Лина Эдриан – Дорога к тебе и от тебя (страница 2)

Эта картина… она очень мрачная и темная. Сплошное небо, темные, нависшие тучи, молния, пронзающая мрачное небо. Ветви деревьев пытаются устоять под тяжелым, сокрушительном порывом ветра. Не видно даже зелени деревьев и поляны, все серое и мрачное, потому что пасмурное небо окрасило все вокруг в свой серый цвет. Но где-то вдалеке, едва заметно, видно какой-то свет. Он слабый, где-то за горизонтом.

Это первая картина, которую я написала, когда приехала в Питер. Буквально на следующий день. В нее я вложила весь мрак и боль, что тогда меня одолевали. Всю растерянность. И надежду… на свет, на начало чего-то хорошего.

— Я написала эту картину… — я запнулась, не зная, что я хочу и готова рассказать, — в один из сложных периодов моей жизни. Когда мне было больно. Когда я была потеряна. Раздавлена. И одновременно на этой картине есть свет. Где-то вдали. Так я себя чувствовала тогда. И пожалуй, я люблю эту картину за то, что в нее я как будто отдала всю свою боль. И поверила в то, что впереди меня ждет что-то хорошее.

И правда, что скрывать? Я мало рассказывала Денису о жизни в Москве. По крайне мере, о той части, что касалась Тима.

Я встряхнула головой, отгоняя даже это имя из прошлого. Ни к чему это все. Важно лишь то, что мне нечего скрывать. Я не обязана выдавать всех подробностей, но спокойно могу поделиться какими-то нюансами написания картины.

Дальше вечер шел примерно таким же темпом. Раз за разом ко мне подходили разные люди — иногда журналисты, иногда даже какие-то блогеры, иной раз просто обычные люди. Все чем-то интересовались, пытались узнать больше обо мне и моем творчестве. В какой-то момент я даже заметила, что вопросы начинают повторяться.

Денис вернулся где-то через полчаса вместо обещанных десяти минут. Увидев меня, он привычно улыбнулся. Подойдя, положил руку на спину и притянул к себе. Посмотрев на мужа, я почувствовала, что он напряжен и раздражен, но расспрашивать не стала.

Время пролетело незаметно. И вот уже мы с Денисом рука об руку выходим из галереи самыми последними.

— Устала? — заботливо спросил Денис, когда мы вышли на улицу.

Был май, и погода стояла просто отвратительная. Сильный, холодный ветер, который пробирал до костей. За два с половиной года я так и не привыкла к беспощадному и жестокому климату Питера.

— Конечно. Четыре часа на ногах и постоянно отвечая на вопросы, — я прижалась к Денису теснее.

— Скоро будем дома, — он поцеловал меня в лоб и повел к машине.

Через пятнадцать минут мы уже подъехали к дому. Денис, как обычно, открыл мне пассажирскую дверцу. Он был до мозга костей джентльменом и очень любил проявлять заботу. Помню, первое время я постоянно выскакивала из машины, не дожидаясь, а он непрестанно ворчал по этому поводу.

Наша квартира встретила теплом и уютом. У нас был двухэтажный таунхаус на последнем этаже двадцатиэтажного дома.

Денис помог мне раздеться и отправил в душ, а сам пошел заваривать горячий чай.

Выйдя из ванной я укуталась в теплый, махровый халат и прошла на кухню.

Мы жили вместе уже год, а встречались полтора года, женаты были шесть месяцев. Я уже привыкла к этому месту и знала тут каждую деталь. Все в квартире было лаконичным. Преобладали белые, серые и бежевые цвета. Денис ценил спокойные тона, не любил визуальный шум. И немного был педантом в плане порядка и чистоты. Поэтому к нам дважды в неделю приходили убираться, а у каждой вещи было свое место.

Денис уже снял пиджак и галстук, закатал рукава белой рубашки и расстегнул верхние пуговицы. Обычно аккуратно уложенные волосы были немного взъерошены.

— Вино? — с улыбкой спросила я, подходя к кухонному островку и замечая наполненные бокалы.

Денис поднял на меня уставший взгляд, тепло улыбнувшись в ответ.

— Я подумал, что чай не подобает случаю.

— Что ж, это разумно, — согласилась с ним я.

Денис взял два бокала и пошел в гостиную. Мы сели на мягкий, пушистый ковер напротив камина, который он предусмотрительно уже зажег. Камин был искусственным, тем не менее дарил тепло.

— Как твои ощущения?

— Знаешь… необычно. Я ожидала, что будет много… эмоций. Но это превысило мои даже самые смелые ожидания.

— Ты это заслужила, — мягко сказал он в ответ.

— Спасибо тебе за это, — тихо проговорила, посмотрев Денису в глаза.

Действительно, именно благодаря Денису выставка состоялась. Без него ничего бы этого не было. Ведь это он собрал меня заново и научил быть счастливой.

Денис отставил бокал и мягко коснулся моих губ. Он всегда такой — невероятно нежный, с заботой в каждом движении и взгляде. Он заставляет чувствовать себя с ним принцессой. И именно поэтому я его так люблю. С ним я всегда чувствую себя хорошо, спокойно и защищено. Он бережет мои чувства, меня, заботится о моих эмоциях.

Денис отстранился, беря обратно бокал. Мы оба смотрим на имитацию огня и молчим. Я знала, что сегодня уже между нами ничего не будет. Денис сходит сейчас в душ, и мы ляжем спать. Он был всегда консервативен в своих привычках, не любил спонтанность и непредсказуемость. Мы никогда не занимались сексом позже одиннадцати вечера. Если мы поздно приезжали домой, то всегда сразу ложились спать.

Я посмотрела на своего любимого. Белая рубашка обтягивала его мышцы. Он нечасто ходил в спортзал, но поддерживал свою физическую форму в хорошем состоянии. Он всегда был гладко выбрит и не позволял себе даже небольшую щетину. Темные, черные с сединой волосы были коротко острижены и всегда аккуратно уложены. Ничего лишнего в образе, все лаконично, стильно, дорого. Все в жизни Дениса было таким — продуманным. Мне кажется, за все время знакомства я ни разу не видела его в какой-то одежде, кроме деловой. Пожалуй, только дома.

— Пойдем спать? — забирая из моих рук пустой бокал, вытащил меня из мыслей Денис.

Я кивнула и, поднявшись, направилась за ним.

— Я уберу бокалы, иди в душ, — следуя за ним на кухню, сказала ему в спину.

Помыв бокалы, я направилась в нашу спальню. Сняла халат. Под ним на меня была лишь тонкая, кружевная ночнушка, которую выбрал муж. Все, что касается нижнего белья, было всегда подобрано им. Он внедрил достаточно четкие правила в том, что любит в моем внешнем виде. Особенно в одежде в спальне.

Через двадцать минут кровать рядом со мной прогнулась, принеся с собой приятный, любимый запах. Мужские руки сгребли меня в охапку и прижали к горячему телу. Я довольно улыбнулась. Не могла заснуть без его объятий. Денис нежно поцеловал меня в висок и сказал на ухо тихое “спи”. И я расслабилась. С ним всегда было так — хорошо, тепло, уютно. Совсем не так, как когда-то с…

Я не закончила собственную мысль. Задавила ее. Раздавила.

Нельзя вспоминать. Я запретила себе. Нельзя даже называть его имя, пусть только мысленно.

Но я вспоминала. Нечасто. Но вспоминала. И сравнивала. Хотя с каждым днем мне все больше казалось, что та, моя прошлая жизнь два с половиной года назад, была ненастоящей. И его… никогда не было. Я придумала. Он мне приснился. Его не существовало в действительности. Мне хотелось в это поверить. Так было легче.

Глава 2. Воспоминания

— Саш, там курьер приехал с документами.

— Да-да, пускай пройдет сюда, — не отрываясь от бумаг, махнула я администратору галереи.

Я сидела за рабочим столом в своем кабинете с самого утра и ни на минуту не оторвалась от бесконечных отчетов, а время уже близилось к вечеру.

Курьер прошел в кабинет. Я, наконец, подняла взгляд и встала, чтобы подписать нужные бланки. В глаза будто насыпали песка, но я любила свою работу, очень любила, поэтому жаловаться не собиралась.

Курьер ушел, и я устало опустилась в кресло, чувствуя, что силы на сегодня меня покидают. Надо хотя бы покушать. Я взяла телефон и набрала номер администратора, не найдя в себе даже сил отправиться на ее поиски.

— Веееер, а, Веееер, — протяжно простонала я.

— Что? — хохотнула она, услышав мой жалобно-уставший голос.

— Давай поужинаем, а? Я угощаю.

— Как обычно? — тут же деловито отозвалась она.

— Ага, — уже предвкушаю вкусный, горячий ужин, ответила я.

— Заканчивай дела, скоро приду с едой.

— Волшебница, благодетельница, — нежно одарила подругу комплиментами.

Вера лишь рассмеялась в ответ, и мы закончили на этом разговор. Она работала в галерее уже год на должности администратора. Подружились мы далеко не сразу. По началу девушка казалась мне очень заносчивой. Все в ней — тон, взгляд, осанка — выдавали отменную стерву, которая за словом в карман не полезет. Нанимал ее Денис, а я… А что я? Работала она хорошо, детей нам с ней не крестить, дружить мы были не обязаны. Но как-то постепенно все же подружились.

Сначала несколько раз оставались обе до глубокой ночи, готовясь к очередной выставке. Потом несколько раз вот так, как сегодня, ужинали вместе. И как-то незаметно узнали друг друга лучше и сблизились.

Вера отучилась на искусствоведческом. Она обожала все, что связано с искусством и могла говорить на эту тему часами. Переехала в Питер год назад и пошла разведывать галереи. Говорит, что влюбилась в нашу галерею в самом сердце Питера. Вакансия искусствоведа у нас тогда была занята, зато открыта вакансия администратора. Так Вера здесь и оказалась.

Сейчас уже, конечно, она перестала быть просто обычным администратором. Когда уволился искусствовед полгода назад, она взяла на себя его функции, даже не попросив прибавки. И стала в итоге совмещать обязанности и администратора, и искусствоведа. Произошло это как-то незаметно. Сначала она помогла в одном вопросе, потом в другом. Прибавку уже вытребовала у Дениса я. Именно он занимался всеми финансовыми вопросами и утверждал расходы и зарплаты. Не знаю, как Вера все успевала, но она всегда была свежа, бодра и никогда не уставала.