Лина Эдриан – Дорога без тебя (страница 8)

— Здесь, — сказала она, указывая на дверь с золотыми вензелями.

Я взялась за золотистую ручку, и в этот момент Элиона втолкнула меня внутрь, так что я чуть не растянулась на полу, еле удержав равновесие.

— Тыыы… — зашипела она.

Я резко повернулась, чтобы видеть ее. Элиона стояла тяжело дыша, грудь лихорадочно поднималась в такт шумному дыханию. Глаза горели. Руки сжаты в кулаки.

— Тебе мало было моего мужа? Ты взялась за моего брата? — продолжала шипеть на меня она.

“Брата? Жена Старцева и Смолянов — брат и сестра?”

— Ты не нужна никому! Когда ты уже это поймешь! Ни Тимуру, ни Косте. — Она вдруг сделала резкий наступательный шаг, я в свою очередь отступила. — Отстань от них! Исчезни, — грозно продолжила Элиона.

Я молчала, удивленная тем, что эта женщина вообще впервые решила со мной сама заговорить. Пораженная тем, что она знает что-то про меня и Тимура. То есть она все это время отлично понимала, кто я, но делала вид, что не узнает? И, в конце концов, находящаяся в шоке от родства Элионы со Смоляновым. Получается, они брат и сестра, а Аркадий их отец?

— Если ты не оставишь меня и моих мужчин в покое, я не буду больше разговаривать с тобой по-хорошему. С тобой будут говорить другие люди, — со злой угрозой процедила она.

Я распахнула глаза, смотря на скривленное яростью лицо Элионы.

“Она мне угрожает? Действительно угрожает?”

Не дожидаясь моего ответа, она пошла прочь и, уже уходя, бросила едкое “шлюха”, громко хлопнув дверью. А я еще несколько минут смотрела вслед, не веря в то, что сейчас произошло.

Глава 6. Полиграф

— Твоя сестра мне угрожала, — оповестила я зачем-то Смолянова, когда он вез меня обратно домой.

— Правда? — он бросил мимолетный взгляд. — Что ж, тебе стоит быть осторожней. Ее мать мексиканка, она лишь с виду такая спокойная, на самом деле, характер у нее взрывной и дьявольский, — с усмешкой проговорил он. — А еще очень ревнивый, — добавил он, подмигнув.

— И как же она терпит бесконечных шлюх Старцева? — вопрос вырвался раньше, чем я успела осмыслить, что именно хочу спросить.

На несколько минут воцарилась тишина. Я уже думала, что он не ответит на мой вопрос.

— Любит его, — как-то просто и серьезно сказал Смолянов.

А я вздрогнула. Потому что вдруг осознала, что между мной и Элионой намного больше общего, чем могло показаться с первого взгляда. Ведь мы обе любим одного и того же мужчину, который, в свою очередь, ни любит ни одну из нас.

— Почему ты не говорил, что жена Старцева — твоя сестра?

Этот вопрос мне не давал покоя с того момента, как я услышала об этом от Элионы. В первые минуты меня обуял настоящий ужас. Я вдруг поняла, что совершенно не понимаю масштаб игры, которую затеял Смолянов и абсолютно ничем не управляю в сложившейся ситуации.

Он бросил на меня удивленный взгляд.

— А ты не знала?

— А должна была?

Он вдруг громко рассмеялся.

— Господи, какая же ты все-таки дура, — как-то беззлобно сказал Смолянов. — А погуглить не пробовала? Перед тем, как идти ко мне?

Я нахмурилась. На самом деле, я искала информацию. Может, не так усердно и настойчиво как следовало бы.

Я лихорадочно пыталась вспомнить фамилию Элионы. Прокручивала в голове статьи, которые читала о самом Смолянове. Но там толком не было информации о его семье или личной жизни, в основном, все о бизнесе. А отдельно я не пыталась узнать, кто его отец, сестра, брат и есть ли у него жена.

— Я гуглила, — с обидой возразила я. — Вы ведь даже не похожи.

И это действительно было так. Единственное сходство между ними — оба темноволосые. Но внешность Элионы в отличие от Смолянова немного даже экзотическая, чувствуется примесь чего-то латиноамериканского.

— Конечно. Моя мать — русская, а мать Эли — мексиканка. У нас общий только отец. Аркадий Смолянов.

Я вдруг сдулась как лопнувший шарик. Одна мысль не давала мне покоя.

— Почему ты хочешь уничтожить мужа своей сестры? — тихо спросила я.

И это действительно не укладывалось в моей голове. Ведь Старцев не просто конкурент Смолянова, он — родственник. И судя по семейным ужинам, очень близкий. И он сам сказал, что его сестра любит мужа. Тогда как он может хотеть какой-то мести для Тимура?

— Это давняя, незаконченная история.

Остаток пути мы ехали молча. Я с ужасом пыталась осознать патовость и запутанность ситуации. Почему-то мне казалось, что наша сделка со Смоляновым — это большая ошибка. Я больше не верила в то, что он действительно готов мстить Тимуру и ненавидит его.

Мы подъехали к моему дому, но я не спешила выходить. Мне нужны были ответы.

— Какой у тебя план? — я внимательно разглядывала Смолянова.

Он выглядел расслабленно, медленно постукивал по рулю.

— А что, если я скажу, что не знаю? — он посмотрел на меня, голос звучал тихо и серьезно.

— Не знаешь?

— Нет.

Я сглотнула в каком-то ужасе. Во что я ввязалась?

— И что нам… делать? — неуверенно спросила я.

— Плыть по течению, Саш. Плыть по течению, — вдруг широко улыбнувшись, весело сказал он.

Воцарилась тишина в салоне авто. Я переваривала то, что услышала.

— Такой сценарий мне не очень подходит, — вдруг резко и решительно сказала я.

Смолянов вскинул бровь, ожидая продолжения.

— Мы договаривались на месть. Ты заставил подписать меня этот чертов договор. А теперь говоришь, что у тебя нет плана? Я должна ждать непонятно чего и неизвестно когда? Нет, так не пойдет.

Он вдруг хрипло рассмеялся, прервав мой гневный монолог.

— А ты действительно готова разорить Тимура? Оставить его ни с чем?

— Да, — твердо и решительно, смотря в глаза Смолянова.

— Как сильно он разбил твое сердце, — задумчиво протянул он в ответ.

— Тебя это не касается. Не должно волновать, — отрывисто, упрямо.

Он внимательно меня разглядывает, будто бы взвешивая, обдумывая.

— Ладно, поехали, — резко стартует с места.

— Куда? — удивленно спрашиваю, смотря как он выезжает со двора.

— Ты же хотела по-серьезному. Едем переходить на новый, взрослый уровень нашей мести, — с усмешкой произнес Смолянов.

Я больше ничего не спрашивала. Почему-то знала, что он не ответит. Надо подождать, и я все узнаю сама.

По дороге он набрал кому-то.

— Подготовь аппарат. Да. Буду через тридцать минут. Нет, сейчас, — отдавал он отрывистые приказы в трубку.

Через полчаса мы заехали в какую-то промзону. Здесь было темно, отсутствовали фонари. Огромные здания слева и справа, больше похожие на заброшенные строения.

Смолянов вышел из машины, и я нехотя последовала за ним.

— Где мы? — спросила, идя следом за Смоляновым.

Он не ответил, продолжая просто идти в сторону темного, заброшенного здания.