Лин Йоварт – Молчаливая слушательница (страница 25)
Глава 29
Джой и Джордж
Я захлопываю крышку сундука, вновь скрывая голову куклы, решительно шагаю в комнату отца и застываю у его кровати. Настал час расплаты. Он смотрит на меня молча, но во взгляде – вина. Становится похож на курицу: нос и глаза выпирают все сильнее.
Я вспоминаю вечер, когда отец впервые выпорол мое обнаженное тело. Множество других вечеров, когда он охаживал ремнем меня или Марка. Если б отец не останавливался, досчитав до пятнадцати, а продолжал хлестать нашу плоть до розовой пены, он наверняка избил бы нас до смерти.
Уже в который раз я думаю – о том, что творил с нами отец, знали многие, но никто не пытался его остановить. Ни соседи, ни ой-какой-святоша Преподобный Брейтуэйт, ни даже семейство Фелисити.
Ни мама. Я не нахожу этому объяснения. Не знаю, чем отец ее держал и почему она не вставала на нашу защиту. Возможно, боялась, что он убьет ее и все равно нас выпорет. Возможно, несчастье с Рут всегда было свежо в ее памяти.
Однако это все в прошлом. Теперь же настал час расплаты.
– Папа…
Перевожу дыхание, иначе сейчас взорвусь словами. Перед глазами стоит голова куклы.
– Папа, ты…
Не смогу. Нет, нельзя идти на попятную. Я хотела задать этот вопрос столько лет!
Сглатываю и начинаю вновь:
– Это ты ее убил, да?
– Кого?
Кричу:
– Ты знаешь, кого!
Я в бешенстве. Надо же, строит из себя невинность!
Отец выпучивает глаза, со свистом втягивает воздух. Мышцы на шее напрягаются, усиливая сходство с курицей.
– Дай… – очередной трудный вдох, – обезболивающее.
Я трясу пузырьком, в точности как Вики пару дней назад.
– Сначала ответь.
Пусть признается. Пусть вслух назовет себя убийцей!
Отец открывает рот, однако ничего не говорит. Медленно закрывает глаза. Слабый выдох, короткий хрип.
Нахмурившись, наклоняюсь к постели. Не дышит, лицо серое и какое-то странное, обмякшее. Что, и все? Вот так, без предупреждения, ублюдок просто взял и сдох? Тихо, спокойно… умер? Во веки веков, аминь?
Я вне себя от ярости. Как он смеет умирать, не понеся наказания? В тот самый момент, когда я наконец набралась мужества для обвинения! Я всю жизнь мечтала о смерти отца – теперь же впервые хочу видеть его живым, а он берет и умирает!
Сажусь. Чувствую, как из моего рта выплывает облачко чего-то желтого, мерзкого… Так же было после звонка Вики, сообщившей мне «печальные новости».
Значит, все по-настоящему кончено. Больше никаких таблеток. И, увы, никакой расплаты за содеянное.
Мне пуще прежнего хочется позвонить Марку, прокричать: «Он умер, умер! Приезжай домой!»
Однако позвонить я не могу, поэтому просто сижу. Измученная. Злая. Обмякшее серое лицо мертвеца смеется надо мной.
Глаза на нем распахиваются, отец судорожно вдыхает и шепчет одно-единственное слово:
– Больно.
Я встаю, нависаю над этим лицом и шепчу в ответ мраморно-белым голосом:
–
Отец таращится на меня. Дыхание у него молочно-желтое, белки глаз – тоже. Видит ли он меня вообще? Понимает ли, кто я и о чем спрашиваю?
Очередной неглубокий свистящий вдох, и глаза вновь закрываются. Однако второй раз я на эту удочку не попадусь. Поджимаю губы, жду.
Наконец раздается голос – будто скрип жесткого, потрескавшегося пергамента, пролежавшего в песках много тысяч лет.
– Да, – произносит отец.
Часть II
Глава 30
Джордж и Гвен
– Джордж…
Муж только что захлопнул синюю счетную книгу и громко застонал.
Гвен прикрыла обе щеки ладонями – вдруг разозлится?
– Что?
Пока она говорила, он сидел, обхватив голову руками, – непонятно, слушал или нет.
Она сможет установить цену ниже, чем городской флорист, рассказывала Гвен, ведь ей не придется платить аренду, а если выращивать цветы самим, то доход будет еще выше.
Гвен встала приготовить мужу чай, всыпала в заварник лишнюю щепотку, положила на тарелку три печенья с изюмом.
– Я могу посадить розы, камелии, маки. Все, что понадобится. – Гвен тараторила, не могла остановиться. – Папоротник под восточной стрехой дома. Гортензии, гипсофилы, хризантемы… Стэн сведет меня с поставщиками.
Джордж сжевал одно печенье.
Гвен перевела дыхание, продолжила:
– У Арнольда я познакомилась с одной женщиной; она предложила мне изготовить настольные композиции для приема, на котором будет мэр. Я могу запросить по фунту за композицию.
– По фунту за каждую? А всего сколько?
– Восемь.
Джордж отставил чашку и сказал:
– Это не помешает тебе выполнять домашние обязанности.
Не вопрос – утверждение, но Гвен все равно покачала головой.
– Я дам тебе десять фунтов из банка и два месяца на то, чтобы наладить работу. Не сумеешь – вернешь мне десять фунтов плюс прибыль и закроешь лавочку. Будешь без покупок, пока не возместишь разницу.
Гвен не знала, без каких таких покупок она будет. Все ее покупки состояли исключительно из продуктов. Значит, если дело не выгорит, ей придется есть еще меньше, чем сейчас. Неважно. Мысли лихорадочно метались, сердце будто горело. Собственный цветочный бизнес! У нее все получится.
Глава 31
Джой и Рут
– Поехали обедать ко мне, – предложила Фелисити.
Мистер Джонс отпустил их с изучения Библии на пятнадцать минут раньше, и Фелисити с Джой, чтобы не ждать под дождем, сидели в раздевалке рядом со входом в актовый зал.
Джой сердилась на мистера Джонса, которому не понравилось ее толкование прочитанного сегодня отрывка. В раздевалке она передразнила мистера Джонса:
– НетДжойтыменяоченьогорчилатакимответом.
Фелисити рассмеялась.