Лилла Сомн – Опасные игры с тенями. Том 1. Часть 6 (страница 3)

– Да. Эти ближе и возможностей навредить у них куда как побольше.

– И кому тут дела улаживать потом?

– Кому-нибудь ещё… И не нравится мне эта перспектива "кого-нибудь ещё", вот что я тебе скажу… Каков бы ни был Элдриан в частностях – он в целом неплох. Идеала не бывает. Недостатки есть у всех. Вопрос готова ли ты мириться с чьими-то конкретными. Мне как бы вообще невыгодно, если его снимут с должности. Адекватных командующих раз-два – и нету. В Гвардии это быстро понимаешь. Есть Лита, но гнус я к ней попаду, с моими-то умениями и репутацией…

– А что не так с твоей репутацией?

– Долго рассказывать… Но как-нибудь расскажу. Если тебе и правда интересно.

– Мне и правда интересно.

– Ладно… Потом… В общем… буду пока держаться Элдриана. Каким бы он ни был, с ним хотя бы комфортно. У него есть чувство меры и юмора. И он, в сущности, добр, разумен и отходчив. Это – главное…

– Так… стоит ли тебя тащить на эту Галу? Увеличивать опасность? Может, лучше табличка?

– Конечно, табличка не будет там так страдать, как я. Табличка всё стерпит. Но тащить, если верить Элдриану, стоит. Иначе всё вскроется ещё быстрее. Слухи уже пошли… А там и недолго до первых догадок и последующих проверок.

Знатный печально вздохнул и легонько пнул внутренний обод клетки.

"Надо найти что-то позитивное во всём этом."

– Хм. Значит… На Королевской Гале тебе всё же придётся присутствовать… – задумчиво произнесла Ами-Аэллисс. – И хорошо там кушать. Будет чем заняться, да?

– А там кроме этого и делать-то больше нечего… По-хорошему. – досадливо отмахнулся "его Темнейшество". – А по плохому ещё и плясать надо. Как дрессированному. Терпеть этого не могу…

– Ага, прям фу… Я тоже не могу петь, когда заставляют. Горло спазмит. Избегать этого и уворачиваться от ненужного общения во время праздников – архиважное умение и тонкое искусство.

– А, это… Всегда. Уже даже не оговаривается…

– Ну, ладно. Тогда вернёмся к покушать – это хорошая часть, за которую уже можно уцепиться.

– Вернёмся. Вспомним похлёбку. Впрочем, я и не забывал… Это то, о чём я буду тосковать тут. В изоляции от трапезных. И местные овощи…

– Требуй к своему королевскому столу…  Ой! Не-не! В смысле… Я могу сгонять!

Аэллисс быстро вскинуло конечности в защищающемся жесте. Праймец шумно выдохнул и укоризненно смерил её взглядом.

– Да… Ладно. Я так подумал… Давай уже овощи… И так сойдёт.

– Весьма великодушно с вашей стороны, Вашшство…

– Да. Я такой. Пока мы тебя ещё официально моей фрейлиной не оформили, я буду снисходителен. Но потом будь любезна предугадывать все мои пожелания. А то прогневаюсь.

– Не надо гневаться. Я уже говорила, я не со зла издеваюсь. А по причине неисправляемого естественно дурного характера и низкого уровня эмпатии, общего развития и осознанности.

– И высокого уровня эгоизма и агрессии, как следствие.

– Без этого тебе со мной скучно было бы. Если это у меня отрезать, я перестану быть мной. Будет не интересно.

– Не перестанешь. Но попробуй раз-другой сдержаться, это станет славной привычкой и сослужит тебе добрую службу. Может, и коммуникация с людьми наладится. И круг общения будет не столь узким.

– А зачем мне широкий. У меня на то ни желания, ни времени нету. Да и не смогу я долго сдерживаться. Я лопну и забрызгаю тебя кровью и кишками… И их содержимым.

– М-да. Изливаемое на меня содержимое твоего мозга пока немногим отличается.

– Уж простите… Тут полумеры не помогут, надо что-то с источником токсичности делать, а мне опять же лень-некогда-недосуг.

Ангелессо раздражённо махнул рукой.

– Так! Пробежали мимо с уроками мозгоправства… Я их на голодный желудок не воспринимаю… Да и на сытый никогда особо не воспринимал.

Полульюс вмиг оказалось на ногах.

– Намёк понят! Отправляюсь за похлёбкой.

Праймец фыркнул и слабо махнул рукой.

– Стой! Потом принесёшь. Мой организм уже вновь согласен терпеть отсутствие деликатесов… И жрать всё подряд.

Он лениво вытянул овощ из сумки и принялся лениво им хрустеть.

– Тоже мне… деликатес… Если ты про похлёбку. – фыркнула Ами.

– Про неё… Где ты такое в Прайме при дворе раздобудешь?! – с энтузиазмом отозвался высокородный. – Я был в неописуемом восторге, когда первый раз попробовал! Просто, вкусно, сытно! И почему у нас не готовят ничего подобного?

– Потому что портить годный свежак, превращая его в бесполезную равномерно неаппетитную жижу – преступление перед едой.

– Мне оно нравится.

– Значит – неполированная кантинщина – тоже часть твоей сущности. И нечего тут на меня коситься.

Родовитый желчно хмыкнул.

– Да я и не сказать, чтобы "косился". Восхищался скорее, наверное… Это и есть, как ты говорила, моя "подавленная" часть. От меня-то требовалось быть выдрессированной копией образцового высокородного шаблона, ага. Никаких вульгарных жестов и просторечных словечек. Наверное, потому я сеймомент этим всем с таким удовольствием и пользуюсь, с тех пор, как в Гвардии нахватался… Целый большой цикл, правда, ушёл на то, чтобы переучиться, не поверишь…

– И всё равно за своего не сошёл.

– Ну вот опять ты…

– Прости.

– Не надо о грустном.

– Хотела бы пообещать, что не буду, но всё равно ж буду. Ладно, справедливости ради, как урождённая просторечно говорящая, могу сказать, что у тебя отлично получается.

– Спасибо. А у тебя прекрасный праймский.

– Благодарю… вернёмся к нашим перепалкам. К привычному формату общения. А то мне неуютно.

– Без проблем. Мне тоже так привычнее… Будем держать наш узко-токсичный круг общения на прежнем качественном уровне.

– Так уютно, и это главное. Надоело пилить себя на приличное-неприличное. Утомительное это занятие. Раньше приходилось прятаться целиком. У меня сил лишних ныне на ерунду нету.

– Ты стала бесстыжей.

– Совершенно. И так легко и свободно стало. Что я готова нести потери в прочих сферах моей жизни, нежели опять жить в стеснении и ежесветном натужном подвиге.

– Точно, да… Меня отправили вроде бы в "ссылку", но мне гвардейский образ жизни куда как более по душе пришёлся. При воспоминаниях о старом тусклом существовании ныне просто вымораживает… или это после болезни просто морозит.

Юноша, поёжившись, слабо попытался завернуть своё изрядно отощавшее тело в плед. Ами-Аэллисс засуетилась.

– Всё сразу… Поесть. И поспать. Вот, что тебе надо… Общечеловеческие ценности. Принести тебе ещё один плед?

– Не. Благодарю… – поморщился он. – Просто… спину плохо прикрыл… Поспать… да…

Праймец устало вздохнул и свернулся на дне клетки в большой жалобный комок.

"Бедолага".

"Угу."

Нет. Не тянем руки.

"Совсем? Я же только плед на спину подтянуть!"

Это пожирак. Нет.

"Ладно… Мы всё равно уже укушены."