Лин Петрова – Встреча или летунец мне в... (страница 20)

В следующий раз пришла в себя, когда меня несли. Судя по способу моей транспортировки, это был Ррух. Хорошо, что у него хватило ума дубинку с собой не брать в этот раз, а то… Меня вырвало прямо на спину Рруха. Я кашляла, избавляясь от содержимого желудка, вдыхала воздух, и желудок снова сжимался от спазма.

Когда показался силуэт дома, Ррух хотел занести меня в мою комнату, но я начала сопротивляться.

— Оставь меня здесь. Там я точно сдохну- собрав остатки сил, просипела я.

А когда почувствовала запах травы и шершавый ствол дерева, который я обхватила, я погрузилась в беспамятство.

Следующий раз я очнулась под утро, когда меня обмывали холодной водой. Нуваш, сжав губы, оттирала с моего тела засохшее содержимое моего желудка.

Это освежающе и приятно. Но я еще чувствовала в себе то, от чего нужно было избавиться.

— Хозяйка, оставь меня здесь. Воду тоже оставь.

Когда она ушла, я подползла к кадушке с водой, подтянулась на руках и погрузила голову в воду. Заставила себя выпить столько, пока живот не надулся.

Нужно избавиться от того что осталось во мне, то что еще причиняло боль, то что забирало мою жизненную энергию. То, что могло вырасти уже во мне, если не избавлюсь.

Сунула пальцы в рот, вызывая рвоту. И только почувствовав полное опустошение, откинулась на траву, раскинув руки.

Следующие дни я провела на улице, не заходя в дом. Хозяйка выносила еду, я бросалась на пищу, словно никогда не ела, и лежала, лежала. А еще я смотрела на солнечный свет, впитывая его в себя, запоминая каждую секунду, потом закрывала глаза и повторяла это в своей памяти.

Лишь через несколько дней, едва солнце зашло, я вошла в дом. Хозяйку и Рруха я нашла за поглощением пищи. Я молча села за стол, наложила себе большую миску и, не моргнув глазом, буквально проглотила ее содержимое. И лишь потом посмотрела на них.

— Зови Сарга. Снова пойду. Только помоюсь, да сил наберусь.

Хозяйка со стуком кинула ложку на стол.

— Не пойдешь больше. Возьми камни и не ходи.

Её губы сжались в тонкую нить, возле рта проявились морщинки. Я молча смотрела на неё. А ведь я её не послушаю. Вспоминая сжатого от боли в комок ребенка, я совершенно точно знала, что пойду туда снова и снова, пока эта битва не будет закончена. Пока не заберу себе последнюю каплю этого пятна, пока не буду уверенна, что Мирц окончательно выздоровел.

И сидящие за столом это тоже поняли. Хозяйка покачала головой, выдохнув. Я улыбнулась.

— Странная, да?

— Да ты не странная! Ты дура, летунец мне в зад!

Даже и не думай это представлять, Шила, даже не думай.

— Ведь стало ему легче! Сарг приходил недавно.

Я улыбнулась, ведь это была замечательная новость, и, не отвечая на слова хозяйки, пошла мыться. Вылила на себя целое ведро тёплой воды и замерла на месте, хорошо- то как. А когда приступила к мытью, снова замерла, заметив на теле множество синяков. То-то я думаю, чего болит все тело, будто меня палками били? Так, может, это когда меня Ррух домой нес? Исключено, ведь дубинки при нем не было. Значит, это Сарг меня по лестнице бесчувственную волок. Бедняга, и как ему удалось допереть моё тело, ведь он вдвое ниже меня.

Нет, так дело не пойдет! Утершись тканью, я пошла к хозяйке.

— Попросите Рруха пойти со мной. Нужно будет достать меня, когда я закончу.

И чтобы не возникло много вопросов, я просто оголилась, показав синяки на теле.

— Это меня наверх так тащили. Хозяйка, если кость какую сломают, это же сколько я проваляюсь без дела?

Нуваш кивнула и вышла из комнаты.

На следующую ночь меня и Рруха повели к больному мальчику.

Подходя ближе, я начала настраиваться на нужный лад. Мирц спал, раскинув руки и ноги. Это очень хорошо, просто замечательно. Вот только радоваться рано. Мне ли не знать, что пока остается хоть частица пятна, все может вернуться на прежнее место.

Я глубоко вдохнула и выдохнула. Пятно уменьшилось в размерах в два раза, а нить, которую я накинула в прошлый раз, словно действительно стягивала массу.

Внезапно Мирц открыл глаза и посмотрел на меня. Я приложила палец к губам и улыбнулась. Он кивнул и закрыл глаза.

— Потерпи, может быть больно.

Я ухватилась за нить, а когда почувствовала, что крепко держу её, представила солнечный свет и начала пропускать его через себя, затем в пятно. Оно начало дергаться, выпустило лапки-клешни, которые сжимались и разжимались, доставляя боль мальчику, ведь Мирц застонал. Терпи, малыш, по-другому никак нельзя от пятна избавиться. Подступила тошнота, я сглотнула густую слюну и продолжила. Внезапно я почувствовала в теле онемение. Сначала я подумала, что это от сидения в одном положении, но когда начали неметь руки, я поняла, что это пятно, поняв, что его ждет, пустило в ход свое последнее средство. Ах ты, дрянь ты такая, вот что ты напоследок приготовила для этого ребенка? Обездвижить, а потом высосать все соки?

Пальцев я не чувствовала совсем, но видела, что они крепко сжаты в кулаки, значит я не выпущу нить. Это хорошо. А теперь снова за дело. Сегодня я с тобой покончу! Не хочу встречаться с тобой еще раз. Мне бы только вытерпеть. Я перекачивала и перекачивала свет в самую середину, не обращая внимания ни на стоны мальчика, ни на свою слабость.

Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я почувствовала полную опустошенность. Видимо от слабости, я не смогла сразу посмотреть на результат своей работы, так как картинка расплывалась. Я несколько раз крепко зажмурила глаза, прежде чем смогла посмотреть. Чисто. Чисто?? Чисто!!! У меня получилось!! Я смогла! Смогла!

А теперь наверх. Да вот только встать я не смогла, так как все еще не чувствовала тела. Так и рухнула на бок. Потом наступило странное состояние- я не могла реагировать ни на прикосновения, ни на обращение, но умом понимала, что меня тащат по коридору. Слышала, как Сарг позвал Рруха, понимала, что тот одной рукой нащупал меня и за шиворот выдернул из проема. Понимала, что меня несут домой, как положили под дерево.

Потом я просто лежала в таком состоянии, не могла ни прийти в себя, ни отключиться. Хорошо, что Ррух оставался рядом, и отгонял любопытных летунцов.

Рассвело. Тело начало постепенно «оттаивать». Когда Ррух ушел, его заменила Нуваш, которая не оставляла меня в покое. Сначала она легонько трясла меня, потом начала растирать мое тело, помогая мышцам расслабиться.

Когда солнце было над головой, я смогла, при помощи хозяйки, сесть. Тело уже пришло в норму, кроме пальцев. Они остались скрюченными в неестественной позе, и сколько Нуваш не пыталась вернуть их в нормальное состояние, у нее ничего не получалось.

— Оставь- прошептала я.

Это сейчас не главное. Главное, это избавиться от того, что сейчас внутри меня. Но меня совсем не тошнило, в отличие от прошлых раз.

— Дай воды. Много.

Хозяйка практически вливала в меня жидкость, пока я не почувствовала, что больше не могу сделать ни глотка.

Я попыталась засунуть пальцы в рот, но мои скрюченные пальцы даже в него не влезли.

— Помоги. Мне нужно избавиться, иначе я умру.

Нуваш кивнула и принялась за дело, но, сколько бы она не пыталась, у нас ничего не получалось.

Неужели пятно победит? После стольких усилий, после моих маленьких побед… Получается, я рано ликовала, оно все равно перехитрило меня?

Треснула ветка, и я повернула голову. К нам шел Ррух, со стороны смотревший на наши тщетные попытки. Он быстро подошел, сунул свои здоровенные пальцы в мой рот и сильно нажал на корень языка. Сначала мне показалось, что мой рот сейчас порвется, я начала отталкивать его руку. Но тот не обращая внимания на мои слабые попытки, рыкнул, подхватил и поднял за талию, от чего я свесилась пополам, словно сломанная кукла, и снова нажал на корень языка.

Моё вялое возмущение прервалось обильной рвотой. Густой, темной и кровавой рвотой.

В меня вливали воду, вызывали рвоту до тех пор, пока из меня не начала выходить чистая вода и я не почувствовала полное опустошение.

— Всё- успела сказать я, прежде чем потеряла сознание.

***

Очнулась уже в своей комнатке. Вошла Нуваш.

— Почему я не улице?

— Так, а сколько можно там валяться? Три солнца уж прошло. Бездомная ты разве- беззлобно ворчала она.

— Гости туда- сюда ходят, а тут здрасте, ты валяешься. Скажут, совсем Нуваш озверела, работников своих по улице разбрасывает.

Она ворчала и передвигалась по комнате, переставляя предметы, обметая пыль.

— Кушать хочешь?

— Очень!

— Что?

— Мясо!

Оно быстро вышла из комнаты. Я откинула ткань, накрывавшую меня, опустила ноги на пол. Нужно вставать, приходить в себя, да за работу браться. Признаться, соскучилась по залу, здороваться с посетителями, и даже- усмехнулась я- уворачиваться от нападок стражников.

Кстати, руки… и облегченно выдохнула. Мои родные пальчики, а не куст сломанных веток, торчащих в разные стороны.

Я встала. Слабость есть небольшая, но в целом я чувствую себя хорошо.

Я с удовольствием помылась и пошла на кухню. Нуваш шустро передвигалась по ней, кроша овощи. Я села и просто смотрела, как она ловко управляется.