Лилия Бланш – Магитерра 3. Благословение Луны (страница 7)

– Тогда мой целитель находился под защитой, – даже не моргнул глазом этерн. – В этот раз пришлось сначала вернуть её сюда, а увязавшуюся за нами змею пришлось рвать на части прямо тут, пока Калерия отключала портал.

Пришлось верить нам на слово. Поскольку порождения стихий во время гибели сгорают в собственном огне, не оставляя ни тела, ни пепла – жаростойкие стены и пол ангара не сохранили бы никаких следов. Даже копоти. Точно так же, как не осталось никаких улик возгорания Илрэмиэля. Ну а камеры, как и любая другая электроника, всегда сбоят рядом со стихией. Кетро просто немного подправил данные, стерев всё сомнительное, что произошло в ангаре, включая нападение на Адриана.

Гаруниты вызвали технарей, чтобы перенастроить камеры видеонаблюдения. Нас же отпустили.

* * *

На подходе к общежитию я вдруг поняла, что что-то не так. Взглянула на запястье этерна и от неожиданного открытия задала вопрос чуть громче, чем следовало:

– Рэм, где твой телепортатор?!

Парочка однокурсников, проходивших мимо, даже обернулись в нашу сторону.

Лицо этерна застыло непроницаемой маской и прозвучал напряжённый ответ:

– В ремонте. Система координат сбоит.

– Серьёзно? – ужаснулась я, представляя, какие последствия может повлечь поломка телепортатора. Например, открыть портал в болото или в сердце скалы.

– Да, не страшно. Починят. Ладно, Кали, мне пора.

И Рэм направился в сторону мужского общежития.

– В каком смысле, тебе пора? А поговорить нам не надо?

Он остановился. В разгар дня, в основном, все сидели в лабораториях, готовя собственные проекты, либо выполняли миссии. Общая гостиная пустовала, не считая изредка пробегающих мимо академистов.

Подошёл ближе и, понизив голос, сказал:

– Прости, что так настойчиво навязывал тебе себя, но, думаю, лучше мне держаться подальше. Сама видела… Я опасен и понятия не имею, что конкретно со мной происходит.

Я открыла было рот, чтобы ответить, но в этот момент мимо прошла Рафия, кивнув нам.

– Думаю, всё-таки лучше поговорить в комнате, – решительно объявила я, беря этерна за руку и направляясь в женскую половину общежития.

– И ты не боишься за свою репутацию? – хмыкнул Рэм, послушно шагая за мной.

– Какая репутация, – отмахнулась я, – от неё уже ничего не осталось. За последний год я дважды была помолвлена, потом порвала с Верленом, затем моя мама сбежала со свадьбы с его дядей, а вчера все видели, как я обнимаюсь с тобой. В светской хронике нас с мамой уже окрестили «Капризные невесты».

Этерн тихо засмеялся.

Оказавшись в комнате наедине с Илрэмиэлем, я внезапно испугалась. Под внимательным взглядом зелёных глаз моя решимость вдруг испарилась.

Я действительно собираюсь рассказать ему?

– Так о чём хотела поговорить?

– Насчёт этого огня, – промямлила я, понимая, что не способна пересилить собственную трусость. – Ты хотя бы пытался узнать, что с тобой происходит?

– Пытался, – со вздохом ответил Рэм. – Просмотрел кучу информации в закрытых разделах сети, даже в тайном семейном архиве копался. Ни один этерн никогда не владел не то, что магией огня, но и любой другой стихией вообще.

– Совсем ни одной зацепки?

Этерн вдруг улыбнулся.

– Кое-что есть, но сначала хотелось бы выяснить, почему тебя это так интересует?

– От тебя зависит и моя жизнь! – выпалила я, прекрасно понимая, на что он намекает.

– Прости, но твои слова и поступки довольно сильно противоречат друг другу, – сказал Рэм, приближаясь. Приподнял пальцами мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Я люблю тебя, Калерия, и прекрасно вижу, что ты тоже испытываешь ко мне чувства, далёкие от дружеских. Поверь, если бы не странные всплески силы, я бы уже затащил тебя в храм, чтобы провести ритуальное бракосочетание.

Он даже об этом подумал. Ритуальный брак, который связывает этерна с одной-единственной женщиной любой расы навеки и продлевает срок жизни второй половинки, увеличивая до этернийского. Ох, Рэм… нам этот ритуал не понадобится.

– Но я не могу тащить тебя силой в отношения, пока сам же представляю угрозу.

Скажи же ему, Калерия! Но вместо правды я произнесла:

– Почему ты постоянно говоришь, что представляешь для меня угрозу? Ведь эти всплески происходят случайно, разве нет?

– Нет. Огненная стихия во мне пробуждается именно рядом с тобой. Причём в агрессивной форме и постоянно рвётся наружу, стремясь причинить тебе вред. Я сдерживаю её с огромным трудом.

Кажется, между нами гораздо больше преград, чем я предполагала.

– Но почему?

– Если бы я знал. Этот огонь – словно чужеродная сущность. Сидит во мне и хочет причинить вред той, кого я люблю.

– И давно это с тобой?

– С первой встречи, только сначала я не понимал, почему ты меня так бесишь, а потом огонь проснулся… помнишь, тренировку с Маликом? И я начал осознавать, что с самого начала эта стихия вызывала во мне неприязнь к тебе.

Я замолчала. Потрясение от новой информации достигло предела. То есть всё это время я ходила по очень тонкой грани, полагаясь только на выдержку этерна. Даже не подозревая, что его раздирают настолько противоречивые эмоции.

– Прости, я не думала, что тебе настолько сложно, – выдавила через силу.

– За что ты просишь прощения? – улыбнулся Рэм.

– Ну… я действительно испытывала твоё терпение на прочность, порой даже сознательно. Я думала, что ты просто злобный этерн, который ненавидит антропитов.

На глаза наворачивались предательские слёзы, поэтому я спрятала лицо, уткнувшись в тренировочную куртку этерна.

– То есть ты признаёшь, что иногда бесила меня намеренно? – усмехнулся Илрэмиэль, прижимая меня к себе.

– Признаю.

Надо учиться говорить правду. Хотя бы в мелочах. Возможно, тогда – рано или поздно – я дойду и до самой главной?

Браслет завибрировал от входящего вызова.

– Рэм, прости, – отстранилась я. – Это мама. Я не видела её после того, как она сбежала с собственной свадьбы. Поговорю в ванной, подождёшь меня здесь?

Этерн кивнул, и я скрылась для разговора с родительницей. Активировала голографическую связь.

Катерина Перье выглядела до неприличия счастливой. То есть она изо всех сил старалась сохранять привычно-надменное выражение лица, но ей это крайне плохо удавалось. Глаза сверкали похлеще драгоценных камней, на щеках – румянец, уголки губ подрагивают от едва сдерживаемой улыбки.

– Калерия, ты в порядке?

– Да, конечно, а ты?

– У меня всё хорошо. Я… отдыхаю в одном роскошном отеле в столице.

– Я уж думала, ты сбежала на другой конец империи.

Мама рассмеялась.

– Да нет, просто выбрала спа-отель и расслабляюсь. Думаю о жизни… Дедушка тебе звонил?

– Нет. Он рвал, метал, дико извинялся перед Верленами и даже не заметил, как я попрощалась с ним перед отъездом в Академию.

Мамино лицо на мгновение омрачилось.

– Да… с родом Верлен мы поступили крайне некрасиво. Да и дедушке доставили немало неприятностей.

– Мам, – решилась я. – Скажи правду. Ты сбежала со свадьбы с другим мужчиной?

Она закашлялась.