Лилия Хисамова – Никто, кроме тебя (страница 10)
– Его как будто подменили, Тонь. Это не мой Лёша.
– Никого не меняли, наивная моя. Это ты наконец-то увидела истинную натуру своего муженька.
– Я даже не сказала ему о малыше, – сердце буквально взрывается внутри.
– Кстати, вот об этом. Я тут сериальчик один смотрела, и там чувак сказал, что по закону муж не может развестись с беременной женой. Но сериальчик не наш, а зарубежный. Ты бы тоже этот вопрос изучила. Может, получится нажиться на оболтусе до подписания бумаг.
Развод… Слово звучит как приговор. Страшный приговор нашему браку.
– В одном ты права. Мне действительно нужен адвокат, – озвучиваю свои мысли. – А знаешь, что самое забавное? Он у меня уже есть.
– И что в этом забавного? Звони и назначай встречу.
Тяжело вздыхаю и тянусь к мобильному. С горечью смотрю на дисплей, где нет ни одного нового уведомления, и ищу номер Виктора.
Интересно, мой спаситель ещё не забыл меня?
– Слушаю, – мужчина отвечает после первого же гудка.
– Виктор, здравствуйте. Это Таня.
В ответ – молчание. Набираюсь смелости и продолжаю:
– Вы оказались правы: мне вновь понадобилась ваша помощь.
– Да что же такое делается-то?
В кабинет под вопли секретарши врывается моя родительница.
– Тамара, оставь нас!
Помощница тут же ретируется.
– Что случилось, мам? Я же просил не беспокоить меня на работе.
– Ты трубку не берёшь совсем. Вот я и пришла к тебе в офис. Проверить: живой ли ещё.
– Живой. Я сейчас очень занят, но обязательно тебе перезвоню позже.
– Оля беременна. Беременна. А эта твоя… до сих пор не может галочку поставить в документах. Я же тебе говорила, сынок. С самого начала предупреждала: не связывайся с нищим отродьем.
– Достаточно, – жестом останавливаю тираду.
– Ой, сердце болит за дитя неродившееся, – кладёт ладонь на грудь. – Я так долго ждала внуков. Если в твоём сердце есть хоть капля сострадания, ты должен жениться на матери своего ребёнка.
– Мам, у меня дел много. Давай позже поговорим.
Но для родительницы мои слова лишь бесполезное сотрясание воздуха.
– А где Оленька, кстати? Ты её сильно не нагружай. Беременным нужно больше отдыхать.
– Оленька, – пародирую её приторно-лелейный голосочек, – целыми днями только этим и занимается. Либо на шею мне вешается, либо по магазинам бегает. Уже половину столичных складов скупила.
– И пусть! Пусть покупает всё, что нужно ей и ребёнку. Беременным ни в чём нельзя отказывать.
Оленька, или правильнее сказать заноза в заднице, – единственная дочь лучшей подруги моей матери. Пару месяцев назад они умоляли меня устроить к себе в компанию очень умную и способную девушку. Я пошёл им навстречу, но уже в первый день вместо «очень умной и способной» девушки увидел избалованную девчонку. А работа – это последнее, чем она хотела бы заниматься.
До сих пор понять не могу, как я мог её трахнуть.
Худая швабра с накачанными до размера баскетбольных мячей сиськам совсем не в моём вкусе. Я не то чтобы сексуальной её нахожу, мне даже противно смотреть на это творение пластической хирургии.
Вибрация телефона спасает мою мать от словесного террора, который я уже приготовился обрушить на её бедную голову. Имя звонящего раздражает меня больше гиперзаботы родительницы.
– Всё, до завтра! – взглядом указываю на дверь.
Мать недовольно цокает, но уходит. А я морщусь от неприязни, но принимаю вызов.
– Не думал, что вновь услышу твой голос, друг мой.
– И тебе не хворать, Лёха, – усмехается Быстров.
– Чем обязан?
– Соскучился. Как жёнушка поживает?
– Тебе виднее, – хмыкаю.
– Мне? Мне Таня уже давно не звонит и не пишет.
– Твои проблемы, – скулы сводит от ярости.
– Злишься?
– Нет, блядь, веселюсь. Какого хрена ты стащил мои проекты на тендер?
– Сучка, которую ты трахаешь, сама мне их притащила. Ещё и член отсосала. Грех было отказываться, – ржёт довольный собою. – Я даже понимаю, почему ты выбрал именно её. Она глотает…
– Заткнись, урод!
Руки с хрустом сжимаются в кулаки.
– Не умеешь ты баб выбирать, Лёх. Они у тебя все какие-то проблемные.
С силой бросаю телефон в стену.
Пододок. Ублюдок. Долбоёб.
Хочется мозги себе выбить, чтобы стереть из воображения картины, где Таня отдаётся этому ушлёпку.
Сука!
Развод, и всё, блядь! Мать права: хватит уже тянуть резину.
Я наивный: всё надеялся, что произойдёт чудо и выяснится, будто этот спектакль был подставой. Таня меня не предавала. А Оля просто была ночным кошмаром.
Но с каждым днём я всё больше убеждаюсь, что всё свалившееся на меня дерьмо – правда! Таня снюхалась с Быстровым. Трахалась с ним и…
Блядь. Не могу. Свихнусь точно.
Поеду к ней и потребую, чтобы подписала документы. Покончим с этим раз и навсегда. Потом разберусь с беременностью Ольги. Откладывать больше нельзя.
Достаю бумаги из ящика стола и спускаюсь на парковку.
Внутри меня что-то щёлкает, и грудь словно теплом наполняется при мысли, что вновь увижу свою жёнушку.
Идиот.
Господи, какой я идиот!
Нашёл, чему радоваться. Нужно отпраздновать свой развод, а не встречу с предательницей.
– Таня здесь? – после первого же стука дверь отворяет Антонина.
Я слишком хорошо знаю Таню и её близкое окружение. Кроме лучшей подруги, она больше никуда не могла податься.
– Бестужев, ты не представляешь, как я завидую людям, которые с тобой незнакомы.
– Я тоже не могу сказать, что рад нашей встрече.