Лина Деева – Рыжка (страница 6)

Кошачий вздох был похож на всхлип, и Кос впервые понял, что означает фраза «сердце кровью обливается».

— Мы справимся, — твёрдо повторил он. — Способ есть, следовательно, будет найден. Вопрос времени.

Рыжка завозилась, потянулась вверх и положила лапы человеку на плечи, ткнувшись мордочкой в шею.

— Всё будет хорошо, — Кос ободряюще погладил её по шелковистой спинке. — Я узнавал. А теперь, может, «Птичье молоко»? С чаем вместо шампанского?

— Мр, — невнятно отозвалась Рыжка. И поскольку она и не подумала сменить положение, Кос расшифровал это, как: «Давай ещё постоим».

— Ну, давай. Если тебе хочется.

До пирожного они так и не добрались: одна была слишком расстроена даже для сладостей, второй не захотел настаивать. Так что Кос просто разложил диван, и когда Рыжка с вопросительным видом поставила лапы на край, гостеприимно махнул рукой:

— Ложись. Хотя могу тебе и раскладушку организовать.

Однако раскладушку кошечка не захотела. Когда настольная лампа погасла, а Кос улёгся под одеяло, она запрыгнул на диван и расположился на пионерском расстоянии от соседа.

— Спокойной ночи, — Кос напоследок почесал её за ухом. Закрыл глаза под ответное «Мур», уверенный, что быстро заснуть не получится, и почти сразу будто провалился в глубокую яму.

Но когда рыжая кошечка медленно, по-пластунски подползла к нему под бок, не просыпаясь положил на неё ладонь и улыбнулся. Словно увидел во сне что-то очень хорошее.

Проснуться поздним утром, когда солнце вовсю било в незашторенное окно, уже было для Коса необычным. А проснуться с ощущением, что на его бедре по-хозяйски лежит чья-то нога, а за талию обнимает чья-то нежная рука, — вообще из далёкого счастливого прошлого. Осторожно, боясь вспугнуть странное, Кос открыл глаза и увидел совсем близко лицо спящей Таи. С солнечными лучами, запутавшимися в медных локонах. С фарфоровой, будто светящейся изнутри кожей. С лёгкой улыбкой и почти неуловимой ямочкой у левого уголка губ.

«Какая же она…»

Кос не успел додумать. Густые рыжеватые ресницы дрогнули, открывая прозрачную зелень глаз, и улыбка сделалась явственнее и счастливее.

— Доброе утро.

Сердце Коса совершило натуральное сальто-мортале.

— Доброе. — Необходимо было добавить что-то ещё, а лучше в принципе перестать таращиться на Таю, как на сказочное чудо. — С Новым годом?

В улыбке бывшей Рыжки появилось невозможно шедшее ей лукавство.

— Да.

И она, с завораживающей естественностью подавшись вперёд, без малейшего стеснения вернула Косу новогодний — и однозначно волшебный — поцелуй.

Эпилог

В баре без вывески, как всегда, было малолюдно. Угрюмый бармен методично протирал бокал, то и дело придирчиво изучая стекло на просвет, да за дальним столиком сидели двое. Тот, что помоложе, в узких джинсах и свитере оверсайз, потягивал Апероль Спритц; тот, что постарше, в тёмно-сером костюме-двойке, покачивал в пальцах грушевидную рюмку с искристой амброзией.

— Слишком сложно, — наконец сказал молодой. — Столько корректировок, постороннего вмешательства…

— Всего две, — не согласился старший. — И потом, неужели ты думал, что достаточно просто свести двоих, а дальше пусть разруливают, как знают?

— Н-ну, — замялся молодой человек. — Обычно этого хватало. Где-то в восьмидесяти процентах случаев.

Его собеседник демонстративно закатил глаза.

— Потрясающе. Ты ещё статистику собирал.

— Да, — было видно, что парень вот-вот обидится. — А что такого?

— А то, — наставительно ответил старший, — что в нашем деле статистика может быть только одна: сто из ста. Иначе это, прости, профнепригодность.

Молодой человек оскорблённо засопел.

— Не у всех же такие знакомства, как у вас! Да обратись я к Триединой с подобной просьбой…

— … то вполне вероятно коротал бы ближайший век в облике жабы, — спокойно закончил старший. — Однако этих двоих можно было свести и без новогоднего волшебства, если начать принимать в них участие месяцев на шесть раньше.

Паренёк надулся и выпалил:

— Ладно, я уже понял: вы считаете меня дилетантом, а нашу организацию — детским утренником. Но мы хоть что-то делаем, в отличие от вас, стариков!

Если он ставил целью задеть собеседника, это не удалось. Тот лишь загадочно блеснул очками и заметил:

— А с чего ты взял, будто мы ничего не делаем?

И выдержав паузу, чтобы парнишка проникся смыслом сказанного, продолжил:

— Не думаю, что ты поверишь, однако скажу. Наше с вами противостояние — исключительно у вас в головах. И на нормальную, уважительную просьбу о помощи или вопрос вы всегда получите ответ.

Молодой человек сердито отхлебнул из бокала.

— Я не говорю, что ваши методы безнадёжно плохи, — старший тоже пригубил амброзию. — И для восьмидесяти процентов действительно хватит анкеты и Истинной Частички Себя. Но с оставшимися двадцатью надо работать индивидуально: кому-то вовремя подсказать зайти в кофейню по пути в офис, кого-то надоумить свернуть в нужную сторону на пробежке, а кому-то даже организовать путешествие в лимб. Чтобы найти свою половинку могли все, без исключения.

— Без исключения, — пробормотал паренёк и залпом допил остаток коктейля. Тяжело взглянул на собеседника: — Хорошо, я вас услышал.

— Рад, если так, — без тени улыбки наклонил тот голову и позвал: — Аквариус! Будь любезен.

Бармен бросил на посетителей короткий взгляд, и перед молодым человеком возникла грушевидная рюмка. На которую он посмотрел не без подозрительности, однако взял.

— За адекватное сотрудничество? — старший поднял свою посуду.

Несколько секунд молодой человек сомневался и тем не менее ответил:

— За сотрудничество. И сто из ста.

И, отмечая начало нового, хрусталь звонко встретился с хрусталём.