Лин Картер – Конан-корсар (страница 6)

Когда в его дверь легко постучали, он пробормотал проклятье и слабым голосом разрешил войти. Вошел Менкара со свернутой картой в руке. Тощий маг окинул взглядом распластанную фигуру корсара с явным неодобрением.

— Еще колдовство? — пробормотал Зароно и кивнул. — Неужели ты никогда не оставишь простого смертного наслаждаться вином без того, чтобы не влезть своей постной рожей в его мысли? Ну, ладно, говори зачем пришел.

Не обращая внимания на этот взрыв пьяной злобы, Менкара развернул карту на столе перед Зароно и показал костлявым пальцем на линии шифрованного письма, которыми начертана загадочная карта.

— Я размышлял над картой этого священника Митры с тех пор, как мы ее получили, — сказал стигиец с неожиданным для его тихого и невыразительного голоса напряжением. — Береговая линия, показанная здесь, очевидно, Южная Стигия. Хотя язык мне незнаком, оказалось, что некоторые слова мучительно знакомы. Я напряг весь мой ум, расшифровывая надпись, в то время, как вы сидите здесь, напившись, как кретин.

Зароно вспыхнул и стал подниматься, держась рукой за эфес шпаги, но Менкара поднял руку и остановил его.

— Владей своими собственными чувствами, человек. Дело чрезвычайной важности. Слушай же, с помощью магии я изучил сравнительные языки, и я знаю, что древний Валусианский язык, подобно древним стигийскому и ахеронскому языкам, основывался на алфавите, каждый знак которого определял звук. Поскольку определенные части карты показывают страны, которые мы знаем как Шем и Стигию с городами Аскалун и Кхеми, мне удалось определить значения некоторых букв в надписи, где они, как можно догадаться, означают названия и этих мест. Другие надписи являются названиями таких исчезнувших городов, как Кампула и Пифон.

Музыка этих дьявольски-призрачных названий привела Зароно в трепет. Нахмурившись, он наклонился вперед, чтобы лучше слышать.

— Таким образом, — продолжал Менкара, — освоившись с этим древним языком через символы, представляющие известные названия, мне удалось, наконец, расшифровать надпись возле этого острова, которого я раньше никогда не видел на карте.

Зароно вгляделся в точку на карте, отмеченную тощим пальцем Менкара.

— Мне он тоже неизвестен. Умоляю, продолжай.

— Я расшифровал, — продолжал Менкара, — надпись вокруг этого острова, как что-то вроде Сио Джина-кисуа. Это слово взято из древнего стигийского языка сиудхина, или, по крайней мере, близко к нему. А сиудхина может быть переведена на зингарский как «то, что не имеет названия».

Черные беспокойные глаза Зароно сверкнули на его похожем на страшную маску лице.

— Безымянный остров, — прошептал он.

— Да, — прошипел Менкара с холодным удовлетворением в змеином взгляде. — Мы можем быть уверены, что «кисуа» означает остров, потому что такое же слово написано еще рядом с несколькими островами на карте. — Он указал еще на несколько точек. — Я полагаю, что пираты, вероятно, слышали легенды об этом призрачном Безымянном острове: о том, что это остаток древней Валусии, и сохранившиеся руины свидетельствуют о могуществе пралюдей — человеко-змей.

— Я только знаю, что морские легенды рассказывают об острове без названия, где лежат величайшие сокровища, собранные когда-либо в одном месте, — сказал Зароно.

— Это правда, — сказал Менкара, — но есть нечто иное, о чем вы не можете знать. Успокойтесь, там достаточно обычных сокровищ. Но, кроме груд золота и камней, там, говорят, лежит величайшее магическое сокровище — точная копия «Книги Скелоса».

— Мне не нужна проклятая книга, а лишь чистое золото.

— Эге, тут надо подумать, — тонко усмехнулся Менкара. — Наша задача уговорить величайшего мага Земли помочь нашему господину Виллагро воцариться в Зингаре. Он несомненно был бы обрадован, увидев культ Сета возрожденным, а Митры — поверженным. Мы, однако, можем завоевать его расположение и заручиться его поддержкой, подарив ему такое сокровище магии, как «Книгу Скелоса». Это преступление против священной науки магии, что такой могучий источник древнего искусства лежит неиспользованный. Считается, что существует не более трех копий этой книги: одна в глубоких подвалах королевской библиотеки Аквилонии в Тарантии, одна в тайном храме в Вендии, а третья здесь, — он ткнул пальцем в карту.

— Почему же тогда, если эта проклятая книга так ценна, никто не забрал ее с Безымянного острова? — спросил Зароно.

— Потому, что пока я не увидел карту, ни я и никто другой из искавших этот остров, не могли точно определить его местоположение. Как вы видите, он лежит вдалеке от берегов черной земли островов, известных нам. Вокруг него в радиусе сто лиг нет никакой земли, мимо него не проходят морские пути, связывающие порты цивилизованных государств. Мореплаватель, который ищет его наугад в безбрежных просторах, может вечно бороздить море так и не найдя остров — по крайней мере, пока не погибнет без воды, пищи и от лишений.

— Далее, вы знаете, что моряки — народ суеверный, их фантазия населила южные моря смертельными рифами и чудовищами — людоедами. Не случайно, что о Безымянном острове давно забыли.

— Будь у нас даже волшебные крылья, потребовалось бы несколько дней, чтобы достичь его отсюда, — пробормотал Зароно, сжимая пальцами подбородок.

— А что нас удерживает? Девушка в безопасности, и несколько дней не играют роли. С «Книгой Скелоса» в руках у нас определенно больше шансов привлечь Тот-Амона на нашу сторону. Да и вряд ли золото оставит вас равнодушным. — Искры фанатизма вспыхнули в обычно бесстрастных глазах Менкара.

Зароно почесал подбородок. Хотя магия его мало касалась, было бы неплохо заполучить могучего властителя магов для князя Виллагро, для этого надо сделать все возможное. И, заполучи он сокровища Безымянного острова в свои руки, почему бы не только богатству, но и высокому положению, привилегиям и уважению не возвратиться к нему снова.

Решительно вспыхнули его темные глаза. Он вскочил на ноги и, распахнув дверь, крикнул: «Ванчо!»

— Здесь, капитан! — откликнулся помощник.

— Курс на юг, пока только Полярная Звезда не останется на горизонте!

— В открытый океан, сэр? — недоверчиво переспросил Ванчо.

— Я не люблю повторять, черт возьми! На юг!

Завертелись блоки и заскрипели канаты, когда «Петрел» повернулся, чтобы поймать новый поток ветра, и вот корпус судна уже разрезал волны, вспыхивающего звездами моря в новом направлении.

Менкара вернулся в каюту изучать карту. Он горел страстным желанием заполучить новое древнее и опасное знание. С книгой Скелоса Тот-Амон мог стать всемогущим. Помочь Виллагро взойти на трон было бы пустяком: великий стигийский волшебник мог управлять всей мировой империей, и когда сыны Сета завоюют все страны, почему не взойти звезде священника Менкара, благодаря которому все это стало возможным.

Конан задумчиво следил за движущимися огнями «Петрела», когда карак изменил курс с юго-востока на юг. Он ничего не знал о присутствии Чабелы на борту «Петрела», о решении Зароно, о надежде Менкара. Он только знал — или думал, что знал, что Зароно похитил карту у Минуса и плыл к безымянному острову за сокровищами. Причины изменения курса он не мог даже предположить.

Конан соскользнул с мачты на палубу с ловкостью обезьяны.

— Зентран!

— Да, капитан?

— Шесть румбов на правый борт! Галс по правому борту, штурвал вниз, ослабить качку… штурвал вверх, так держать!

Конан молча стоял на капитанском мостике, в то время как «Вестрел» изменил курс. Оставив берег континента, у них кроме Полярной Звезды не было другой возможности узнать свое местоположение. В ясные ночи она указывала им, как далеко они продвинулись в южном направлении. Зароно лучше знал куда плыть. Если он заблудится в однообразных просторах океана, то «Вестрел» ждет такая же участь.

Насколько Конан знал, темно сверкающий водный путь перед ним, вел прямо на край света. Что лежит за ним, он даже не мог себе вообразить. О сказочных островах, чужих континентах, неизвестных народах и безжалостных чудовищах рассказывали старые легенды.

Легенды могли быть правдивы. Меньше, чем год, прошел с тех пор как он, на том же самом «Вестреле» с прежним капитаном, мрачным Занораво и с ним, причалили к неизвестному острову на западе, где Занораво и несколько зингарцев из команды нашли свою смерть. В жизни Конана мало было вещей более непонятных и зловещих, чем Черный Омут и его ужасные обитатели. Сейчас, он это отлично знал, на его пути могут встретиться гораздо более смертельные случаи.

Он глубоко вздохнул и порывисто улыбнулся. Кром! Человек умирает однажды, и что пользы думать над воображаемыми опасностями? Когда страх придет, надо сражаться с ним с клинком в руке и яростью в сердце. Он еще поборется с судьбой на Безымянном острове на краю света.

6. НА КРАЮ СВЕТА

Всю ночь плыли два карака по теплым южным водам. С рассветом «Вестрел», как обычно, поднял паруса, чтобы отплыть назад, так, чтобы не быть замеченным с «Петрела» при свете дня. С приходом ночи, если они еще не достигнут Безымянного острова, они наверстают упущенное, поскольку легкий корпус и изогнутые борта давали преимущество в скорости перед более тяжелым и неповоротливым «Петрелом».

Постепенно вершины мачт «Петрела» пропали среди бесконечных сине-зеленых волн. Летучие рыбы выскакивали из воды и, описав полудугу, падали обратно в море. С того момента, как было взято новое южное направление, с карака не видели ни одного судна.