Лина Алфеева – Секрет темного прошлого (страница 22)

И добиться желаемого она могла за счет Хиллера. Заставляя его использовать более мощные заклинания, прокачивала собственный резерв.

— Но источник целителя не может выдерживать подобные нагрузки! Целительская энергия не способна выполнять функции боевой!

— К сожалению, Мирабель об этом забыла. Случись её озверение хотя бы на неделю позже, парень серьезно пострадал бы.

— А Висэль? Что с её Ларой?

— Адептка Зейн боевой маг, так что тут прошло без побочных эффектов.

— Или же причина в том, что озверение Висэль протекало более стремительно, чем у Мирабель.

— Да, Рендел тоже обратил на это внимание, — пристальный взгляд и ненавязчивая попытка меня просканировать.

— Желание Эллы изучать вербальную магию ее собственное.

— Знаю.

То есть Эллу уже проверили!

Я откинулась на спину, не зная, стоит ли мне радоваться или сначала возмутиться, что менталист обработал мою подопечную, не поставив меня в известность. Конечно, ситуация была критическая, но… могли бы сначала поговорить со мной.

— Люк изучает пространственные карманы, исходя из личных предпочтений и учебной программы адептов первого курса.

— Не только. Ему Марк задание выдал.

— Марк окончательно пришел в себя?

— Сумел самостоятельно трансформироваться и теперь активно интересуется происходящим в академии. Поднимайся!

— Зачем? — Я села на постели и с подозрением посмотрела на менталиста.

— Утренние лекции ты пропустила, но на занятие к Снежному успеваешь. Или предпочитаешь остаться в лазарете?

Хотела спросить у Даркинфольда, не издевается ли он, а потом взглянула в хитрющие бесстыжие глаза менталиста, и поняла, что можно и не спрашивать. И так ясно.

Глава 10

Сегодня на тренировке по защите подопечных наш курс не блистал. Сказывался и общий невроз, и присутствие на полигоне зрителей: ректора с сотрудником департамента магической безопасности. Да что там фамильяры, Йерихон тоже заметно дергался, поэтому его атаки были предсказуемы, движения вялые, но и “тухлые” удары боевой магии умудрились подбивать невнимательных фамильяров. Когда время тренировки вышло и настала пора подкормки восстанавливающим эликсиром, все вздохнули с облегчением. Я по-тихому испарила из мисочки свою порцию снадобья и стала прислушиваться к происходящему в другой стороне зала.

— Вульф, ты же мужик, у тебя должно быть свое мнение! — с негодованием клекотал Сэм.

— И как мужчина я оберегаю Висэль. Придет время, и она осознает…

— Бред! Никогда эта псиша белохвостая не поймет, что таким поведением только яму себе роет! — тявкнула рыжая лисичка с факультета целителей.

— Прошу, давайте не будем оскорблять Висэль в её отсутствие… — неуверенно произнес Вульф.

— Почему же? Вот Висэль нас поливать за глаза не стесняется… — это уже Аллистер.

И тут ребят как прорвало! Каждый счел своим долгом припомнить, кому Висэль успела насолить. Кому? Да почти всем! А я еще, наивная, считала, что ласка только меня невзлюбила. Я слушала претензии одногруппников, а потом в мозгу что-то щелкнуло.

— Аллистер, а когда это тебе Висэль угрожала?

Единорог на мгновение смутился, а потом снова закусил удила.

— Её взгляд был такой… говорящий! Ясно же, что она всех тут ненавидит. И этот её поддерживает. — Единорог резко ударил копытом рядом с лапой Вульфа, а потом мерзко заржал, когда волк испуганно отпрыгнул.

— Так, народ, хорош! Расходимся! — вмешался в перепалку фамильяров Йерихон.

— Не суйся, человек. Ты ничего не понимаешь, — зло проклекотал Сэм.

Куратор от такого заявления сперва опешил, а потом в ужасе уставился на фамильяров.

— Только не это… Лорд Рендел!

— Вижу, — ректор приблизился к нашей группе. — Чистых можешь выделить?

Йерихон неуверенно указал на меня и Вульфа. Краем глаза заметила, что Альфред Снежный создал магическую завесу, отсекающую нас от остальных фамильяров, и теперь поспешно выводит их из аудитории.

— Я в порядке. Висэль, конечно, и меня раздражает, но не больше обычного.

— У неё просто характер сложный, — проронил печально Вульф. — Она же не виновата, что такой уродилась.

— Тупой волчара, — прошипела лисичка и вдруг неожиданно прыгнула на Вульфа и… зависла в воздухе, скованная парализующей магией.

А потом на фамильяров напал коллективный приступ сонливости: ребята, участвовавшие в перепалке с Вульфом, начали зевать, трясти головами, но все равно не могли противиться чарам. Архимаг сработал быстро и четко, усыпив всех.

— Лорд Рендел, не хотите ли вы сказать, что все они…

— Боюсь, что да, Даниэлла. — Архимаг повернулся к Йерихону. — Передайте мне, пожалуйста, восстанавливающий эликсир.

Куратор рассеянно кивнул и достал флакон из кармана мантии. Он уже практически вложил его в ладонь ректора, как вдруг лицо куратора стремительно побледнело.

— Не думаете ли вы, что это из-за эликсира? — затравленно осмотревшись, он разжал пальцы, передавая снадобье. — Вы все считаете, что это я.

— Что неудивительно, учитывая ваши предыдущие заслуги. — Орланд Даркинфольд был предельно прямолинеен. — Вам придется пройти со мной.

— Нет… нет… — Куратор затряс головой и попятился, а потом с мукой во взгляде посмотрел на ректора. — Вы утверждали, что прошлые ошибки можно искупить. Теперь я вижу, что это невозможно.

— Йерихон, не драматизируйте, никто пока что не надевает на вас блокируюшие браслеты, — несколько раздраженно произнес Даркинфольд.

Но маг его словно не слышал.

— Дрянь, которой отравили Марка, разработка темных жрецов. Если подтвердится, что её следы есть в эликсире… — Йерихон в ужасе отшатнулся и едва не налетел на Вульфа. — Прости. Лорд Рендел, мне было приятно работать с вами.

Я с надеждой посмотрела на архимага. Ведь можно же что-то сделать? Йерихон не мог намеренно вредить фамильярам, он же не просто наш куратор, он — наш друг! Если мы не поддержим Йерихона сейчас, он уже никогда не оправится от удара. Чувство вины вдруг сделалось таким удушающим, что я крепко зажмурилась, чувствуя, как бешено колотится сердце.

— Лорд Рендел, куратор Йерихон ни при чем, — неожиданно вмешался Вульф. — Это Висэль… Это она добавила “стимулятор” в восстанавливающий эликсир. Но она не со зла. Висэль хотела как лучше.

— Она слишком переживала, что фамильяры нашей академии уступают воспитанникам Эльгеора.

Я перевела потрясенный взгляд на Рендела. Он знал! Возможно, и не был уверен на все сто процентов, но определенно догадывался, и поэтому привел на тренировку менталиста. Я медленно перевела взгляд на Даркинфольда, начиная понимать, что мое невыносимое чувство вины было ложным. Менталист внушил его мне, Вульфу и Йерихону, чтобы один из нас сознался. Один из нас?!

С негодованием уставилась на менталиста и получила в ответ невозмутимое:

— Ты стояла слишком близко.

Ясно, извинений я не дождусь, но плевать на них. Я повернулась к Йерихону, с которым, отгородившись магическим щитом, о чем-то беседовал лорд Рендел. Дождавшись кивка нашего куратора, ректор крепко пожал тому руку. Тренировочный полигон Йерихон покинул с высоко поднятой головой. Насколько я поняла по обрывкам разговора после исчезновения щита, лорд Рендел отправил Йерихона успокоить остальных одногруппников.

Наше внимание сосредоточилось на Вульфе. Тот уже трансформировался и выглядел крайне несчастным и помятым парнем.

— Висэль уверяла, что стимулятор поможет нам стать сильнее и быстрее.

— И ведь поначалу сработало! — подтвердила я. — Мирабель целую неделю нас удивляла, а потом…

— Отрава накопилась в организме, и произошел сбой, называемый озверением, — подтвердил мою догадку Даркинфольд. — То же самое произошло и с остальными. Уверен, когда целители проверят всех фамильяров, то стимулятор будет обнаружен в крови каждого.

— В моей точно не найдут. Я не пила эликсир.

В глазах лорда Рендела промелькнуло такое облегчение, что меня тут же затопила волна щемящей нежности.

— И почему же, Даниэлла, вы отказались от восстанавливающего эликсира? — еле слышно поинтересовался архимаг.

— Он пах молоком. Гадость же!

Хвост был со мной солидарен, поэтому веско шлепнул по полу.

Вульф раскрыл нам всю неприглядную правду поступка Висэль, но все понимали, что ласка всего лишь послужила орудием в руках того, кто ненавидел нашу академию ещё сильнее, чем Висэль.