Лилия Орланд – Ловушка для мары (страница 43)

Попробовала воду ногой. Холодная. И уловила мысленный образ, посланный волком: Арден – человек.

– Так ты до сих пор не можешь сам менять ипостась? – в груди кольнуло острое чувство вины. Это всё из-за меня. Тут же быстро пробормотала: – Приказываю, стань человеком!

Черты хищника начали расплываться, вытягиваться вверх. Я отвернулась, вспомнив, что Арден появится без одежды. Внезапно нахлынувшее смущение заставило меня осознать, что мы здесь совершенно одни.

За спиной раздался всплеск воды. Хрипловатый, чуть насмешливый голос сказал:

– Все, можешь поворачиваться.

Я послушалась с удивившей меня поспешностью. Словно сама хотела скорее увидеть его. Впрочем, так и было. Мысль, что Арден пришёл ко мне, пришёл за мной, заставляла часто-часто биться моё глупое сердце.

Он в несколько гребков добрался до водопада, оперся о камень и теперь смотрел на меня. Вода покрыла его лицо и плечи мелкими брызгами.

Арден был потрясающе хорош. Меня так и тянуло коснуться его влажной блестящей кожи.

Я быстро отвела взгляд, поняв, о чём именно думаю.

Казалось, оборотень тоже это понимает. Но он молчал. И это окончательно сбивало с толку.

Чтобы заполнить напряженную паузу, я спросила:

– Всё уже закончилось?

Вопрос звучал глупо.

Я и сама понимала, что если бы не закончилось, то вряд ли в Цитадели было бы так тихо. Но оборотень не захотел вести меня к водопаду обычным путём, а воспользовался подпространством. Это уже говорило о многом.

Скольких мы потеряли? Кто остался жив в этой ужасной бойне? А портал закрыли или он сам закрылся, когда Эльтея исчезла? И вообще, была ли это она или кто-то другой под плащом?

Я хотела спросить обо всем – и не смогла.

– Закончилось, – подтвердил Арден, отвечая сразу на все вопросы, и тихо добавил: – Иди ко мне.

Это совершенно неожиданное и вместе с тем очень желанное предложение застало меня врасплох.

Я посмотрела на Ардена, поймала его взгляд, ставший каким-то… жадным, и непроизвольно облизала губы. Сердце заколотилось ещё быстрее, хотя, казалось, это уже невозможно.

Наверное, нужно было трансформировать надетую на меня больничную рубашку в купальник, но я не смогла. То ли недостаточно восстановилась, то ли просто в голове царил кавардак. Очень сложно было сосредоточиться и призвать источник. Поэтому решила оставить все, как есть.

Подобрала подол и, завороженная темным взглядом, сделала шаг вперед. Прямо в воду.

Ледяные объятия сомкнулись вокруг меня. Обожгли.

Но я их не ощутила.

Я вообще ничего не ощущала, кроме зовущего взгляда мужчины.

В нем было всё. Все невысказанные чувства и мука, которую он не смел облечь в слова. Все разделяющие нас преграды. Вся наша боль.

Меня колотило от холода, а я этого не замечала. Потому что в голове вспыхивали фрагменты нашей последней встречи.

Саартог. Душевые. Мокрая лавка. Горячее тело. Жаркий шепот и лихорадочные поцелуи, клеймящие каждый сантиметр моей кожи. Жадные руки, ласкающие меня. Тихий, призывный стон…

Тогда я едва не отдалась ему.

Если бы Арден не остановился…

Но я не хотела, чтобы он останавливался. И сейчас не хочу!

Он выдернул из воды мое дрожащее тело. Поднял так, что я машинально оплела его руками и ногами. Прижал к себе, всмотрелся в глаза.

На краткий миг я перестала дышать. И сама подалась вперед, впечатывая свой рот в его губы.

Все было простым и естественным. Но в то же время сложным, как всякая жизнь.

Страсть, дремавшая в нас все это время, вспыхнула ярким факелом.

Я не заметила, как оказалась голой. Рубашка, облепившая меня, исчезла. Одеждой мне стало горячее тело Ардена, украшениями – его поцелуи.

Вода вокруг нас нагрелась, от нее пошел пар, окутывая нас плотным коконом. Не прекращая целоваться как одержимые, мы забрались на камни – и они вдруг покрылись травой. Мягкой, зеленой, немного влажной. Она приятно щекотала обнаженную кожу. И я уже не сопротивлялась, когда Арден осторожно опрокинул меня на нее.

Кажется, источник чувствовал мои желания и тут же их исполнял. Без участия разума. Подчиняясь только инстинкту. Потому что в тот момент я не думала ни о чем, кроме жадных мужских губ и рук, дарящих мне наслаждение.

Потолок пещеры был высоко…

Его заслонило лицо Ардена. Напряженное, с вздувшейся на виске жилой.

Оборотень смотрел мне в самую душу. Пытливо и в то же время покорно ожидая моего решения.

Но я уже давно все решила.

Пусть мы никогда не сможем быть вместе…

Пусть у него другая, и традиции оборотней не разрешают вступать в связь с людьми…

Пусть судьба мары – стать женой мага, чтобы родить одаренных детей…

Свой первый раз я отдам Ардену.

Тому, кого ненавижу и люблю с одинаковым пылом. Кого считаю виновником всех своих бед и спасителем.

Тому, кто завладел моим сердцем.

Ему отдам свое тело.

А там… будь что будет.

***

…Боли не было. Хотя я напряглась в ее ожидании. Жар, исходящий от Ардена, передался и мне. Нас окутало теплой волной, которая поднималась все выше и выше.

Потолок пещеры замерцал мелкими звездочками. Или это в глазах замерцало. А я превратилась в сплошной оголенный нерв.

Поцелуи, касания, хриплые стоны – всё это стало одним на двоих.

И даже когда волна схлынула, лишив нас тепла, Арден продолжил меня обнимать. Он так сильно прижимал к себе, словно боялся, что я исчезну.

Но я не хотела никуда исчезать. Наоборот, рисовала пальцем узоры у него на груди и мечтала, чтобы это мгновение длилось подольше…

Мы так и уснули на той траве, не разжимая объятий. В шаге от водопада. А когда я проснулась, то обнаружила, что нахожусь в лазарете. И да, на мне все та же рубашка.

В первый миг я решила, что мне все приснилось. Тем более, кроме переполняющей меня силы, я не чувствовала никаких изменений.

Но стоило шевельнуться, и за лопатку будто укусило что-то. Потом поползло, прокладывая путь под кожей через плечо на ключицу.

– Да что ж за напасть! – зашипела я, лихорадочно срывая завязки и оголяя плечо.

То, что увидела, ввело меня в ступор.

Под кожей вился ураган из тонких и юрких алых нитей. Они сплетались и расплетались, пытаясь создать рисунок размером с пятирублевую монету. И при этом постепенно перемещались на грудь.

Достигнув места над сердцем, остановились. Переплелись в последний раз, побелели и замерли, выступив на поверхности кожи тонкими шрамами. Будто кто-то их нацарапал иглой.

Я, забыв, что надо дышать, изумленно уставилась на волчью голову, которая теперь украшала мою левую грудь. В голове царил полный хаос.

В такой позе меня и застала новая целительница. В отличие от Невены она была дриадой.

– Значит, он все же принял свою судьбу, – улыбнулась она.