Лина Деева – Попаданка в Академии элементалей 2 (страница 8)
Однако Редвир вместо того, чтобы расслабленно созерцать игру солнечных зайчиков на серебристых струях фонтанов, мерил комнату широкими шагами, то и дело машинально потирая правое запястье. Ник же, в отличие от него, со всеми удобствами расположился на одном из диванчиков и задумчиво следил за приятелем.
— Никогда не видел, чтобы ты так нервничал, — наконец заметил он. — Эта адептка, кто она тебе? Не просто ведь подопечная, да?
Вопрос попал в яблочко, и Редвир невольно сбился с шага. Но ответить — и даже придумать, что ответить, — не успел. Запястье буквально прожгло болью, словно на кожу щедро плеснули кислотой. Зашипев сквозь зубы, Редвир резко дёрнул рукав вверх, и лютая боль мгновенно отступила на второй план.
Обручальная метка, подтверждение их с Ульяной чувств перед четырьмя стихиями, исчезала прямо на глазах.
Глава 12
Грязно-жёлтая пустота без верха и низа, без ощущения себя, без проблеска новизны, звука, цвета, мысли. Равнодушное ничто, густая смола, формальдегид в банке, а ты — препарированная лягушка в нём.
«Это можно как-то убрать?»
Брезгливый мужской голос пробивается сквозь стены «камеры тишины», но суть его слов остаётся по ту сторону.
«Запечатляющая сила стихий велика. — Второй голос мерзко-скрипуч, он вскрывает слух, как нож консервную банку. — Но Великая Тьма сильнее».
«Значит, ты уберёшь метку?» — Мужчина нетерпелив.
Метку? Слово царапает, беспокоит, заставляет вникать в его смысл.
«За плату, господин Арс, — хихикает… Собеседник? Собеседница? — Великой Тьме нужны жизни, больше жизней!»
«Всё будет. — Мужчина хмур. — Только сотри её обручальную метку, ведьма. И сделай так, чтобы наглая девчонка без проблем пошла к алтарю».
«Только не в Главном храме. — Теперь голос ведьмы скрежещет железом по стеклу. — Я укажу, где должна пройти церемония».
«Но меня не поймут!..»
Мужчина осекается, а ведьма неожиданно холодным, пустым — нечеловеческим — тоном отвечает: «Ещё не пришло время Великой Тьме входить в дом богов стихий. Поэтому делай, как велено».
«Х-хорошо, — из голоса мужчины исчезает весь гонор. — К-как прикажете».
Голоса стихают, пустота вновь окутывает плотным ватным коконом, гасящим любые попытки разорвать его душащее нутро.
И всё-таки я (я, я, только быть не забыть, не потерять себя в жёлтой вязкости!) продолжаю бороться.
И когда ничто отступает перед обычной темнотой, в первые секунды уверена, что это благодаря моим усилиям.
— О Тьма Великая, величайшая! Сойди, снизойди, сотри, разорви!
Монохром. Чёрная болотная вода, белый снег, нетронутым ковром покрывающий маленький островок. Чёрный плоский камень в его центре. Белое платье неподвижно лежащей на камне девушки. Чёрное, беззвёздное небо. Чёрные цепи, приковывающие жертву к алтарю. Чёрное платье кружащейся вокруг камня ведьмы, чьи босые ноги не оставляют следов.
— Дай свободу: от обязательств, выбора, чужого сердца! Сотри метку, волю, память!
Подождите, это же я там, на алтаре! Точнее, моё тело, потому что сама я (опускаю взгляд на свои полупрозрачные руки) парю над поверхностью болота в паре метров от островка.
И смотрю, как Болотная ведьма собирается стереть знак нашей с Редвиром помолвки.
«Не смей!»
Бросаюсь к старухе, но на границе воды и суши меня упруго отбрасывает невидимая стена.
«Пусти! — Бьюсь, как пойманный зверь в прутья клетки. — Пусти, слышишь!»
Но даже если ведьма и слышит, то не обращает внимания. Её речитатив становится быстрее, движения беспорядочнее. Вот она уже захлёбывается словами и слюной, а я ни на полшажка не могу продвинуться к алтарю.
«Да чтоб тебя!»
В отчаянии озираюсь — как будто призрак может схватить палку или камень, чтобы проломить незримое препятствие.
И вдруг замечаю у себя под ногами серо-голубую лужицу — единственное цветное пятно в чёрно-белом мире. Наклоняюсь и изумлённо ахаю: это не лужица, это разлом в ткани грубого мира! Прямой путь к пластам магии, который я вслепую нащупывала на занятиях и экзаменах.
«Ну, держись!»
Погружаю руки в разлом по локоть — прохладно, и кожу слегка покалывает, как от ментолового крема — и, зачерпнув полные ладони, выплёскиваю стихийную магию на барьер.
Ведьма взвизгивает, а воздух передо мной начинает дымиться, открывая дыру в барьере, словно я плеснула на него кислотой.
«Сейчас я тебе!..»
Снова зачерпываю магической энергии и устремляюсь через препятствие. Под моими ногами уже белый снег островка, но в руках ведьмы откуда-то возникает пузатая бутыль из тёмного стекла.
И из этой бутыли она щедро льёт чёрную, маслянистую жидкость на левую руку прикованной к алтарю девушки.
«А-а-а!»
Тело на алтаре выгибается дугой, а я, наоборот, скручиваюсь от адской боли.
«Прекрати-и-и!»
Отдёргиваю призрачный рукав и сквозь слёзы вижу, как обручальная метка — изящное сплетение букв Р и А — выцветает прямо на глазах.
«Тва-а-арь!»
Через лютую боль бросаюсь к ведьме. Я ей сейчас в глотку вцеплюсь, и неважно, что призрак!
Оказываюсь с мерзкой бабой нос к носу, и она вдруг ухмыляется мне в лицо.
— Не тебе тягаться с Великой Тьмой, дурочка из чужого мира. Отправляйся в свою тюрьму.
Ведьма щёлкает пальцами, и меня утягивает в тело и черноту беспамятства.
Глава 13
Голоса.
— Она проснётся послушной. Только не забудьте зелье в три пополуночи и три полудня.
— Младшая дочь проследит. Но ты уверена, ведьма?
Насмешливое фырканье в ответ.
Новый вопрос:
— Свадебный обряд обязательно должен быть на закате?
— Нет. Лучше в полночь.
Бормотание:
— Герцог Райнхард не поймёт.
И вздох:
— Хорошо, ведьма. Завтра на закате. Что до твоей платы, её доставят в условленное место в условленное время.
Хихиканье.
— Как мудрёно, господин Арс! Давайте уж по-простому: полдюжины бродяг на Болото к рассвету.
— Да, да! — Раздражение. — А теперь ступай.
Ещё одно хихиканье. Шорох, словно змеиное тело по камням.
Долгая тишина. И наконец холодное:
— Я же говорил, старшая дочь. Ты выйдешь замуж.