Лилия Орланд – Ловушка для мары (страница 28)

– Инна! Ты где была? Мы тебя уже часа три ждём! – меня оглушило хором возбужденных и взволнованных голосов.

Девчонки мгновенно повскакивали с кровати и окружили меня.

Я шмыгнула носом, до того была рада их видеть. Но холодок с души никуда не делся. Кто услышал мой крик и спас? Может, Эльдара?

– А я вас искала, – призналась со смущённым смешком, – и заблудилась. Это ты мне портал открыла?

Я в ожидании посмотрела на сильфу. Но та лишь пожала плечами:

– Нет, я ничего не делала. Может тебя кто-то из дежурных магов услышал.

– Может и так, – пробормотала я, вспомнив того воздушника, который перенес меня к Эльтее. Кстати! – А я встречалась с вашей принцессой!

Эта новость вызвала шок. На меня тут же посыпался град вопросов. Пришлось пересказывать всю беседу и то ли просьбу, то ли приказ Эльтеи.

– Что? В Совет? Тебя? Она так и сказала?

Онемев, подруги переглянулись.

Ну ещё бы! Только появилась в Цитадели и сразу – в Совет. А они тут уже вон сколько времени обитают и выполняют лишь мелкие поручения.

Я ожидала вспышки зависти и неприязни. В Академии через это уже проходила. Даже на всякий случай отступила к стене, чтобы прикрыть спину.

Но девчонки удивили.

– Инна! Это же здорово! Теперь у нас есть мара Света! – ифрисса первой бросилась меня обнимать.

Лишь на мгновение позже к ней присоединились и остальные. А ещё спустя пару секунд мы, схватившись за руки, прыгали по келье и визжали от радости.

Точнее, от радости визжали они. А я так, за компанию.

– Это обязательно надо отметить! – заявила Идиррэ, поднимая указательный палец вверх. – Тем более скоро ужин.

Мы единодушно её поддержали

***

Столовая в Цитадели оказалась точь-в-точь такой же, как в Академии. Разве что выбор блюд предлагался скромнее, да не было черных вуалей и опостылевших энненов на девушках за столами.

И самих девушек было мало.

Похоже, Эльтея собрала под своим руководством больше мужчин, чем женщин. Но это понятно – трудно за один миг разрушить многовековые устои. Лейвы в Академии совсем не считали, что маги Арбадона нарушают их права.

Впрочем, кормили в Цитадели вкусно, сытно, что я тут же и выяснила. А за мой карьерный рост новоявленные подруги подняли глиняные кружки с морсом.

После ужина все разошлись по своим кельям. Девчонки предлагали ещё посидеть, но я уже засыпала на ходу. Экскурсия по подземелью, странные фрески и гигантские пауки забрали мои последние силы.

Все, чего я хотела – это добраться до кровати, рухнуть на нее и уснуть.

Но как раз с последним вышла неувязочка.

Оказавшись в комнате, я столкнулась с новой проблемой. Ее звали “полное отсутствие комфорта”.

Голые стены, сиротливо лежащий тюфяк…

Только сейчас до меня дошло, что подруги предлагали помощь в налаживании быта. А теперь придётся справляться самой.

– Инна, когда ты научишься думать прежде, чем делать? – вздохнула и услышала, как от стен отразилось недовольное эхо.

Делать нечего. Придется колдовать

Я сложила руки в позицию первой арны.

Конечно, лучше бы мне помог кто-то более опытный. Но тут уж придется справляться самой. Или спать на тонком тюфяке, сквозь который торчат соломинки.

Этого хотелось меньше всего.

Значит, первым делом намагичу себе нормальную кровать.

Я зажмурилась и старательно воспроизвела в памяти рекламу мебельного салона, которая постоянно висела у нас в лифте. Там было что-то монументальное, с резной решеткой в изголовье и толстым матрасом, который принимает форму тела.

Но в голову упорно лезла раскладушка, на которой я спала, когда проводила лето на даче.

Раскладушка была старой, скрипучей, совсем неудобной. Зато каждое утро я просыпалась на ней с неизменной улыбкой и ощущением счастья. Эти дачные месяцы дарили столько положительных эмоций, что их хватало на всю зиму. Достаточно было лишь вспомнить о таком пробуждении.

Так что когда я открыла глаза, передо мной стояла та самая раскладушка.

– Не может быть! – рассмеявшись, подошла к ней ближе.

Действительно, это она. И даже одеяло то самое – лоскутное, сшитое руками бабушки.

Я села на краешек. Раскладушка привычно скрипнула и прогнулась под моим весом.

Улыбка сменилась тоской – как там мои родные?

Они ведь переживают из-за моей пропажи. У бабушки – больное сердце. А родители наверняка подняли все службы поиска и спасения. Только меня никто не найдет…

Я свернулась калачиком на пахнущей детством раскладушке и тихонько заплакала.

Конечно, в Цитадели лучше, чем в Академии, но это все тот же чужой мир. Какая разница, изменится он или нет с моей помощью, если свой родной я потеряла?

Я так и заснула в слезах, забыв даже раздеться. Меня снова звали во сне разные голоса, а потом привиделся черный волк с седой полосой на загривке. Он лежал на охапке соломы, брошенной на каменный пол, опустив морду на лапы. А его взгляд неотступно смотрел на меня. Такой тоскливый взгляд, что у меня во сне сердце сжалось.

Впрочем, проснулась я относительно бодрой. Открыв глаза, уставилась в потолок и несколько минут пыталась понять, почему наша маленькая дача так сильно изменилась.

Потом сообразила, что это не дача. И обреченно вздохнула: не хочу вставать!

Со стороны входной двери послышался шорох.

Я оглянулась и удивленно села.

Вместо двери в проеме сияла прозрачная радужная пленка. А за ней стояла знакомая фигура в плаще.

– Извини, если разбудила. Можно войти?

Интересно, а принцесса хоть когда-нибудь снимает капюшон?

– Заходите, – кивнула я, вставая с раскладушки.

Та расстроенно скрипнула, нехотя отпуская меня.

Чуть подумав, я стянула за собой одеяло. Завернулась в него и вдохнула родной запах.

Эльтея прошла сквозь пленку, и та вновь превратилась в потемневшие от времени двери. Принцесса покрутила головой, явно оценивая “интерьер” моих покоев. Поискала, где можно сесть, и не найдя подходящего предмета мебели, осталась стоять.

– Почему ты создала только это странное ложе? – недоуменно спросила она.

Я пожала плечами:

– Просто устала вчера.

Не жаловаться ведь на свою криворукость.

– Я могу помочь, если хочешь.

– Нет, спасибо, – немного ревниво я прижала одеяло к груди. – Сама справлюсь.

Сделаю тут все, как было на даче. Или как в моей комнате в городской квартире. Чтобы хоть так почувствовать себя дома.