Лилла Вайлет – Совсем недетские сказки (страница 1)

Лилла Вайлет

Совсем недетские сказки

Глава 1. Студентка Л. У. Начало семестра

20 августа 20** года

– Ты уверена, что все взяла с собой? – спросила мама, глядя на меня исподлобья. Ее пальцы нервно теребили край рукава кофты.

Я вздохнула, чувствуя, как в груди сжимается знакомый узел вины и негодования. На меня опять смотрели, словно я виновна в чужом одиночестве. Тревога мамы витала в воздухе густым туманом, обволакивая каждый мой шаг, пока я молча складывала вещи в машину. Она никогда не смирится, – подумала я, с силой захлопывая багажник джипа. Солнце слепило глаза, но холодок вдоль позвоночника напоминал: даже в летний зной между нами оставалась стена из льда, которую, кажется, ничто не сможет растопить.

– Второй курс, мам. Я не ребенок, – ответила я через полуопущенное стекло, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Но ее взгляд, острый как лезвие, заставил меня отвернуться. В ушах зазвенела тишина – та самая, что всегда наступала перед очередным переездом.

Сколько себя помню, мы с мамой переезжали с места на место каждый год. Бывало и такое, что мне приходилось менять школу дважды за семестр. Вряд ли все объяснялось маминой работой. Она – обычный адвокат, а у них командировки случаются нечасто. До сих пор не понимаю, как Аманде Уолкер удалось сохранить свою должность в компании, постоянно прося перевод.

Дорога в Фогхилл растворилась в звуках барабанов и бас гитары из колонок. Я нажала на газ, словно пытаясь убежать от прошлого. Ветер свистел в приоткрытом окне, смешиваясь с музыкой, но даже это не могло заглушить навязчивый шепот: «Она боится потерять тебя. Как ты потеряла всех друзей в пятнадцать, когда снова сменила школу…»

Вот только причины ее страха мне были неизвестны, как и то, почему мы постоянно переезжали.

Фогхилл встретил меня пеленой тумана, обволакивающего холмы словно серое покрывало. Влажный воздух лип к коже, напоминая о первых днях здесь. Тогда я ненавидела это место. Постоянная влажность раздражала. Особенно зимой. Хотелось закутаться в одеяло и не высовывать нос до весны. Теперь же запах мокрой хвои и земли стал… родным? Нет, скорее, привычным, как шрам, который уже не болит.

Я выбрала этот колледж по двум причинам: факультет фотографии и возможность поступить в Калифорнийский институт искусств сразу на третий курс. Колледж Фогхилла как раз с ним сотрудничал.

– Надеюсь, хоть эта неделя пройдет спокойно, – прошептала я, въезжая на пустую парковку.

В ушах застучало: слишком тихо, слишком одиноко. Кампус выглядел пустым. По дороге к общежитию встретилось несколько студентов и преподавателей. Большинство однокурсников вернутся ближе к концу недели. Моя соседка по комнате Райли вряд ли приедет к началу семестра. Пару дней назад получила от нее сообщение в фейсбуке с фото на пляже. Ее каникулы в самом разгаре. Она была немного взбалмошной, но все же приятной девушкой.

Улыбаясь мысли о скорой встрече с Райли, не заметила, как ноги сами привели меня к нашей комнате. Заметив у двери знакомую фигуру, на мгновение застыла.

Дарен. Словно кошмар, материализовавшийся при свете дня. От одного его вида у меня мурашки побежали.

Он был моей единственной и самой большой проблемой. Оставаться наедине с этим… человеком не безопасно. С момента нашего знакомства он не давал мне прохода, следуя за мной повсюду, словно тень. Каждое утро начиналось с его приторной улыбки у входа в общежитие – слишком дружелюбной, чтобы быть искренней. Он напоминал волка, притворившегося пастушьей собакой.

– Какая удача, что мы случайно встретились по пути на лекции, – говорил он, шагая рядом, а его пальцы едва не цепляли мой рукав. Я ускоряла шаг, но он мгновенно подстраивался, взгляд его обжигал мне затылок.

На вечеринках он материализовался из пустоты, как кошмар. Вальяжно облокачивался о стену рядом, пока я настраивала камеру, и шептал:

– Ты сегодня ослепительна, Лея.

Его голос лип к коже, как смола, отчего хотелось незамедлительно отправиться в душ и смыть с себя эту грязь. Девчонки хихикали, принимая это за романтику, а у меня сводило желудок. Однажды, стоило мне отвернуться, его ладонь скользнула по моей талии – быстрее, чем вспышка фотоаппарата. Я отпрянула в страхе, ударившись о стол, но он уже отошел, подмигнув, будто это наш общий секрет.

Он знал всё. В какой аудитории у меня семинар по композиции. Где я беру кофе по средам. Какой путь выбираю в библиотеку, чтобы избежать толпы. Однажды, опоздав на лекцию из-за съемок, я нашла его у выхода – он держал в руке мой потерянный на прошлой неделе брелок.

– Думал, он тебе дорог, – сказал он, протягивая металлический миниатюрный диск с символикой любимой рок-группы с таким видом, словно дарил букет роз. Дарен смотрел на меня, не мигая, ловя каждое мое движение. Я взяла брелок, едва сдерживая дрожь в пальцах, а он провел ногтем по моей ладони – почти не заметно, но место это после горело, словно я пролила на него кипяток.

– Он так влюблен, – вздыхали одногруппницы.

Райли подталкивала меня локтем:

– Да он милашка! Сними уже его на этот свой проклятый портрет для курсовой.

Они не видели, как его зрачки расширялись при виде меня. Не замечали его хищных взглядов, каждый раз, стоило нам пересечься в столовой. Это не было ухаживанием. Он преследовал меня.

В последние пару месяцев до начала каникул Дарен пошел ва-банк и незаметно подкинул мне в сумку отслеживающее устройство. Обнаружила его случайно, когда пришлось вытряхнуть содержимое в поисках любимого бальзама для губ. Теперь ясно, почему в тот день он не отходил от меня ни на шаг: то пытался коснуться моей руки, то обнимал меня за плечо, то предлагал помочь с сумкой. Поход в полицию с, как мне казалось, неопровержимыми доказательствами невменяемости Пирса не принес результатов. Даже многочисленные сообщения и звонки от него на моем телефоне не смогли убедить полицейских принять мое заявление.

– Девушка, он вас и пальцем не тронул! Уверен, что на этой штуке даже отпечатков не найдется. Если поссорились с парнем, чего ж сразу бежать в полицию? Разбирайтесь со своими отношениями самостоятельно. Нечего в участке спектаклей устраивать! – фыркнул офицер, вертя в руках трекер, выпавший из подкладки моей сумки. Крошечное устройство сверкало на столе, как ядовитый жук. Я сжимала руки под столом, чтобы они не видели, как они трясутся.

Спектакль?! Я чувствовала себя настолько беспомощной после этих слов, что не могла нормально спать ночью. Похоже, что законы страны в этом городе не работали. Закончится ли этот кошмар когда-нибудь?

Только когда я начала задыхаться при его появлении, одногруппники поверили. Тед из группы поддержки, с которым мы состояли в фотокружке, однажды встал между нами, когда Дарен заблокировал мне выход из аудитории.

– Расслабься, чувак, – ухмыльнулся Пирс, обнимая Теда за плечи так, что костяшки пальцев побелели. – Мы просто разговариваем.

Его ноготь впился в кожу Теда, оставляя полумесяц. После этого никто больше не смел шутить про «романтику».

Апогеем стал день, когда я нашла в кармане ветровки записку. «Не носи красное – не могу сдержаться». В тот вечер я выбросила всю одежду алых оттенков, хотя знала – это не остановит его. Он уже был повсюду: в рефлекторном вздрагивании при каждом звонке, в кошмарах, где его пальцы впивались в мои плечи до боли.

Мы не виделись все лето, и я надеялась, что за это время у Дарена что-то щелкнет в голове, и он успокоится. Однако этого не случилось.

В эту самую минуту я смотрела на то, как Дарен стоит рядом с дверью в мою комнату. В женском общежитии. В пустом женском общежитии. От одной только мысли, что мы здесь одни, внутри похолодело. Как он прошел мимо коменданта? Как его пропустили?

– Привет, Лея, давно не виделись, – его голос я ощущала кожей, словно холодная змея он обвивался вокруг меня. Мое сердце забилось в бешеном ритме, пальцы вцепились в ключи так, что металл впился в ладонь. Дыши. Просто дыши.

– Что же ты не сказала, что приезжаешь? Я бы помог с вещами.

– Не стоит, – ответила я, делая шаг на ватных ногах. Заметила, что Пирс намеревается приблизиться, и вздрогнула, отчего Дарен расплылся в дружелюбной улыбке, словно говоря, что все хорошо, мне ничего не угрожает.

В этот момент зазвонил телефон. Представьте, что вы тонете, медленно погружаясь в воду, и начинаете терять всякую надежду на спасение. Но тут, неожиданно замечаете спасательный круг. Вот так я себя чувствовала, когда брала трубку. Мамин голос в трубке звучал далеким эхом, пока я запиралась в комнате, прислонившись спиной к двери. Дрожь в коленях, соленый привкус страха на языке – все это было реальнее, чем голос в трубке. Он нашел меня. Снова.

Пару дней Дарен не появлялся в поле моего зрения. Однако чувство, что за мной кто-то наблюдает, не покидало. В общем чате куратор группы выложил список дополнительных материалов, что понадобятся в этом семестре. Дожидаться, пока одногруппники начнут подтягиваться в кампус, я не могла. Поэтому собралась и поехала в Фогхилл. Сам колледж находился в часе езды от города.

Я надеялась, что поездка поможет мне развеяться. Да и пофотографировать мне не терпелось. За этим делом день пролетел незаметно. Все необходимое было куплено и уложено в багажник. Уже поворачивала ключ зажигания, когда вспомнила, что Райли просила забрать заказ из книжного. В надежде, что магазин все еще открыт, я выбежала из машины. Расстояние не настолько большое. Можно и прогуляться. В магазине продавцы сказали, что заказ будет готов только через пару дней. Разочарованно вздохнув, я направилась обратно к машине.