Лин Йоварт – Молчаливая слушательница (страница 70)
Вики вернула бумаги, кивнула.
– Это заставит людей в Блэкханте пересмотреть свое мнение об их столпе всего сущего. Это – и вчерашняя статья на первой полосе «Газетт».
– Да, – не слишком уверенно отозвался Алекс.
– Как прикажете вас понимать?
– У меня ощущение, что одной детали головоломки по-прежнему не хватает.
– До сих пор жалеете, что не арестовали Джой? Мы ведь уже все обсудили. Доказательств не было.
Он кинул на Вики взгляд, который она расшифровала как «из-за вас не было, между прочим», и ответил:
– Нет, я о другом. Вертится в голове какая-то мысль, а ухватить ее не могу. Что-то про Джой и ее телефонное сообщение…
Шестеренки в мозгу еле ворочались, будто вязли в иле, и это выводило его из себя. Алекс достал из шкафа Венди Боскомб папку с надписью «Хендерсон, Джой» и сел читать. Вики отправилась делать чай.
Вернувшись с заварочным чайником, она застала его за тем же занятием. Стол покрывали бумаги, отдельные слова на них были выделены розовым и оранжевым.
– Получается? – спросила Вики.
– Я думаю… Не уверен… но думаю, Джой с самого начала знала, что Джордж убил Венди. И вернулась, чтобы добиться от него признания – или хотя бы заставить страдать. Решилась наконец выступить против отца открыто, обвинить его в лицо. Знаете, я согласен с вами: она не лгала и
– Ого, стойте! Давайте назад. Джой знала о том, что Джордж убил Венди? С чего вы взяли?
– В день ее исчезновения мы с Роном были на ферме Хендерсонов. Я попросил Джой рассказать о Венди, и Джой произнесла… Цитирую… – Алекс зачитал с лежащего перед ним листа: – «У нее
– Ну и как это…
– Потом добавила, опять цитирую: «а у сестры
– И что? – Вики покачала головой. – Сколько было Джой? Одиннадцать? Двенадцать? Девочка перепутала времена, узнав об исчезновении подруги. Или вы неправильно записали…
– Записал правильно. – Шепард вновь сверился с листом. – Даже переспросил, почему она использовала прошедшее время.
– И что она ответила?
– «Наверное, потому, что та школа для меня в прошлом».
– Звучит логично.
– Возможно. Только это не все. Когда я отвез Джой проклятый ремень, она рассказала мне о своем детстве, о том, как было страшно, и становилось все хуже и хуже… и настал момент, когда она подумала, что отец убьет ее. Произошло это накануне исчезновения Венди Боскомб. Джордж явно себя не контролировал.
– В вашей теории очень много допущений, – заметила Вики.
Однако ее глаза говорили, что она воспринимает его рассуждения серьезно.
– Хорошо. Вот вам решающий довод. Вот что крутилось тут, – Алекс постучал себя по лбу, – и не давало мне покоя. Откуда, черт возьми, Джой узнала, где искать Венди? С чего вдруг пошла на пруд? Мало того, как она поняла, что в бочке именно Венди? Да, кости маленькие, но они с тем же успехом могли принадлежать ребенку, который умер сто лет назад. Или два месяца назад.
Вики открыла было рот, но он поднял указательный палец.
– И последняя деталь головоломки – никто не знал, как выглядела пропавшая кукла Венди, а Джой открыла сундук и сразу поняла,
– Значит, по-вашему, Джой все это знала и говорила о Венди в прошедшем времени, поскольку…
– Поскольку видела, как Джордж убил Венди – или, по крайней мере, избавился от тела и спрятал кукольную голову.
– Господи, какой кошмар! Неудивительно, что она боялась отца.
Шепард вновь уткнулся в свои записи.
– Здесь сказано, что в тот день Джой ходила на пруд за кувшинками. Она, должно быть, видела, как Джордж запихивает Венди в бочку и топит.
Вики в ужасе слушала.
– Когда мы с Роном опрашивали Хендерсонов, Джой явно была очень напугана. Мы-то списывали это на шок от исчезновения подруги, но вот послушайте… В какой-то момент Рон вывел Джорджа на улицу – сообщить о том, что Венди, по нашему убеждению, не просто заблудилась, а что ее похитили. – Алекс нашел нужное место в своих записях. – Да. Я остался в доме, и Джой спросила меня, не арестует ли Рон ее отца. Повторюсь, тогда я думал, что она просто напугана, зато теперь… да еще кукла Венди и ее кости… Положа руку на сердце, вряд ли в подобных обстоятельствах двенадцатилетняя девочка подумает именно об этом, согласны? Разве что ей известны веские причины для ареста.
Вики нахмурилась.
– Почему Джой столько лет ждала, никому не говорила?
– Видимо, боялась, что отец убьет и ее, скажи она хоть слово. Вместо этого она хранит молчание и сбегает из дома при первом же случае, планируя больше никогда туда не возвращаться – как Марк. Потом звоните вы, сообщаете, что ее отец умирает, и она решает: вот он, шанс добиться справедливости для Венди. Полагаю, на эту тему у них с отцом состоялась откровенная беседа, а то и не одна, и, возможно, он выпил таблетки специально, решив покончить с собой, потому что – еще одно предположение – Джой пригрозила сдать его полиции.
– Жуткая история… – Вики поежилась. – Хотя думаю, вы правы.
Алекс собрал разбросанные бумаги в папку, Вики разлила чай.
– Значит, вы у нас теперь местный герой…
– Не уверен. Я ведь ничего не сделал. Это Джой подсказала мне, где искать. Но все равно я наконец чувствую, что не зря ношу нашивки.
Алекс прикрепил сводку к полному отчету на десяти листах и опустил документы в конверт А4.
Вики улыбнулась.
– Вы сделали многое, Шеп. Не сдались. А еще поехали искать куклу и Венди, пусть даже и на пепелище. По-моему, Блэкхант этим очень доволен. И ваше начальство тоже должно радоваться… Ну как, у вас не пропало желание посетить похороны ублюдка?
– Никак нет. Хочу посмотреть, сколько народу явится.
Уже очень немолодой, но все еще крепкий преподобный Брейтуэйт смотрел с кафедры на людей, пришедших отдать последний долг Джорджу Хендерсону. Вот они, в той самой церкви, где Джордж был давним старейшиной. В церкви рядом с актовым залом, где этот человек на протяжении нескольких десятков лет улыбался, шутил и утешал людей, словно безгрешный ангел Господень.
Последние двадцать четыре часа дались преподобному нелегко. Вчера за обедом он прочел первую полосу местной газеты, не веря собственным глазам, затем позвонил Шепарду и расспросил его о заявлениях журналиста. Остаток дня провел в кабинете, раз за разом переписывая текст для прощальной службы по Джорджу Хендерсону и молясь о напутствии. Отложил ручку уже около полуночи, по-прежнему не уверенный в выбранных словах и стихах из Библии. Наутро торопливо переписал всю службу, оставив только псалмы, чтобы не путать органиста и хор. Но, поднимаясь на кафедру, понял, что поспешил: видимо, очень уж растревожила его зернистая черно-белая фотография улыбающейся, но теперь окончательно усопшей Венди Боскомб. Переписанное вступление определенно не годилось, только менять что-либо было поздно – спутанный разум не мог придумать ничего другого, а количество людей в церкви и вовсе ввергало в ступор.
Преподобный вскинул руки к высокому изогнутому потолку, и по церкви прокатился надтреснутый старческий голос – он уже давно не гремел, как во времена Джой, сидевшей на передней скамье и замиравшей от ужаса перед отцом, Дьяволом и угрозой вечных мук.
– Свят Он! И могущество Царя любит суд. Ты утвердил справедливость; суд и правду Ты совершил. – Преподобный помолчал, обеспокоенный тем, как воспримет паства выбранные псалмы, затем продолжил: – Ибо день и ночь тяготела надо мною рука Твоя; свежесть моя исчезла, как в летнюю засуху.
Алекс с Вики потрясенно переглянулись – что же будет дальше? Они приехали рано и устроились на скамье в конце церкви, не желая мешать скорбящим и привлекать к себе внимание.
Однако они не сумели бы привлечь к себе большего внимания, даже если б с ног до головы испачкались в крови Венди Боскомб: не считая преподобного Брейтуэйта, они были единственными людьми в церкви. На похороны Джорджа Хендерсона не явился даже органист.
Читая заготовленные записи, преподобный Брейтуэйт думал о том, что им с женой в ближайшие дни предстоит съесть немало булочек и лимонных долек. Мысленно вычеркнув девяносто процентов из прощальной проповеди, уже через десять минут он сошел с кафедры.
Глава 83
Джой и Венди
Джой аккуратно подняла мотыгу, занесла ее над листом кувшинки и начала бережно опускать, продев белоснежный цветок через отверстие в насадке. Когда та ушла под воду примерно на восемнадцать дюймов, Джой быстро дернула, перерезав стебель, и медленно подтянула кувшинку к краю пруда, а затем положила ее к уже собранным цветам.
– Здорово придумано, – раздалось за спиной.
Джой испуганно подскочила и тут же поморщилась от жгучей боли в исполосованных ягодицах и бедрах. Где были ее мозги? Как могла она упустить этих противных хорьков? Знала же, на что способен отец. Может, пусть бы Марк все-таки взял вину на себя? Вчера пришел наконец ее час, и теперь вся жизнь превратится в череду наказаний.
Джой обернулась, но не быстро – слишком уж было больно, – и в трех-четырех футах от себя увидела Венди Боскомб в ярко-желтом платье с прямоугольным вырезом и желтых пластиковых сандалиях. Малышка с улыбкой показывала на мотыгу.