Лин Картер – Конан-корсар (страница 10)
Отфыркиваясь, Конан вылез из бассейна, убрал с глаз волосы. Он нырнул не точно в центр бассейна и через дыры в одежде были видны кровоточащие царапины на бедрах и голенях, где он коснулся острых зубцов скал, окружающих бассейн. Забыв о ранах, он пошел осматривать остатки жабоподобной твари.
Камень мог волшебно ожить, но все же это был камень. Монстр разбился на тысячи кусков, лежащих здесь и там среди скал у основания утеса. Требовалось много внимания, чтобы определить, какие куски составляли ноги чудовища, а какие голову. Несколько кусков лежали кучей, напоминая могилу.
Карабкаясь и прыгая со скалы на скалу, Конан пробрался вдоль подножия утеса и залез наверх. Он дошел до вершины и присоединился к двум товарищам. Рыжеволосый присел на краю и рассматривал остатки твари внизу.
— Клянусь ногтями Нергала и кишками Мардука, отсюда смотреть на них гораздо приятнее. Теперь, когда мы все вместе избежали опасности, пришло время познакомиться. Я зовусь Сигурд из Ванахейма, честный моряк заброшенный на это проклятое побережье с командой после кораблекрушения. А вы?
Конан внимательно посмотрел на Чабелу.
— Клянусь Кромом! — сказал он наконец. — Неужели Чабела! Дочь Федруго?
— Верно, — ответила она, — а вы капитан Конан.
Она назвала его имя еще раньше, как только он выскочил к ним, удирая от идола, и это признание служило доказательством ее личности. Капитан корсаров и принцесса не были близки при дворе Зингары. Однако Конан достаточно часто видел ее на праздниках, парадах и других церемониях.
Поскольку большая часть добычи корсаров шла короне, Федруго вынужден был при случае показать свое благоволение капитану корсаров. Длинные ноги, широкие плечи и мрачные, бесстрастные черты гиганта киммерийца запечатлелись в памяти Чабелы, и Конан достаточно быстро узнал ее, несмотря на рваную одежду, растрепанные волосы и отсутствие косметики на прекрасном лице.
— Во имя всех богов, что вы здесь делаете, принцесса? — спросил он.
— Принцесса! — вскричал изумленный Сигурд. Его открытое лицо покраснело больше обычного: он уставился на полуобнаженную девушку, с которой он обращался так просто и обходился с такой фамильярностью. — Во имя бороды Имира и сверкающих глаз Балава, Ваше Высочество должны простить мой язык. Высокородная дама, а я называл ее «милая девушка»… — Он опустился на одно колено, обескуражено глядя на Конана, не сдерживающего улыбки.
— Встаньте, Мастер Сигурд, — сказала Чабела, — и забудьте об этом. Королевский этикет теперь столь же уместен, сколь и лошадь на крыше дома. Вы знаете капитана Конана, моего другого спасителя?
— Конан… Конан… — бормотал Сигурд. — Киммериец?
— Он самый, — признался Конан. — Вы слышали обо мне?
— Слышал некоторые истории на Тор… — Сигурд осекся.
— На Тортена, вы хотели сказать, — сказал Конан. — Я так и подумал, что вы похожи на Баракса. Я тоже состоял в братстве, пока там не стало слишком жарко. И вот теперь я капитан «Вестрела», корсар Зингарского двора. Подходяще?
— Подходяще, клянусь хвостом Лира и молотом Тора, — сказал Сигурд, сжимая протянутую руку. — Но мы должны принять меры, чтобы наши парни не передрались. Мои в основном зингарцы, и только мигни вцепятся в глотку любого иностранца. Я думаю нам надо постараться, чтобы старая вражда не вспыхнула снова.
— Верно, — сказал Конан. — Как ты и твои люди попали сюда?
— Мы наскочили на риф на юге острова и потерпели крушение. Мы высадились на береги вытащили большую часть имущества и приборов, но наш капитан заболел и умер. Я был его помощником, и вот уже месяц командую людьми, мы пытаемся построить плот достаточно надежный, чтобы доплыть до материка.
— Ты знаешь что-нибудь о черном храме?
— Да, конечно, мы с моими парнями однажды попали туда, но там всюду таилась беда, и мы больше там не появлялись. — Сигурд задумчиво посмотрел на запад, где алый солнечный шар только что коснулся синей линии горизонта. — Зажарь меня на медленном огне, парень, но все эти мрачные джунгли и бегающие чудовища разбудили во мне жажду. Пойдем в мой лагерь и посмотрим, не найдется ли капля вина выпить за ваше здоровье. Вина, правда, в самом деле мало, но я думаю, мы его заслужили.
9. КОРОНА КОБРЫ
Зароно рвал и метал, когда, вернувшись на корабль, узнал об исчезновении Чабелы. Матросы, стоявшие на вахте у каюты Чабелы и на корме, по приказу Зароно были протянуты под килем.
К вечеру следующего дня вся команда за исключением нескольких человек была снова отправлена на берег. Многие часы были проведены в поисках принцессы, которая была основной частью плана. Нашли несколько обрывков ее платья, но они лишь подтвердили, что она где-то здесь и не могли указать ее местонахождение.
Корсары также нашли остатки лагеря Сигурда, но от Бараканских пиратов не осталось и следа.
Перед заходом солнца Зароно, более неистовый, чем обычно, вернулся на «Петрел».
— Менкара! — заорал он.
— Да, капитан Зароно?
— Если твое волшебство и пригодно на что-нибудь, то сейчас время показать это. Покажи мне, куда уплыла эта малютка, пропади она пропадом!
Вскоре Зароно сидел в своей каюте и наблюдал, как Менкара устанавливал свой аппарат для колдовства, которое он уже делал в подвале князя Виллагро. Угли зашипели, маг запел:
— Иайе, Сотех…
Ядовитое зеленое облако дыма сгустилось и в нем показался морской пейзаж. По тихому морю плыл на всех парусах красивый легкий карак. Но ветер был слабый и паруса были едва наполнены.
— «Вестрел» Конана, очевидно, — сказал Зароно, когда картина прояснилась, — но где?
Менкара развел руками.
— Извините, но мое искусство ничего об этом не говорит. Если бы было видно солнце, я, по крайней мере, мог бы сказать вам в каком направлении они плывут. А так…
— Ты хочешь сказать, — взорвался Зароно, — что они могут быть где угодно за горизонтом, но ты не знаешь где?
— Я не великий Тот-Амон. Делаю, что могу.
— Ты можешь увидеть, на борту ли девушка?
— Нет, но я уверен, что она там, а иначе бы мы не увидели корабля. Она несомненно спит в одной из кают.
— Надо было мне попользоваться этой шлюхой, когда была возможность, — прорычал Зароно. — Но что же теперь делать?
— Я думаю, «Вестрел» может направляться к берегам Куша: но более вероятно, что они направляются обратно в Кордаву. Твой капитан Конан поспешит возвратить принцессу, в надежде на щедрое королевское вознаграждение.
— Сможем ли мы перегнать его, если пойдем на север?
— Я думаю, нет. Океан велик, и штиль, в который попал «Вестрел», захватит и нас. Они могли пойти на северо-восток, чтобы высадиться на берегу Шема и попытаться найти королевского брата Товаро. У нас нет возможности узнать. Но вы забыли нашу главную цель!
— Девушка и сокровище было нашей целью.
— Нет. Я говорю о великом Тот-Амоне. Если мы заручаемся его поддержкой, нам будет безразлично, вернется ли принцесса к королю или останется в доме своего дяди. Повелитель волшебников сможет так легко управлять ею, как кукольник дергает за веревочки марионеток. Мы возьмем курс на северо-восток к берегам Стигии. Если мы по дороге захватим корабль Конана — хорошо, если нет, то это не имеет значения.
С побережья Стигии Зароно и Менкара двинулись караваном в Центральные районы. Половина команды была оставлена на корабле для охраны, а другая половина, вооруженная до зубов, пошла за своим капитаном. Путешествие стоило Зароно круглую сумму, что весьма расстроило скупого зингарца.
Как большинство моряков, Зароно чувствовал себя беспомощным на земле. Хотя пустыня может быть единственной земной аналогией моря, она все же чужда ему. Ему не нравилось ритмичное покачивание равнодушных верблюдов, сухой воздух пустыни, высасывающий из организма всю жидкость до капли.
Но эти неудобства были неизбежны. И вот на горизонте на третий день показался оазис Хаджар. Он представлял собой темное и одиноко стоящее скопление неподвижных пальм, окружавших темный странный бассейн. Сквозь листву проглядывали контуры массивного сооружения.
Они осторожно приблизились к оазису. Менкара ехал впереди, так чтобы его одежда служителя света была видна любому наблюдателю.
Спокойствие царило над оазисом. Птицы не скакали возле бассейна и не было слышно их пения и чириканья в пальмовой листве. Часовой не окликнул их. У границы оазиса они спешились. Верблюды легли по команде, опасно качнув пассажиров.
— Присматривай за погонщиками верблюдов, — сказал Зароно боцману. — Эти собаки напуганы и могут попытаться улизнуть и оставить нас в дураках.
Зароно и Менкара обошли таинственный черный бассейн и направились к стоящему позади зданию. Зароно бассейн явно не понравился. Черный, как жидкий уголь, он ярко сверкал под лучами полуденного солнца. Нефтяные кольца медленно извивались и вращались, как живые на неподвижной поверхности. С одной стороны стоял блок красного камня, служившего алтарем. Темные ржавые пятна виднелись на вершине и стенках алтаря. Зароно с его обычными человеческими пороками, побледнел и содрогнулся при мысли о том, что могло временами появляться из черного бассейна за лежавшей на алтаре жертвой.
Они миновали опасный бассейн и приблизились к жилью Тот-Амона. Когда пальмы расступились перед ними, они увидели, что это строение было, как и алтарь, сложено из красного песчаника. Это было массивное строение, скорее дворец, чем просто дом. Поверхность и края камней были сглажены веками.