Лилия Сурина – Иллюзия защиты (страница 26)

- Нет, так не пойдет… забыла, что у нас гость? Да и ты не дала мне обещание.

- Какое обещание ты хочешь услышать от меня? – какие-то обещания, условия…

- Что выйдешь за меня. Мне не нужен один раз, я говорил уже. Я хочу семью с тобой создать, прожить всю жизнь бок о бок…

- Погоди! Так быстро, я… мне подумать надо, взвесить… ведь это решение повлияет не только на мою жизнь. И твою. Есть еще твои родные, Тимоша… Что они скажут, ведь калека такая обуза…

- Ты снова? Не калека, Ева! Инвалид – да, но не то слово! Почему ты так относишься к себе? – Тим присел на кровать и снова потянул меня к себе на колени. Прижал к себе, я обняла его.

- Какая разница, что калека, что инвалид? И не факт, что ты меня вылечишь… а такая я не хочу никому мешать. И так спасибо тебе, я хоть на время отвлеклась от своего горя, хоть знаю теперь, что чувствует женщина, когда любит. Я даже мечтать себе запретила о любви и семье, о детях… думала, буду работать на нашем конезаводе, родителям помогать. Представляла их старенькими, с палочкой, глухими и плохо видящими. Я бы помогала им… а вон, как вышло-то…

- Этих двух сплетниц… языки отрезать бы им! – прошипел Тим, но я уже не удивлялась, что он все знает обо мне. Спасибо Максику. Болтун! – Ладно! Представь себе ситуацию наоборот. Вот я – инвалид, ты врач, которая полюбила меня. Вот смогла бы ты прогнать меня, пройти мимо, потому что я инвалид? Даже, если бы не смогла вылечить?

- Нет! Как ты мог подумать, что я из-за… Ахх, ты опять со своими штучками, господин психолог? Снова нечестно поступаешь?! – воскликнула я вполголоса, и запустила руки в вихрастую шевелюру Тима.

- Зато ты поняла теперь, что чувствую я! А что до моих родных, то можешь быть спокойна, у них вся жизнь связана с инвалидами, отец оперировал их, мама выхаживала. Леська тоже собирается посвятить свою жизнь людям с ограниченными возможностями – учится на втором курсе в мединституте. А бабуля моя еще полгода назад собиралась приехать за тобой и насильно выдать за меня замуж, мы ее всей семьей уговаривали не вмешиваться! Она мне отсрочку дала, если сам не справлюсь с твоими сомнениями, то приедет и все в свои руки возьмет, – Тимоша весело рассмеялся, заразив и меня. Как представила бойкую старушку, которая тянет нас с Тимом в ЗАГС за руки! - И у нас в доме постоянно гости, бывшие пациенты моего отца, друзья… все инвалиды, между прочим. Ты подумай, конечно, только недолго, ладно? Скажем до послезавтра. А чтоб думалось легче, вот тебе пища для размышления - представь себе жизнь, в которой не будет меня. Хочешь такую жизнь? Лично я не представляю, как жить без тебя… это как без воздуха. Никак!

Вот и я не смогла представить такую жизнь, без Тимоши. Мы улеглись, но я еще долго переваривала все это. Уже и любимый засопел тихонько, прижимая меня к своей груди, а лекарство не действовало на взвинченные нервы, так хотелось стать здоровой и выйти за него замуж, детей родить. Даже представила мальчонку с такими же шоколадными глазами и вихрастой головкой. Но потом все-таки сон сморил меня.

50.

Когда открыла глаза, было уже светло. Тимоши рядом не оказалось. Я так сильно хотела в туалет, что мигом вскочила и нацепив тапки помчалась по нужде. А когда вышла, сделав свои дела, то сильно удивилась, потому что часы показывали двенадцатый час. Скоро полдень! Я никогда не спала так долго, понятно почему я одна дома. Все давно на работе. Вскипятила чайник, собираясь позавтракать, но решила заодно и пообедать. Странно, но есть хотелось, причем сильно. Я разогрела гречку с подливой, бросила в нее одну котлетку, но подумав добавила еще одну. А потом все с удовольствием съела!

После полудня пришла хозяйка. Сказала, что приберется и польет цветы, если я не против. Я не против, пусть польет, а уборку в домике я и сама успела сделать. Поговорили немного, потом Людмила ушла. Я решила, что все равно дождусь Тимошу ночью, позвоню ему, чтоб ехал сразу ко мне. Приготовлю вкусненькое что-нибудь своему мужчине, побалую его. Занялась готовкой. Запекла картофельный рулет с ветчиной и сыром, мама моя часто его готовила, вкусно очень и быстро. В холодильнике нашлась малина, Любаша насыпала целую литровую банку, и я решила сделать из нее вареники. Потом можно разогреть в микроволновке.

Управилась к четырем часам. А дальше нечем заняться. Присела на диван и включила телевизор. Мысли мои снова унеслись в родной дом. Как там мой Султанчик… хоть одним глазком бы на него взглянуть, погладить бархатистую черную мордашку, заглянуть в огромные карие глаза с поволокой… мой взгляд упал на бинокль. А почему нет? Я тихонько, издалека посмотрю на него в бинокль, никто и не заметит.

Через полчаса я высадилась из такси на развилке возле леса, метрах в трехстах от конюшен. С наколенником мой шаг был бодрее, я довольно быстро добралась до места и залезла в кусты на небольшом пригорке, залегла для наблюдения. Погода снова портилась, накрапывал мелкий противный дождь.

Я оделась тепло, куртка и джинсы, теплый свитерок, но лежать на влажной и прохладной земле было неуютно, а взять подстилку я, естественно, не догадалась. Натянула капюшон до самых глаз, вытащила из футляра бинокль и приготовилась подглядывать. Надеюсь меня не накажут, за то, что я взяла без спросу чужую вещь. И за то, что я здесь. Очень не хотелось злить Тима, но не могла удержаться от этой проделки.

Дождь стучал по листьям над моей головой, а затем влага, стекая по листьям, капала на мой нос. Я лежала неподвижно уже целый час, пялясь в бинокль. Ничего не происходило, будто вымерло все, ни одной живой души, ни во дворе дома, ни возле конюшен. Разочарованная я уже было собралась потихоньку вылезти из кустов и двигаться к развилке.

Меня пробирала дрожь, окоченела совсем, в животе будто ледяной ком холодил. Достала мобильник, чтобы вызвать такси. Так и не увидела я своего любимого Султанчика… Вздохнув, собралась убирать бинокль в футляр, как вдруг заметила движение возле загона с лошадьми. Я снова припала к окулярам. Это был банкир. Он стоял широко расставив ноги, ждал, когда дядя Митя выведет Султана из загона. Зачем ему это? Что он задумал? Я четко видела плетку в его руках.

Неожиданно дождь прекратился и сквозь рваные тучи проглянуло солнце. Я усмехнулась – да, хоть поприветствовало, вспомнило солнышко о своей работе! Коня привязали к коновязи, Сироткин стал ходить возле него, трогая его бока черенком плетки. Султан волновался, подпрыгивая каждый раз, как деревяшка касалась его. Я сжала руку в кулак от негодования. Вот тварь какой! Зачем мучить бедное животное? Банкир подошел к Султану спереди и ударил его по носу. Конь взвился на дыбы! Я так и подскочила, сдерживая желание бежать на выручку своему любимчику. Бедный мой малыш!

51.

То, что произошло дальше, заставило мое сердце сжаться от боли. Сироткин отошел немного от коня и размахнулся… мне показалось, что я слышу свистящий звук плетки. Мой бедный Султан рвал узду, бил задними ногами, вставал на дыбы получая очередной удар кнута. А я, видя такое, могла только кусать свой кулак, чтоб не закричать. Слезы текли по моим щекам и капали на кулак. Дядя Митя стоял отвернувшись, едва сдерживаясь, чтоб не броситься на обидчика моего коня. Я прекрасно видела выражение его лица, еще немного и…

Вдруг у банкира зазвонил телефон, он повесил кнут на изгородь и посмотрел в сторону дома. Я тоже перевела бинокль на дом. Во дворе стоял Тимоша, разговаривал с кем-то по телефону. Потом спрятал телефон в карман, постоял еще. Через минуту к нему подошла Люба, они говорили, глядя друг на друга. Девушка взяла Тима за руку, заглядывая ему в глаза. Меня будто под дых ударили!

Вдруг Любаша обвила моего Тимошу руками за шею и впилась в его губы! И он даже не попытался ее оттолкнуть! Я выронила бинокль из рук, опустила голову, уперлась лбом в рукав, сырой от дождя, не в силах поверить своим глазам. Вот и все… Подняла бинокль снова. Тим один стоял во дворе, вертел мобильник в руках. Посмотрела на конюшни, возле никого. Султана тоже увели.

Я положила бинокль в футляр и стала выползать из кустов, чувствуя себя выжатой, как лимон. Будто меня исстегали плетью. Звонок мобильника заставил меня подпрыгнуть на месте. Я и не заметила, как выронила его. Так и забыла бы в кустах. Тимоша! Что ж тебе надо-то?

- Да.

- Ты чего здесь делаешь? Я тебе велел дома сидеть. Мало тебе прошлого раза? – шипел в трубку любимый. Предатель.

- Нет, не мало. Зато все своими глазами увидела. Ухожу уже, не переживай, не придется тебе вытаскивать меня из очередной передряги, – я была груба с ним, и если Тима удивляет мой тон, то пусть.

- Ева, что с тобой, ты…

- Нормально со мной. Иди, у тебя дела поважнее меня есть… – я отключилась, боясь разрыдаться прямо в трубку. Выбралась на дорогу и пошла к развилке на ватных ногах. Меня колотила крупная дрожь, прямо трясло всю. Вызвала такси, как раз пока дойду, машина на месте будет. Снова звонил Тимур, я не стала отвечать. Прислал сообщение: «я скоро, поговорим.» Вот о чем говорить? Я, наверное, снова не то что он ищет. Как Дэн рассказывал.

Что-то скулило в душе, противненько так… захотелось броситься на землю, и бить ее кулаками, рвать траву… даже не знаю, что больнее – предательство любимого или переживания за Султана. Все смешалось…