Лина Джонс – Загадка Серебряного Змея (страница 8)

– Собственный остров, – сказала я, рисуя себе в воображении клочок земли посреди Серпентайна. Я иногда езжу туда на лодке. Интересно, а большой ли остров у клана Макдоналдов?

– С чего, по-твоему, лучше всего начинать? – спросил Артур.

Мне польстило, что он достаточно высокого обо мне мнения, чтобы спросить – ведь сам-то он явно куда более опытный агент. Я мысленно пробежалась по списку самых важных первых мероприятий – из книги «Руководство по всестороннему обследованию места преступления». Я прочитала эту книжку раз пять. Там говорится, что в первую очередь надо заниматься самыми очевидными местами.

– Ты уже был у Шейлы дома? Искал там улики?

Он покачал головой:

– Не-а. Я ещё толком не приступил к делу.

Я придвинула к себе фотографию Шейлы, чтобы рассмотреть получше. Лет пятьдесят с небольшим, одета в брючный костюм, одна рука в кармане брюк. Блестящие белокурые локоны до плеч придавали ей сходство с какой-нибудь кинозвездой, типа Греты Гарбо или Риты Хейворт.

– Когда Шейлу видели в последний раз? – спросила я. – В смысле я знаю, что в пятницу вечером – но где и когда именно?

– На работе. В пять тридцать она надела пальто и попрощалась со всеми сотрудниками. По всей видимости, она гордится тем, что помнит по именам всех коллег – как в отделе истории искусства, так и в администрации.

По описанию мне эта Шейла нравилась.

– Кто-нибудь видел, как она выходила через главный вход?

Артур снова сверился с записной книжкой:

– Нет. Дежурный на входе был занят с групповой экскурсией, поэтому никто не видел, чтобы она выходила.

– Выходит, её могли похитить прямо из галереи.

– Или она до сих пор где-то здесь, – прибавил он. – Или по каким-то причинам прячется, или её и правда похитили.

Мне эта версия показалась неправдоподобной.

– Если б её держали взаперти где-нибудь в здании, на неё бы уже кто-нибудь наткнулся!

– Хороший следователь никаких вариантов не исключает.

– Это верно. Значит, надо проверить записи с видеокамер, чтобы убедиться, выходила ли она и во сколько именно.

– Хорошая идея.

Я «переключила канал» и вызвала перед мысленным взором здание Национальной галереи, вид сверху, только без крыши – как будто я парила над ним. Будь я Шейлой Смит и пожелай там спрятаться – куда бы я пошла? Или, будь я похитителем, куда бы я её спрятала, живую или мёртвую?

Внезапно я с запозданием осознала, что Артур что-то мне говорит.

– Алло? Земля вызывает Агату…

– Прости.

– Где ты витала?

Я покраснела.

– Просто мысленно перенеслась из этой комнаты в здание галереи.

Когда я рассказываю о своём «переключателе», люди обычно смотрят на меня или просто вежливо, или со скрытым опасением. Но только не Артур.

– О, я тоже так делаю! – обрадовался он. – Я называю это «автофокус»!

Наши глаза встретились, и мы дружно расхохотались.

– Кажется, Гильдия притягивает определённый сорт психов, – сказал он.

– Я предпочитаю – оригиналов, – возразила я. – Ну, знаешь, которые любят всё делать на свой лад.

Он ухмыльнулся:

– Отлично. Тогда пусть будут оригиналы. Расследование начинается!

4. Все следы ведут в никуда

Мы с Артуром решили начать поиски в галерее. Он позвонил туда заранее, чтобы получить от доктора Макдоналд разрешение поработать с записями с видеокамер и поговорить со служителями, работавшими в пятницу.

– Значит, все сотрудники уже в курсе, что она пропала? – окликнула я его, пока мы ехали на велосипедах по лабиринту туннелей к Трафальгарской площади. В этой части всегда дует резкий холодный ветер, от которого мой велосипед издавал странный свистящий звук, точно живой.

– Должны, по идее. Доктор Макдоналд обратилась к персоналу с заявлением. Но на всякий случай лучше действовать осторожно – вдруг кто-то ещё не слышал.

Выбравшись на поверхность, я вернула свой велосипед на стойку проката, а Артур пристегнул свой цепочкой к фонарному столбу. Мы прошли через Трафальгарскую площадь, мимо Колонны Нельсона и стоящих на пьедесталах четырёх огромных чёрных львов, поднялись по ступеням галереи и вошли во вращающуюся дверь.

За стойкой служитель в футболке с эмблемой Национальной галереи отвечал на вопросы и направлял посетителей в разные залы и отделы музея.

– Добрый день, – сказал Артур, когда дошла очередь до нас. – Мы должны быть в вашем списке для посещения отдела безопасности.

Служитель, похоже, лишь слегка удивился появлению двух детективов школьного возраста. Должно быть, доктор Макдоналд его предупредила. Он сверился со своими записями:

– Как вас зовут?

Мы протянули фальшивые удостоверения.

– А, да, вот вы тут. Заведующая безопасностью сказала, чтобы вы сразу шли к ним в отдел. Это вот здесь. – Он развернул карту галереи и обвёл чёрным кольцом комнату в дальней части здания. – Она предупредила дежурных, что вам надо помочь во всём, в чём потребуется. – Он вручил нам два пропуска. – Покажете при входе.

– Спасибо, – вежливо поблагодарили мы.

Перед тем как уйти, я спросила его:

– А вы были тут в пятницу около половины шестого?

Он кивнул.

– А почему вы спрашиваете?

Я чуть понизила голос:

– Вы слышали про Шейлу Смит?

– Да. Очень тревожные вести. Как я уже сказал доктору Макдоналд, я был тут, за стойкой, но Шейлу не видел. Обычно она всегда прощается, когда уходит, но вечером в пятницу тут было полно туристов, и я не видел её. Было очень шумно и многолюдно, – добавил он.

– Не переживайте, – сказал Артур. – Похоже, вы и правда были очень заняты.

– Мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы её найти, – заверила я.

Дежурный посмотрел на меня скептически:

– Не хочу никого обижать, но вид у вас довольно-таки юный…

– А, – перебила я его, – не волнуйтесь, мы всё докладываем начальству.

Мы двинулись дальше, оставив его разбираться с успевшей выстроиться за нами очередью.

Мы повернули налево, потом направо, потом прошли по длинному коридору, потом через служебную дверь, где пришлось сканировать наши пропуска. В какой-то момент я осознала, что Артур не сверяется с картой, но и не бездумно следует за мной.

– Ты что, знаешь дорогу? – спросила я.

Он чуть заметно смутился:

– Ну… да. У меня, знаешь, такое свойство…

– …запоминать путь, который видел всего один раз?

Он резко остановился и повернулся ко мне: