще занималась сексом в темноте. Под одеялом. А это преступление – лишать меня дивного зрелища…
Сейчас светло. И поэтому Рыжая Кошка страшно смущается. Но все равно делает это!
Ее губы на моем пистолете. Он яростно толкается в нее, не в силах сдерживаться. Она закашливается, смотрит на меня виновато.
– Попробуй расслабить горло, – говорю я.
Она подчиняется. Моя послушная дикая Кошечка…
О, да!..
Глава 11
Матвей
По саду разносится умопомрачительный запах жареного мяса. Я раздуваю угли, отпиваю из бокала местное вино. Сухое красное. Не Бордо, конечно, но вполне приличное. Кайф!
Сейчас еще Кошка придет с работы, и будет полный праздник.
Завтра начну мастерить беседку – руки уже чешутся. А еще я вызвал электрика и водопроводчика. В Кошкином доме проводка такая хлипкая, того и гляди пожар случится. И трубы все текут, латанные-перелатанные. И вообще надо сантехнику поменять.
Блин, я дарю красивой девушке унитаз!
Оборжаться просто.
Я всегда был щедр с женщинами. Шубы там, камушки, курорты – без проблем. Это как бы само собой разумеется.
Но трубы, унитаз и беседка… это что-то новенькое!
Потому что Кошка – не такая, как другие девушки. И обстоятельства другие. И я немного другой после всего пережитого.
И тут вдруг меня осенило: а что обо всем этом думает Настя?
Она ведь может решить, что у меня серьезные намерения. Что я вообще собираюсь к ней переехать…
Она обо мне ничего не знает. Не задает лишних вопросов – я и рад. Не приходится врать.
Она вряд ли себе представляет, в каких сферах я работаю, где и как живу… И насколько моя жизнь далека от жизни этого небольшого курортного городка. В котором она родилась, выросла и осталась, отучившись в краевом центре.
Я затеял строить беседку просто по кайфу. Скорее даже для себя, чем для Насти. Немного увлекся и начал приводить в порядок дом… И это тоже доставляет мне удовольствие.
Я вообще люблю создавать новое прекрасное на месте развалин. Делать из дерьма конфетку, как говорит Серега. Поэтому и занимаюсь стройкой.
Но, блин, Настя точно поймет меня неправильно. Надо прояснить ситуацию.
Но как?
Что, если после прояснения Кошечка выпустит когти и прогонит меня в шею?
Меня такой вариант категорически не устраивает! Я планирую задержаться в ее постели до конца своего пребывания здесь.
Но все равно – надо прояснить. Не хочу быть очередным мудаком в ее жизни.
Или я все равно им буду?
Или я уже мудак?
Сложный вопрос. На который обычно есть два ответа, женский и мужской.
Женщины хотят вить гнездо, это их природа. Мужики хотят продолжать охотититься – так они устроены.
Отсюда все конфликты, сотрясающие человечество на протяжении тысячелетий.
Ага, очень удобно уйти в философию, когда не знаешь, как сказать женщине, что она для тебя – лишь временное развлечение. И утешение.
И эликсир, возвращающий к жизни.
Настя появилась как раз вовремя – когда я дожарил последнюю партию шашлыка.
Стоит, таращится на меня. Зеленые глазищи распахнуты, губы припухшие – и я помню, от чего. Блузка в районе груди натянулась, дурацкая бесформенная юбка прячет стройные ноги – но я все равно их вижу…
– Что? – спрашивает Настя неуверенным тоном. – Что ты так смотришь? У меня помада размазалась?
И ей даже в голову не приходит, что я ею любуюсь! Откровенно, не скрываясь. Смотрю и хочу ее. Любая баба на ее месте сразу бы это поняла. А Настя…
Блин, что у нее вообще в голове?
Откуда такое пренебрежительное отношение к себе? Бесит прямо!
– У тебя есть зеркало? – спрашиваю я.
– Что? – теряется Кошка.
– Есть, я видел. В ванной, в прихожей и в спальне. Ты когда-нибудь в него смотрелась?
– Что за вопросы? – Кошка не понимает, к чему я клоню.
– Пойдем со мной, – говорю я.
И тащу ее за руку в спальню.
Останавливаюсь перед зеркалом, встаю позади Кошки. Обнимаю ее сзади – просто не могу удержаться.
И говорю:
– Смотри.
– У меня волосы растрепались, – она поднимает руки и начинает поправлять прядь, выбившуюся из ее шикарного рыжего “хвоста”.
Ладно, пусть. Я не мешаю.
– Теперь волосы в порядке. Что ты видишь?
Настя внимательно вглядывается в зеркальную поверхность.
– Тушь потекла? Пятно на юбке?
Она оглядывает себя критическим, я бы даже сказал, прокурорским, взглядом.
– Ну ты и дурочка! – не могу удержаться я.
Кошка слегка краснеет. Не злится, а чувствует себя виноватой.
– Ты прекрасна! – выдаю я.
Чем ввожу ее в полный ступор.