Лилия Хисамова – Плюс одна разница (страница 11)

Даже боюсь представить, кого там моя неугомонная коллега окрестила красавчиком.

Мне ли не знать, что у этой женщины с пышными формами весьма экстравагантный вкус.

В прошлом месяце она буквально расцвела от любви к новому водителю автобуса, на котором ездит на работу. Тайком сфотографировала его и показала мне, а я чуть не поперхнулась от изумления.

По её восторженным описаниям моему взору должен был предстать чуть ли не сам Ален Делон. А на деле — усатый сорокалетний дядечка с внушительным животиком, явно неравнодушный к пиву.

Поэтому, когда Зина в очередной раз заходится в восторге и называет кого‑то «красавчиком», я даже не спешу оборачиваться. Мало ли кто попал под её романтичный прицел на этот раз.

— Смотри же! — настойчиво толкает меня в бок.

— Глеб Константинович, вы уже здесь, — наш шеф вдруг резко подрывается.

Но реагируя я не на это.

А на звук знакомого имени. Вся кровь будто застывает в жилах.

Обернуться? Посмотреть? Да я даже дышать боюсь.

— Обалдеть, он, наверное, адресом ошибся, — шепчет Зина, хихикая. — Разве, что кривозубый заказал стриптизёра в офис.

— Я пришёл, как договаривались, — Глеб медленно обводит взглядом присутствующих.

Ух ты ж, блин.

В комнате становится слишком жарко, слишком шумно, слишком… нереально.

Неужели он будет работать в нашей компании? Но кем? Стажёром?

Нет-нет-нет!

Всё становится слишком сложно.

Если Глеб будет постоянно рядом, то обязательно узнает о моей беременности. А я ещё не решила, хочу ли рассказать ему правду.

— Итак, коллеги, прошу поприветствовать нашего нового владельца. Глеб Константинович Градовой.

Если я думала, что после появления Глеба в моей компании меня уже ничто не сможет отправить в полный нокаут, то жестоко ошибалась.

Я даже не могу решить, что шокирует меня сильнее: само имя Глеб Градовой или тот факт, что он выкупил нашу компанию?

Семья Градовых… Это не просто фамилия. Это синоним безжалостной бизнес‑машины, которая перемалывает всё на своём пути. Их холдинг известен агрессивной манерой захвата: они не брезгуют ничем. Ни чёрными схемами, ни грязными играми, ни подкупом, ни даже угрозами. Их стратегия проста: найти слабое место и ударить, чтобы присвоить себе.

И, похоже, они нарисовали на нашей компании мишень...

В сознании вспыхивают обрывки воспоминаний: вечер в ресторане, мой рассказ про стратегию одной японской компании, отец Глеба, молчаливый, как скала, но с глазами хищника. А потом внезапный отказ нашего ключевого клиента от сотрудничества.

Мать моя женщина…

Это не случайность. Это план. И я, похоже, была его частью, не зная того.

Взгляд невольно скользит к Глебу.

Гад стоит спокойный, как танк. На губах играет лёгкая полуулыбка, будто он наслаждается моментом, когда его стратегия принесла плоды. Или, правильнее сказать, предложенная мною стратегия.

Ощущение, будто я предатель, впустивший врага в осаждённую крепость.

Браво, Есения!

Через полчаса, которые растянулись для меня в настоящую каторгу, нас наконец распускают.

Зина, словно назойливая муха, продолжает что‑то жужжать у моего уха. Но я не слышу ни слова. Всё заглушает бешеный стук сердца и кипящая внутри ярость.

Я так зла на Глеба, что едва сдерживаюсь.

Мне хочется поскорее остаться с этим мерзавцем наедине и дать ему подзатыльник.

Да, глупо. Да, рискованно. Особенно учитывая его габариты и нашу новую субординацию. Но, видит бог, я не успокоюсь, пока не выскажу мерзавцу всё, что накипело.

Ещё полчаса Глеб сидит в кабинете шефа.

Я нервно кусаю колпачок ручки, не отрывая взгляда от закрытой двери.

— Сень, да не переживай ты так, — раздаётся рядом голос Зины.

— Разве похоже, что я переживаю? — отвечаю резко.

— Кто знает, может, под руководством холдинга Градовых фирма начнёт процветать, и нам зарплату повысят, — пытается она найти светлую сторону.

Я лишь усмехаюсь. Горько, почти издевательски.

— Это вряд ли. Такому крупному холдингу наша компания всё равно что капля воды в море. Скорее всего, им что‑то было нужно из активов, а Михалыч не хотел отдавать. Поэтому они и заставили его продать всю компанию. Боюсь, что нас ждёт не повышение зарплаты, а сокращение.

Зина на секунду замолкает, потом вздыхает:

— Жаль… Мне здесь так нравится работать. Ну, согласись, Глеб этот, конечно, прям загляденье. Будь я помоложе лет на десять, влюбилась бы по уши. От него прям разит этой мужской притягательностью.

Ха. Это точно, проверено на себе.

Дверь наконец распахивается, и из кабинета выходит причина моего плохого настроения. Я резко отворачиваюсь, будто меня и не интересовало, когда же он появится.

Глеб пожимает руку нашему шефу и неспешно направляется к выходу.

Пора!

Незаметно выскользнув из офиса, я почти настигаю Градового уже в главном фойе здания.

— Глеб!

Либо он глух, либо мастерски изображает глухого.

— Глеб, постой!

Ни реакции. Даже темп не сбивает. Да он издевается!

Приходится прибавить ходу. Каблуки выбивают нервную дробь по полированному полу.

— Глеб.

Наконец парень притормаживает у двери и, обернувшись, сканирует меня взглядом.

Делаю глубокий вдох, чтобы отдышаться.

Он ждёт спокойно, чуть насмешливо, как кот, наблюдающий за мышью, которая решила дать бой.

— Что‑то случилось, Есения?

— Вспомнил моё имя?

— Спросил у твоего шефа.

— Ничего не хочешь мне сказать? — скрещиваю руки на груди, готовая к атаке.

— Больше похоже, что ты хочешь мне что‑то сказать.

Его высокомерный тон выбивает из меня весь запал.

Да за кого этот мальчишка себя принимает? Надел сапоги явно не по размеру!