Лилия Печеницына – Квантовая многомерность Атлантиды, или Мост через вечность (страница 10)
Так, она может творить любые повороты действительности?.. Да, испытания неизбежны, но подсказки-то всегда под рукой! Погрузиться в собственный центр, в Пустоту, и оттуда посмотреть на происходящее? — легче легкого. Достаточно молвить «я существую» и заметить, как погружаешься в тишину.
Тельм… Если представить, что сегодня — первый день на земле и он не окрашен предвзятостью, то встреча с принцем становится вечной историей настоящей Любви. Адзуми почувствовала, как в ней загорелось жгучее желание поскорей увидеть Тельма и смело посмотреть ему в глаза… И пусть весь мир застынет в восхищении!.. Сердцу-то не прикажешь…
Полились теплые воспоминания…
День всех влюбленных — Адзуми получила свою первую «валентинку», догадываясь от кого она. На открытке-«валентинке» красовалось пожелание: «Пусть будет все возможно, даже то, во что верится сложно». Пожелание было не лично Адзуми, поскольку «валентинки» разносились служащими и вынимались из коробки случайным образом, но оказалось удачным, словно именно ей надлежало его получить… Тельм с утра подошел к Адзуми и показал ей видео, как он протянул кошке свою руку, а она в ответ лапкой ударила по его ладошке. Адзуми рассмеялась…
Начало нового года. Обмен календарями — Тельм подарил Адзуми тот, что получил в дар от кого-то, а Адзуми Тельму преподнесла свой… Как он при этом на нее смотрел! — словно она — смысл всей его жизни.
В один из дней приехал из командировки под вечер и заявился на работу. Сразу приблизился к Адзуми, здороваясь. Улыбнулся приветливо: «Я по вам соскучился!». Адзуми не удержалась, почувствовав желание его поддержать, ободрить: «О, как приятно!». Тельм рассмеялся от радости…
А как-то принц показал ей бутербродики с черной икрой и маслинами, которые приготовил его отец, правитель Атлантиды. Они так аппетитно смотрелись, что у Адзуми невольно сорвалось с губ: «Я бы от таких не отказалась!». Принц рассмеялся…
Однажды в непогоду увидел ее в таких сапожищах… Можно было сквозь землю провалиться от стыда… Но принц, заметив «галоши», учтиво улыбнулся, не позволив себе насмешки…
А их первая встреча! Адзуми узнала в нем родственную душу, но не по глазам — по обуви. Ей всегда казалось, что только у нее «Золушкины» туфли — стоптаны до дыр. Оказывается, не только. Увидев Тельма, внутренне улыбнулась: «Принц из трущоб, временно потерявший состояние! Королевская стать и туфли нищего. Есть дома и замки, но нет денег на туфли». Безусловно, деньги есть! Ясно, что просто не зацикливается на мелочах, предпочитая держать фокус на существенном. Сразу как-то легче и веселее стало на душе…
Был момент, когда Тельм поделился с Адзуми своим страхом — боится случайно сбить прохожих, когда мчится по городу на своей летающей машине, а затем паркуется. Адзуми тут же написала и передала ему стих в поддержку.
А как-то Тельм показал Адзуми свои стихи… Она прочитала и содрогнулась (грубо построены, бесталанно, без позитивных мотивов и нацеленности — в них чувствовалась критика происходящего): «Тройка с минусом». Ее категоричный тон заставил Тельма безжизненно плюхнуться в кресло: «Ну, почему, Адзуми?!..». Что тут сказать? По всему! Ни рифмы, ни смысла, ни утонченности — сплошная бытовуха и примитив. Не хватило эстетической подоплеки. Адзуми остро ощутила, что не удовлетворена ее потребность в красоте при взгляде на поэтические строки. Тем не менее, она поспешила утешить принца: «Главное — ваша активная жизненная позиция, выраженная в стихах». Принц грустно улыбнулся, выражая сожаление: «Только один плюс, все остальное — минусы?». Адзуми молча отошла… Через час Тельм подошел к Адзуми и показал ей замок с красивыми видами, в котором отдыхал в выходные. Адзуми улыбнулась: «Я думала, вы, вообще, мне больше ничего не покажете». Тельм просиял: «Я спокойно к критике отношусь». Адзуми восхитилась ответом принца и протянула ему свой сейм, показывая картину с васильками, которую написала недавно: «Раз, вы такой милый…». Принц залюбовался: «Красота!»… Адзуми поблагодарила и призналась: «Вообще-то, я не была справедлива в полной мере по отношению к вам, потому что вы всегда меня поддерживаете, ободряете. Я очень это ценю. Очень…».
На один из праздников подарил конфеты с подтекстом (пикантное название красовалось на коробочке), которые рождали фантазий больше, чем вкусовых ощущений…
Еще одна милая сцена. Тельм бодро вошел в комнату: «Утро понедельника. Что может быть прекраснее?». Адзуми хмуро ответила: «У меня по понедельникам такое чувство, что после сказочного бала в выходные моя карета превратилась в тыкву, эффектное, роскошное платье стало лохмотьями, и я растеряла все свои украшения, вернувшись в тесную каморку, в которой мало воздуха и света. Правда, душу согревают воспоминания о чарующей музыке, не дающей окончательно потерять надежду». Тельм многозначительно произнес: «Даже, когда все плохо, все хорошо… Часто бывает: думал, черная полоса — оказалось, она была белой». Адзуми благодарно улыбнулась: «Так вы измениете наш взгляд на реальность: каждое утро — доброе, понедельники — прекрасные». Тельм утвердительно кивнул: «Сегодня аппарат выдал мне кофе — полстакана. Но это же прекрасно: не обычно! Этот день отличается от других».
Или другая, подсвеченная нежностью, сцена. Принц приболел. Сильно раскашлялся на работе, никак не мог остановить приступ кашля. Адзуми поспешила на помощь — протянула ему флакон со спиртом, марлю и велела: «Сделайте несколько вдохов». Тельм пропитал марлю спиртом и слегка повел носом… Адзуми рассмеялась: «Простите, не показала, как правильно дышать. Вы дышали, словно вдыхали аромат булочки с корицей — с наслаждением. Или кофе с кардамоном, боясь обжечься. Надо было с вами порепетировать…». Тельм тоже рассмеялся, кашель отступил.
Как-то прислал на рабочую почту Адзуми свою презентацию, касающуюся рабочих моментов. Адзуми не могла не поддержать: «Лично я поставила вам оценку — самую высокую». Тельм отнесся к сказанному серьезно: «Спасибо, для меня это очень важно». Адзуми улыбнулась: «Я вывод уже сделала — вы настоящий атлант».
Во взгляде принца мелькнуло сомнение: «Нет еще». Адзуми не удержалась от шутливого замечания: «Судя по ширине ваших плеч…».
А иногда принц здоровался и прощался с Адзуми дважды в день, словно особо радовался встрече и сожалел о расставании.
Перечеркнуть?..
Продолжать искать различие ценностей? — семья, творчество, деньги, духовность… У Тельма сугубо материальные интересы и фокусировка. Недавно купил в банке один грамм золота и затем показал Адзуми, как сыграл его вклад в драгоценные металлы… Адзуми сразу подумала: «Личный кабинет художественной школы — вот мой вклад в золото… Чувствую себя сказочно богатой…». Интересно, эта разница во взглядах их разделяет или сближает?..
Отказываться видеть, насколько принц усидчивый, инициативный, предприимчивый, добросовестный, внимательный, целеустремленный, любящий, глубокомысленный?..
Но, с другой стороны, не забыть его вскользь брошенную фразу: «Умный человек не тот, кто кричит, а тот, кто умеет слушать, думать и молчать»… И ряд других, таких же мудрых…
А, может, Тельм — это подарок от Бога, ведь ранее посеяны соответствующие «семена» заботой о самом сильном кармическом партнере — о маме.
Ну, точно же, как ни крути, это Бог привел Тельма к Адзуми — прямо под нос! Держи!.. Любуйся!.. Наслаждайся!.. Смотри какой!.. «Лучший экземпляр!», — сказали бы циничные наблюдатели. И были бы правы!
Подумалось: «Безусловно, надо быть честной, искренней. Однако, когда бегаю от принца, это честно? Где тут искренность? Страх навредить активен, а не любовь и смелость. Хватит грустить и страдать! Надо благодарить за Тельма!!! Доверять Богу!!! Принц сам сделал выбор… Пожалуй, у меня задача немного проще, чем у Кейт — мне не надо прыгать с Бруклинского моста для того, чтобы быть с Тельмом, но ощущения и решимость, а также риск идентичны нацеленности для прыжка в пропасть…». Старое доброе кино, где героине пришлось падать с Бруклинского моста ради встречи с любимым показалось сопоставимым со сценой из жизни.
Глубина осознания
Снова урок хореографии у Луксора. И снова пристальное внимание со стороны педагога. Замечание за замечанием. Если бы Адзуми подсчитывала, сколько раз на уроке прозвучало ее имя, она бы уже сбилась со счета! Даже немного неловко: что подумают другие ученицы? Впрочем, неловкость улетучилась мгновенно: какая разница!..
Адзуми отметила: есть еще человек, который в нее верит! Помимо Тельма. Между прочим, не женатый, ни с кем не помолвленный. Но что-то в облике Луксора Адзуми отталкивало: от него веяло глубинным равнодушием, хотя внешние проявления говорили об обратном. Может, Адзуми ошибается на его счет?.. Впрочем, не это ее заботило, а то, как совершить прорыв в танцах. Сколько лет тренировок, а заметного прогресса нет. Малозначительные изменения, на которые не стоит обращать внимания… Адзуми вдруг отчетливо почувствовала: необходимо подключение к Высшему, без такого подключения топтание на одном месте неизбежно, будешь продолжать играть роль аутсайдера.