Лилия Подгайская – Лучший исторический детектив [сборник] (страница 80)

— Ясно, что ничего не ясно. — Лиля достала верёвку, фонарь и стала готовиться к спуску в подземелье.

— А теперь у меня мелькнула догадка! — заявил дворецкий.

— Как интересно! Слушаю тебя внимательно, — ответила Лиля.

— Может, Мещеряков занимался незаконными делишками? Откуда этот лаз в подземелье? Может, он связан с криминальными элементами и вынужден был закрыть его, чтоб не попасться при обыске?

— Даже не смей так думать! Мой отец использовал тайные ходы по службе, а когда вышел в отставку, замуровал ход.

— Почему же он солгал своим сослуживцам из полиции, что никто к нему не приходил, хотя беглецы как раз к нему и пришли?

— Потому что он благородный человек! Он увидел, что они не преступники, а нуждающиеся в помощи. Он помог им и тебе, кстати, тоже дал возможность работать у него, ничем не рискуя. И никогда больше не говори при мне, что мой отец преступник!

Лиля очень возмутилась словами дворецкого, но долго дуться на него она не могла. Она знала, что он её надёжный друг и без него она вряд ли что сможет сделать.

Закрепив верёвку у начала подземного хода, они двинулись в путь, освещая себе дорогу фонарём. Пол и стены подземного коридора были вымощены камнем, что свидетельствовало о том, что ходы сделаны искусственно, а не являются природными катакомбами. Можно было вдвоём идти рядом и оставалось ещё пространство — такова была ширина, а высота давала возможность идти, не сгибаясь. Они уже прошли однажды по этому коридору, поэтому, когда вышли в большую круглую комнату, откуда шли ходы в разные стороны, им было всё знакомо.

— Я в прошлый раз была вон в том переходе. Дай-ка карту и компас, посмотрим, куда он ведёт.

Сверив направления, они выяснили, что один из ходов ведёт к винному погребу на Волохинской. Пойдя по другому, они вышли в комнату, где были сложены лошадиные сбруи, вожжи, сёдла. Стояли какие-то непонятные агрегаты. Дворецкий взял лошадиную утварь, помял в руках, понюхал.

— Всё абсолютно новое. Очевидно, это была подпольная мастерская. Наверное, хозяев, этого скарба арестовали, а до продукции не смогли добраться. Вот и лежит теперь, невостребованная никем.

Пойдя в новом направлении, они обнаружили печь, труба которой выходила в дымоход рядом находившегося здания.

Лиля смотрела по карте и компасу и пыталась определить, в каком направлении они находятся. Тишина и темнота подземелий, немного пугавшая вначале, теперь уже стала привычной и вовсе не враждебной. Поначалу Лиля боялась встретить кого-нибудь недружелюбного в подземных переходах, но они были абсолютно пусты. Она бесстрашно ходила по коридорам, не опасаясь неприятных неожиданностей. Где-то наверху ходили люди, ездили кареты, следили за порядком полицейские, работали лавки и магазины — вообщем, жизнь шла своим чередом, светило солнце и дул свежий ветерок. А здесь, в подземелье, словно в другом мире, было тихо, темно и безлюдно.

Они вернулись домой. После первого обследования подземных лазов они склонились над картой города. Лиля стала показывать, где они прошли.

— Мы были здесь, здесь, здесь…

Оказывается, ходы были широко разветвлёнными, охватывали все части города и, возможно, выходили за его пределы. Подземные ходы были под банками, храмами, тюрьмами, больницами… Очевидно, во времена основания Херсона их рыли в качестве фортификационных сооружений. Лиля что-то слышала о земляных работах в те годы.

— Но ведь какое количество земли было извлечено из-под земли! — сказала она и они оба засмеялись над этой неловкой фразой. — Куда же могли деть такое количество земли?

— Ты же помнишь, что вокруг крепости были земляные валы? — ответил дворецкий вопросом.

Эти валы давно потеряли свой первозданный вид. То, что от них осталось, носило вид исторического памятника и было лишь фрагментом, сохранившимся у ворот крепости. Каковы же были земляные валы в первоначальном виде, Лиля даже не представляла. То ли время, то ли злая воля масона Павла I, пришедшего к власти после Екатерины и уничтожавшего её достижения, но от прежних земляных валов почти ничего не осталось, поэтому сказать точно, что вся земля из подземелий была перевезена сюда, было невозможно. Тем более что далеко не все ходы были пройдены ими, они лишь соприкоснулись с этим загадочным подземным миром, а впереди у них было ещё много открытий.

Лиля вспоминала всё, что она знала из истории основания города, и размышляла:

— Неужели такой объём земли пошёл на создание земляных валов? А может, её сбрасывали в Днепр? Ведь потом пришлось проводить дноуглубительные работы, чтобы корабли с большой осадкой смогли входить в русло Днепра.

— Лиля! Зачем тебе эта земля? Ты не о том думаешь. Давай-ка, переключайся и ответь на вопрос: для чего нам эти подземелья? Что они нам дают? Тебя интересуют потайные ходы в банки? Ты хочешь попасть в банк?…

Она покачала головой.

— У меня достаточно денег, я не собираюсь тратить свои силы и рисковать. Но эти ходы нужны, чтобы уходить и появляться в другом месте, чтобы в безвыходной ситуации исчезать бесследно.

— Но ведь ты не хотела надолго оставаться в этом городе, — сказал дворецкий. — Или ты изменила свои планы?

— Я не выяснила ничего о своих настоящих родителях. Мне надо знать, куда они двинулись из Херсона. Теперь, зная о ходах, я начинаю понимать, как они могли спрятаться от полиции. Но до конца, по-настоящему, я ещё не раскрыла их тайну. Вдруг они живы и скрываются в крестьянском рубище? Кстати, дворецкий, ты мне никогда не рассказывал о семье моих родителей, о том доме, где они жили и где ты служил. Кто-то там ещё есть из моих родственников?

— А ты не спрашивала. Так зачем я буду тебе лезть в душу с рассказом о людях, которых ты никогда не видела, не знала и вряд ли когда-нибудь узнаешь.

— Это ты зря. Не бери на себя так много и не решай за меня, что я их не увижу. Я как раз собираюсь туда поехать, посмотреть своё наследство, увидеть родственников. Так что ты должен мне рассказать о семье и дать адрес, где находится мой дом.

— Когда ты собираешься ехать? Скоро? — поинтересовался дворецкий.

— Ещё надо кое-какие дела завершить здесь, — ответила Лиля задумчиво.

Лиля с Наташей, собираясь на бал в Дворянское собрание, пересмотрели все шкатулки Лили с драгоценностями. Вернее, Лиля выбирала украшения, а Наташа с готовностью примеряла их. Ей нравилось всё, но Лиля придирчиво смотрела на девушку и откладывала одно украшение за другим. Что лучше: колье или ожерелье? Дать ли диадему девчонке или не стоит? Какие кольца и браслеты лучше смотрятся на юном создании?

Ещё вчера Лиля в своей комнате, глядя на одиноко горящий свет фонаря под окном, думала а, может, ну его всё?… Зачем ей добиваться чего-то несбыточного, если всё так хорошо, балы, приёмы, есть где показать свои драгоценности, есть с кем выпить бокал шампанского, есть, в конце концов, этот замечательный дом и её уютная спаленка. Зачем тогда всё остальное?… Неужели в её жизни не хватает чего-то такого, что нужно делать то, что она задумала? А ведь жизнь и так неплоха, скоро бал, где она будет блистать во всей своей красе, а потом будут ещё балы… Это же так прекрасно, чего же ей ещё в жизни надо! Она уже готова была дать себе ответ на этот вопрос, перечёркивающий все её намерения, но откуда-то из белёсой дымки тумана стали проступать силуэты её молодых, рано ушедших родителей. Она не помнила их, поэтому не могла рассмотреть их лиц и чувствовала только их образы, и они придали ей сил и решимости. Она сжала кулаки и сказала себе: «Я не отступлюсь! Во имя памяти моих родителей я должна пройти этот путь».

И вот сегодня она готовит Наташу к балу. Они уже не раз выходили в общество вместе, девушка была представлена как племянница Лили. На Наташу обратили внимание очень многие влиятельные мужчины. Кое-кто даже посылал ей цветы и подарки. А уж от приглашений на танец отбою не было. Наташа действительно была хороша собою: красива, стройна, имела аристократические манеры, могла поддержать светскую беседу. Юное создание привлекало внимание мужчин совершенно разных возрастов и, надо сказать откровенно, не последнюю роль тут играло «родство» с Лилей. Слишком много внимания было привлечено к её особе; слишком много шуму наделала её благотворительность и приближённость к губернатору — и при этом полная недоступность и закрытость для окружающих. Лиля с удовольствием посещала с «кузеном» балы и другие светские мероприятия, охотно танцевала с кавалерами, но каждый из них при этом ощущал некую незримую дистанцию между ними, выстроенную Лилей. А им так хотелось проникнуть в её прошлое, в её душу, а, возможно, и завладеть ею! Но ничего не выходило, она не открывалась ни перед кем, хотя была так притягательно близка и так заманчиво улыбалась всем. А вот её очаровательная юная племянница не строила дистанций, она была завлекающе откровенна и неопытна. Это и привлекало ловеласов всех мастей и возрастов. Но заговорщикам нужны были не все, а конкретные люди. Наводя последние штрихи в образе Наташи, Лиля шепотом сказала ей:

— Нам нужен Головко. Не подведи!

Лиля в тот же вечер убедилась, что была права, поручив эту миссию Наташе.

В разгар бала в Дворянском собрании Лиля с «кузеном» пошли искать Наташу. Они заглядывали во все укромные уголки и тёмные комнаты.