Лилия Сурина – Моя твоя дочь (страница 5)
- Папа, я Люсю у бабы Нины забыла, - тянется ко мне дочь, она даже не подозревает, что этажом ниже сейчас будет чаевничать ее мать. – Папочка, можно я пойду заберу Люсю?
- Нет малышка, у бабы Нины гости, потом сходишь. У тебя же вон сколько кукол, поиграй пока с любой другой.
Любуюсь искорками в бирюзе ее глаз, которые умоляюще смотрят на меня. В другой раз бы смирился и разрешил сбегать за куклой, но только не сегодня, пока ее мать там.
- Не хочу с другими, хочу Люсю! – дует губы дочь, пытаясь вить из меня веревки.
- Доктор сказал, что нужно спать, чтобы выздороветь быстрее. Так что ложись, и закрывай глазки, - укладываю Дарьяну, укрываю одеяльцем.
- Пап, только не уходи. Расскажи мне сказку про маму, ну пожалуйста.
И я рассказываю сказку под названием «Как мы поедем на море искать маму». Наизусть ее выучил уже. Однажды дочь задала вопрос, где ее мама и я просто брякнул первое, что пришло в голову – твоя мама очень любит море и ждет тебя там, на большой белой яхте.
Красиво солгал. Только потом дошло, что ребенок будет теперь ждать поездки в надежде найти там свою мать. Зря я надеялся, что Дарьяша забудет мой пустой треп, она будто в наказание заставляла меня перед сном рассказывать этот бред.
- А какое у мамы платье? Красивое? – мучает меня проказница, расплываясь в улыбке, отчего на румяных щечках появляются озорные ямочки, как у Даши.
- Красивое… белое, с цветами по подолу, с синими васильками, - закрываю глаза, вспоминая ее выпускной.
Именно в таком платье была на празднике моя любимая девушка. Я тогда уже работал и подарил ей дорогую воздушную ткань, Даша сама себе сшила наряд, и смотрелась в нем шикарно. Я ее увез из детского дома сразу после выпускного, прямо в этом платье, с васильками по подолу.
Воспоминания лились потоком, забыть никак не получалось. Открыл глаза и увидел, что моя крошка мирно спит, обнимая во сне тряпичную куклу. Поправил одеяло и тихо вышел из детской. Спускаясь вниз услышал, как прощается Нина Андреевна со своей гостьей, записывает ей свой телефон, и берет обещание почаще приходить в гости.
- Ну, обещать не могу, Максим будет недоволен, если стану часто приходить. Ему, наверное, неприятно меня видеть, - с грустью говорит Даша.
Хм, а мне неприятно? Не ощутил этого. Мне страшно, что она узнает мою тайну и захочет отобрать у меня дочь. Я, конечно, отдавать свою малышку не собираюсь, но и не хочу всех этих дрязг. Никто не знает, что у меня есть дочь. В интернете чисто, специальный человек следит за тем, чтобы ничего из моей личной жизни не вылезло на всеобщее обозрение. Даже Нина Андреевна не в курсе, поэтому я спокойно пропустил Дашу к ней.
Останавливаюсь на нижней ступеньке, когда бывшая жена проходит мимо, оглядывая интерьер. Она улыбается, нравится, что видит. Конечно, мой дом не сравнять с комнатой в общаге, в которой мы с ней прожили три года. Вернее с двумя комнатами, на разных этажах. Государство снабдило жильем, расщедрилось.
- Спасибо Максим, - благодарит, глядя прямо в глаза, буквально тону в ее омутах, таких похожих на Дарьяшины. Плотно сжимаю губы и киваю. – Можно я еще приду? Проведаю няню?
- Нет. У тебя есть ее телефон, созванивайтесь, пригласи ее куда-нибудь, в театр, например. А видеть в своем доме тебя, я не желаю.
- Понятно… - Даша неосознанно смотрит наверх, в сторону детской, и в глазах будто тоска, смешанная с отчаянием. Она догадалась!
- Пойдем, провожу тебя.
- Дорогу знаю.
Я все равно иду следом, успокоюсь только тогда, когда лично закрою за ней ворота. Уже взявшись за ручку калитки, Даша поворачивается и изумленно смотрит на меня.
- Джилли?!
Я только сейчас слышу повизгивание моей старушки-лабрадорши, которая гуляет в вольере неподалеку. Не успеваю ничего сказать, Дашка бежит в сторону вольера, открывает дверцу и обнимается с собакой. Та визжит от радости, мечется, пытаясь лизнуть девушку в лицо. Узнала!
- Джилли, девочка моя хорошая… я думала, тебя уже нет на этом свете, чадушко любимое, - Дашка тискает старушку, которая столько раз спасала людей, состояла на службе, пока ее не комиссовали из-за ранения. – Макс! Откуда она у тебя?
- Забрал из приюта, ее усыпить хотели, почти семь лет назад. Джилли зрение потеряла, и уже не могла работать. Списали ее. Мишка мне позвонил и рассказал, я сразу поехал, чтобы забрать.
Даша смотрит в белесые незрячие глаза лабрадорши и плачет, прижимая ее к себе. Ей все равно, что собака портит одежду грязными лапами. Искренность завораживает.
Кто знает, если бы я тогда не поехал за своей раненой лохматой напарницей, была бы у меня сейчас дочь. Ведь именно тогда, когда жена друга кормила меня ужином, по телевизору показывали передачу про суррогатное материнство. И именно тогда мне в голову пришла мысль, что могу стать отцом, заиметь ребенка от любимой женщины. Все еще любимой.
Глава 7
Дарья
- Ну что? Ну как? Сумела достать что-нибудь? – засыпала меня подруга вопросами, стоило мне только устроить пятую точку на пассажирском сидении.
- Только вот, бант, - протягиваю на ладони розовый капроновый комок, - стащила с куклы, она у няни в комнате была. Наверх не смогла пробраться, Макс лестницу загородил, и до самых ворот следом шел. И запретил мне еще прийти, сказал – встречайтесь с Ниной Андреевной на стороне, а не в его доме. В театре, например.
- Вот же… Ладно, вроде есть светлые волоски на ткани, может сгодится. Сразу и поедем в лабораторию, Томка тебе без очереди сделает тест.
Я соглашаюсь, быстрее бы уже. Пока едем, я вспоминаю свой визит. Максим не выглядит обиженным или обозленным, что уже хорошо, нам же дочь воспитывать вместе… Так, стоп! Я еще не знаю, моя ли Дарьяна дочь, а уже губу раскатала. Боже, сделай так, чтобы тест показал мое материнство. Я уже люблю эту малышку, чувствую ее сердцем. Хочу, чтобы мы стали семьей…
И Джилли. Удивительно, и ее Макс приютил, я так рада была увидеть старушку. Ей уже лет пятнадцать, в нашу бригаду собака попала совсем взрослой и дрессированной. Она была полноправным членом команды, и жаль, что пострадала на службе. Но у Нечаева ей хорошо, это видно по внешнему виду и настроению. Возле него всегда всем хорошо.
- Ничем не могу помочь, - заявляет знакомая эксперт-генетик, которой мы с Розой принесли вещь ребенка. В стерильный кабинет нас не впустили, ждем в коридоре у дверей. – На ткани нет образцов, подходящих для исследования.
- Как нет? – возмущается подруга. – Томочка, ты получше посмотри.
- Нет, здесь только искусственный волос голубого цвета и человеческий есть, но…
- Ну вот, человеческий же…
- Вот чего ты перебиваешь, - морщится генетик, сдергивая с носа очки и яростно протирая их специальной салфеткой. – Это отломыш, который не несет в себе генетической информации. Нужен волос с луковицей. А в идеале зубная щетка ребенка.
Я приуныла, съежилась на скамье. Как мне достать зубную щетку?
- Мы достанем! Раз надо, то сделаем, - Роза вошла в азарт. Мне бы ее энергию и уверенность. У меня есть идея.
- Привозите, я все сделаю, - уверяет нас Тамара, исчезая за дверью своего кабинета.
- Ну и что ты придумала? – спрашиваю Розу, когда та садится рядом на скамейку.
- Сейчас поедем и просто возьмем. Прямо скажешь бывшему, что у тебя есть подозрения, что он вор. И пусть дает образец.
- Ну нет, я не хочу портить отношения с Максом.
- Хах, портить отношения, - подруга закатывает глаза, откидываясь назад. – Что вам портить? Давно уже испортили.
- Завтра на работу, а потом я придумаю что-нибудь, - шмыгаю носом, мне хочется разрыдаться.
Я хочу в тот дом, мужчине, которого люблю и к нашей малышке. Даже если она не моя, то… то все равно моя. Но пока Нечаев сидит и охраняет больную дочь, я туда не сунусь. Мне не просто страшно, мне жутко.
Следующие сутки пролетают мгновенно, как и всегда. Мотаемся по вызовам, некогда думать и расстраиваться. Вечером набираю няню, расспрашиваю ее ненароком про обстановку в доме.
- У нас все хорошо, Слава сказал, что малышка почти здорова, еще пару дней побудет дома, а после выходных можно и в детский сад ее вести. Максим сказал, что завтра на работу поедет, дел накопилось.
Ох, вот это мне на руку. Если его не будет дома, то я смогу навестить Нину Андреевну и поближе познакомиться с девочкой. Так думала я, но не тут-то было. Охрана меня не пропустила, когда я приехала на такси. У Розы были какие-то дела, и я лишилась поддержки.
- Хозяин велел не впускать Дарью Славскую, - рапортует охранник в домофоне.
- Я к Нине Андреевне…
- Не велено. Шли бы вы, дамочка, я могу и полицию вызвать.
Ладно, я уезжаю, благо такси еще не отпустила, попросила подождать пятнадцать минут. Этого времени мне бы хватило, чтобы поговорить с няней и взять щетку. Поразмыслив, я пока решила не сближаться с девочкой, ведь она может рассказать отцу, что я снова заявилась в гости.
Я просто хотела попросить мою старенькую няню помочь мне. Заодно признаться в своих сомнениях, рассказать о возможном суррогатном материнстве, в результате которого Дарьяша появилась на свет. Возможно.
Ну ладно, я не могу войти в дом Нечаева, но Нина Андреевна же может выйти. Набираю ее номер.
- Здравствуйте, Нина Андреевна, хочу вас к себе в гости пригласить. Я сегодня приезжала, но Максим запретил меня впускать, - неожиданно жалуюсь старушке. – А мне бы поговорить с вами.