Лина Деева – Ты меня (не) узнаешь, дракон! (страница 2)

У меня ёкнуло сердце: он! Тот, кто поверил доносу о неверности жены и отдал бедняжку на верную смерть. Не боясь быть узнанной, я широко распахнутыми глазами смотрела на мужчину, шествовавшего по залу с той же (если не большей) величавостью, что и король. Высокий, статный, с небрежно рассыпавшимися по плечам чёрными прядями и суровым, но завораживающе красивым лицом бога войны. Одет он был в чёрный бархатный костюм со столь искусной золотой вышивкой, что без труда затмевал пёстрые наряды придворных. А исходившая от него аура силы и власти буквально толкала склониться в глубоком реверансе.

Однако я, в отличие от многих, сохранила спину прямой. Равно как и герцогиня Эренберг: не след ей было склоняться перед кем-то, кроме короля, пусть даже этот кто-то — дракон, способный в одиночку обратить столицу в пепел.

Да, высокорожденный Хейл подавлял, потому на человека, следовавшего позади него, я обратила внимание далеко не сразу. Однако обратив, едва заметно вздрогнула, хотя ничего пугающего, на первый взгляд, в нём не было.

Советник Райдо. Само хладнокровие, исполнительность и острый, как бритва, ум — таким помнила его несчастная Одаль. Отчего-то он пугал её даже сильнее навязанного мужа. Отчего? Этого я не знала, однако собиралась остерегаться Райдо не меньше, чем его господина.

Между тем дракон приблизился к королевскому помосту и негромким, но превосходно слышимым во всём зале голосом произнёс:

— Приветствую, король Альгиз, и с удовольствием присоединяюсь к празднику.

Король поднялся с трона, демонстрируя равенство с явно нежданным гостем.

— И я приветствую вас, высокорожденный Хейл. Добро пожаловать! Пусть этот вечер подарит вам удовольствие.

Дракон небрежно кивнул и отошёл в сторону (вокруг него незамедлительно образовалось пустое пространство). А король, раз уж вынудили подняться, обратился к присутствующим с ожидаемым приветственным словом. Напомнил, что Большой приём открывает зимний столичный сезон, отметил изящество дебютанток (среди них не было моих учениц, потому я отнеслась к этому моменту равнодушно) и призвал всех веселиться, дабы сезон начался достойно. Закончив, Альгиз опустился на трон, и тут же музыканты грянули бравурную музыку, а из скрытых дверей высыпали слуги с подносами, уставленными бокалами и закусками. Праздник начался.

Я собиралась танцевать, только если не будет иного выбора. А продолжившаяся беседа с герцогиней весьма способствовала тому, чтобы потенциальные кавалеры обходили меня стороной.

Впрочем, удовольствия от разговора я получала примерно столько же, сколько от вычурного танца с незнакомым партнёром. Эренберг упорно пыталась задавить меня властностью и разила аргументами с мастерством опытного фехтовальщика. У меня получалось парировать её выпады с вежливой твёрдостью, однако про себя я надеялась, что это не более чем испытание взыскательной герцогини и оно скоро закончится.

К счастью, так и оказалось (я сильно огорчилась бы, если бы моё нервное напряжение не окупилось хотя бы тенью расположения этой женщины).

— Что же, баронесса, — наконец заявила Эренберг, — вижу, слухи о вас не лгали. Думаю, чуть позже вас пригласят к племяннику, а пока вспомните, что это всё же бал, и потанцуйте.

Намёк на окончание разговора был прозрачнее алмазов в массивной диадеме герцогини. Я пожелала Эренберг чудесного вечера, сделала вежливый книксен и растворилась в толпе гостей. Теперь требовалось отыскать место, где мне не докучали бы с болтовнёй и танцами — общение с герцогиней отняло порядочно сил, а впереди был тет-а-тет с королём и, возможно, будущей ученицей.

«Но если я добьюсь, чтобы у меня училась принцесса, это будет мощнейший пиар. Пусть даже её не отпустят жить в пансионе с остальными девушками, всё равно я стану учительницей будущей королевы. Каждый аристократ будет стремиться отдать свою дочь в школу баронессы Оркнеи, а значит, появятся ощутимые деньги. Я наконец-то смогу учить бедняков бесплатно и открыть новые школы в других городах…»

Наполеоновские планы в мире, где о Наполеоне слыхом не слыхивали. А ещё — делёжка шкуры неубитого дракона. Тоже такое себе занятие.

«Хватит мечтать, — строго сказала я себе. — Лучше поднимись на галерею и найди там уголок поукромнее. Королевские слуги тебя в любом случае отыщут, а остальным и находить не надо».

Мудрая мысль! Однако только я собралась ей последовать и направилась к уводившей наверх лестнице, как за спиной раздался вежливый мужской голос:

— Баронесса Оркнеи? Высокорожденный Хейл желает поговорить с вами.

Глава 4

Я не хотела этого, но всё равно вздрогнула. Плавно развернулась, надеясь, что моя первая реакция будет списана на неожиданность, и вежливо улыбнулась советнику Райдо.

— Я полностью в распоряжении высокорожденного.

Мой взгляд встретился с серо-стальным взглядом советника, и сердце моментально ухнуло куда-то под солнечное сплетение.

«Да что за наваждение!»

Обычный ведь мужчина: лет за тридцать, не красавец и не урод, с лёгкой небритостью и короткими русыми волосами. Так почему у меня в его присутствии потеют ладони, как у подростка, застигнутого на месте преступления?

Он ведь не может узнать меня, каким бы проницательным ни был. Никто не может — об этом позаботилось колдовство старого шамана с островка Оркнея в море Мрака, что омывает северо-запад королевства.

— Следуйте за мной.

Райдо наконец отвёл острый, словно кинжал у горла, взгляд, и я с тщательно скрываемым облегчением зашагала следом за ним.

Советник привёл меня на просторный балкон, который легко можно было посчитать филиалом зимнего сада. Несмотря на время года, здесь вольготно себя чувствовали росшие в высоких кадках деревья и цвели цветы в вазонах. Да и холода не чувствовалось — только бодрящая свежесть ночного воздуха.

«Горячие камни, — быстро нашла я объяснение чуду. — Роскошь древней магии, доступная лишь королям. Что же, теперь я знаю, что это не сказки».

Окинула по первому впечатлению пустовавший балкон и заметила в тени деревьев неподвижную фигуру. Дракон небрежно опирался на высокий парапет; у его локтя стоял полный бокал с искристым вином.

— Баронесса Оркнеи, — ровно представил меня советник. — Прибыла по вашему указанию.

«Можно было бы посчитать это закосом под короля, — подумала я, приближаясь и на этот раз делая реверанс, — если не знать, что по факту Хейл стоит выше всех равнинных государей вместе взятых. Как один из самых могущественных драконов Поднебесных гор».

— Баронесса. — Хейл соизволил-таки сделать шаг навстречу. — Рад знакомству.

Я с честью выдержала его тёмный взгляд, в глубине которого чудились багровые отблески неугасимого драконьего пламени.

Он меня не узнал. Он и не мог меня узнать.

— Взаимно, высокорожденный Хейл.

Дракон приподнял уголки губ в намёке на улыбку и сделал знак приблизиться. А когда я повиновалась, сказал:

— Вы известная личность, баронесса, знаете ли вы это? Впрочем, знаете, разумеется. Иначе не были бы приглашены на Большой приём. Сколько лет вашему титулу?

— Три года. — Если он хотел меня уязвить или смутить, то просчитался. К полученному по ходатайству титулу баронессы я относилась, как к почётной грамоте или кубку, которых хватало на полках директорского кабинета в моей прошлой жизни. И потому более чем спокойно воспринимала выпады на тему «А баронесса-то новоделанная!».

— Обычно подобных приглашений удостаиваются не меньше, чем через десяток лет. — Хейл всё же соизволил пояснить свой не самый вежливый вопрос. — И то, что вы здесь говорит: Альгизу что-то нужно от вас. Например?

Вместо ответа я предпочла вежливо приподнять брови: выскажите ваше предположение.

— Например, — выдержав паузу и поняв, что ничего услышит, продолжил дракон, — предложить вам место учительницы принцессы Соль.

— Вполне возможно, — склонила я голову. — Однако пока со мной об этом не говорили.

Хейл усмехнулся — как трещина по камню побежала.

— Потому что я опередил Альгиза. И говорю вам: когда вы получите его предложение, откажите.

Мои брови невольно поползли вверх. Отказать? Королю? Да ещё в том, к чему стремилась сама?

— Откажите, — с нажимом повторил дракон. — Сосватайте замену себе, поскольку сами вы срочно уезжаете из Равнинного королевства.

«Он, случаем, не перепил?»

Позабыв о благоразумии, я смотрела на собеседника, как на идиота, и тому это, естественно, не понравилось.

— Вы отправитесь со мной в Хейлхольм, — жёстко сообщил дракон. — И станете учительницей для моей младшей сестры. Никто из низкорожденных ещё ни разу не удостаивался подобной чести, потому цените, баронесса. Это куда более весомая награда, чем титул и золото, хотя последним я вас так же не обделю.

Глава 5

У него есть сестра?

Отчего-то эта фраза в речи Хейла зацепила меня сильнее прочего. И память тут же подкинула картинку: стройная темноволосая девушка в глухом чёрном платье с длинным рукавом.

«Одаль тогда решила, что она в трауре, — пронеслось в голове. — Как же её?.. Ах, да, Перт. Она никогда не была близка с невесткой, но и зла, вроде бы, не делала. Только мне что с того? Я не хочу ехать в горы, я хочу учить принцессу!»

— Вы бесконечно добры, высокорожденный Хейл. — Несмотря на положенные фразы, мой прохладный тон не давал превратно истолковать их подтекст. — Однако я совершенно точно не заслуживаю…