Лилия Орланд – Батарейка для мага (страница 33)

О чём это я вообще? Какая мне разница, скольких лейв переловил этот мохнатый гад? Вот именно – никакой разницы! Мне всё равно. Тут и расстраиваться не из-за чего!

Успокоенная этими рассуждениями, я захлопнула за собой дверь аудитории.

Статуэтка на полке над столом тара Дрохевайна опасно закачалась. Я застыла, затаив дыхание. Но, к счастью, обошлось.

– Что вы замерли в дверях, лейва Инна? – негромкий голос тара вывел меня из ступора. – Проходите уже.

Я выдохнула и зашла. Опустилась на своё место.

– Сегодня, лейвы, мы с вами разберём допустимое и недопустимое поведение в присутствии членов королевской фамилии, – начал тар Дрохевайн, окинув нас многозначительным взглядом.

– А что, кто-то из них приедет к нам?

На этот раз преподавателя перебила не я. Меня такая ерунда, как короли, принцы и прочие глупости, не интересовала.

– Вот так, лейва Мидаана, вести себя ни в коем случае нельзя, – с осуждением заметил тар Дрохевайн.

Ифрисса, сидящая через парту от меня, опустила голову, явно признавая свою вину. Хотя с таким огромным энненом это сложно было сделать и не потерять равновесия.

Остальные лейвы тут же повернулись в ее сторону.

Браслеты Мидааны покраснели, нагреваясь. На пару секунд я ощутила исходящее от нее тепло. А потом оно резко исчезло. Только Мидаана теперь дышала тяжело, будто пробежала пять кругов вокруг башни.

Ну что ж, зато теперь я знаю, как выглядит со стороны вспышка магии, ограниченная браслетами.

М-да, жалкое зрелище. И я уже несколько раз показала себя такой же жалкой размазнёй. Ещё и при оборотне. Позорище.

Захотелось вуаль погуще и стереть себе память.

– Открывайте тетради, пишите… – как ни в чём не бывало продолжил тар Дрохевайн. – К королю, королеве, наследнику престола и младшим членам королевской фамилии надлежит обращаться только на “вы” и только после того, как вам позволено заговорить. После окончания аудиенции отходить следует, пятясь к дверям, ни в коем случае не поворачиваться задом к монаршему лицу!

Я хотела нарисовать этот самый зад и перечеркнуть его крест-накрест, но тар Дрохевайн, будто почуяв моё намерение, двинулся вдоль рядов. Он не то что бы читал наши конспекты, но заглядывал. И я решила не рисковать. Не хотелось получить взыскание ещё и от интеллигентного Дрохевайна, единственного, кто не смотрел на нас свысока.

– Как вы думаете, лейвы, почему это запрещено?

Я вскинула руку – это было элементарно.

– Говорите, лейва Инна.

– Это знак неуважения.

– Совершенно верно, лейва, – тар улыбнулся мне.

Такими темпами скоро стану его любимицей.

Но этикет мне и вправду нравился. Многие моменты были интуитивно понятны. Я уже самоуверенно решила, что даже если стану женой какого-нибудь высокопоставленного мага, сильно позорить его не буду. Разве что перепутаю ножи для масла и для мяса. Я их никогда не различала.

Тар Дрохевайн своим приятным негромким голосом продолжил рассказывать, как себя вести при королевской семье. Тут не было ничего сложного: стой в уголке, молчи в тряпочку и жди, когда на тебя обратят высочайшее внимание. А если обратят, то всё равно молчи, а ещё смиренно улыбайся и не поднимай взгляд от пола.

В лицо королям смотреть нельзя точно так же, как и поворачиваться к ним спиной. Будто это не правитель, а маньяк или наркоман.

Меня бабушка такими же словами учила, как вести себя на улице в поздний час. Если тебя преследует незнакомец, ни в коем случае не поворачивайся к нему спиной, если не убегаешь, конечно.

Глава 20

На ужин я шла задумчивая. Тоска по родным не уменьшалась, прорываясь всплесками мучительной хандры. Мне было сложно смириться с тем, что я больше никогда не увижу бабушку. Не услышу её мягкого голоса, которым она читала наставления или выговаривала за плохие оценки.

Я вздохнула. Вот ведь напакостил мне этот оборотень.

Носа коснулся знакомый запах. Необычный, но приятный. Похожий на аромат леса после дождя…

Наверное, мне стоило раньше поднять голову, а не пялиться задумчиво на серые плиты. Потому что я встретилась взглядом с оборотнем ровно за секунду до того, как врезалась ему в грудь.

Сильные руки подхватили меня, не позволяя упасть. И показалось, что даже чуть задержали в своём кольце, прежде чем выпустить и слегка отстранить.

Я, оглушённая его запахом и прикосновением, заторможенно смотрела на Ардена.

– Лейва Инна, будьте внимательнее, – с досадой произнес оборотень.

Он даже успел сделать шаг от меня. Но только один.

Потому что моя эмоциональная нестабильность, помноженная на постоянное раздражение и тоску, вдруг вылилась наружу. Прямо на ничего не подозревающего Ардена.

– Сам будь внимательнее! – громко буркнула я. – Занял весь проход, а другие топчитесь вокруг него!

То, что я переборщила, стало понятно сразу, как только произнесла последнее слово. Мы сейчас не в лесу, где наши отношения были весьма свободными. Там мне позволялось высказывать своё мнение и даже пытаться сбежать.

Но сейчас мы оба были скованы правилами Академии. Он для меня теперь – тар Лунара, а я – лейва, которую он обучает. Свободное общение между нами в стенах Саартога недопустимо.

И я совершила почти преступление. По местным меркам.

Лицо оборотня побледнело. А глаза, наоборот, потемнели, как небо перед грозой.

Я тихо ойкнула и оглянулась по сторонам в поисках путей отступления. Хорошо бы сейчас смешаться с толпой, спешащей в столовую. Но лейвы, словно почувствовав концентрирующееся вокруг нас с Арденом напряжение, быстро рассеялись. И мы с оборотнем остались одни.

Спустя мгновение слабости я подумала, а с чего это мне надо отступать? Я вообще не напрашивалась в эту дурацкую академию. У меня была своя жизнь, семья, будущее. И этот оборотень лишил меня всего в один миг.

Козёл он!

Я пошла вперёд, мимо него. И случайно зацепила плечом.

Ладно, признаюсь, не случайно. Даже пришлось сделать шаг в его сторону, чтобы хорошенько толкнуть. Потому что это он во всем виноват!

Я ожидала, что Арден отшатнётся, пропуская меня. Но он сумел удивить.

Схватил меня за плечо и резко развернул на месте. Сжал с такой силой, что из моего рта вылетел полузадушенный писк. Или это был всхлип?

– Лейва Инна, – прорычал оборотень мне в лицо, – вы наказаны за неподобающее поведение и останетесь без ужина. Я сейчас же сообщу ректору и о вашем опоздании на урок, и о вашей лени, и об отсутствии дисциплины. Вам всё понятно?!

– Всё! – пропищала я и рванулась из крепкого захвата.

Он выпустил меня, но ощущение сильных пальцев на плече никуда не исчезло. Оно преследовало меня до самой ночи, пока я не уснула, полная желания отомстить.

Утром выяснилось, что моя злость также никуда не исчезла. Она только стала сильнее. И злило даже не то, что оборотень лишил меня ужина и наябедничал ректору. А то, что он обманул мои ожидания.

Несмотря на всю браваду и резкие заявления, у меня было к нему особое отношение. Еще в пути я почувствовала связь между нами. Что-то такое, чего не ощущала ни с Элианой, ни с Ниаррэ.

Рядом с ним одиночество отступало, а тоска по дому забывалась. Я думала, что уже никогда не встречу его, почти смирилась с потерей и безумно обрадовалась, когда увидела тогда, в кабинете декана.

Наивно думала, что он чувствует то же самое…

А он просто предал меня! Предал то единственное светлое чувство, которое я испытывала к нему!

Ну держись, Арден, теперь ты попляшешь.

***

Уже на следующий день мне назначили дополнительные уроки по медитации, но на мое “магическое развитие” это никак не повлияло. Спустя неделю тар Мерион заявил, что я необучаемая, и даже попросил снять с него ответственность за мои успехи. Ректор Делианарис попросил его потерпеть пару дней, пока прибудет мой индивидуальный учитель.

Наверное, он имел в виду того самого мага Света, которого обещал выписать для меня из соседнего государства.

А пока я ждала этого мага, во мне только росло желание отомстить Ардену за все хорошее. Это ведь после его жалобы уроков у меня стало в два раза больше! И не только по медитации. Злобный оборотень словно задался целью измочалить меня на тренировках!

После того позорного забега вокруг главной башни наш курс разделили на группы по уровню подготовки. И выяснилось, что я слабее даже дриады первого уровня! Так что в моей группе оказалась единственная ученица – это я.

Когда пришла на первую тренировку, Арден встретил меня довольным оскалом. И за следующий час сделал все, чтобы я начала умолять о пощаде. Но я не издала ни звука. Просто из вредности.

Зато обратно тащилась, еле передвигая ногами. Казалось, в моем теле не осталось ни одной мышцы, которая бы не болела и не ныла. Но это были только цветочки. Ягодки появились на следующий день, когда утром я обнаружила, что не могу встать с постели.