Лилия Белая – Шанакарт 2. Корона Сумрака (страница 89)
- Ты совершенно невыносимый мерзавец…
- Мне нравится, что ты наконец признаёшь моё совершенство, - демон взял её за руку. - Пойдём, погуляем по городу, пока нас не изгнали. Только нужно переодеться. Не стоит в траурном одеянии устраивать бои пирожными.
- Приглашаешь меня на свидание?
- Боюсь упустить момент, - арши привлёк к себе девушку, его тёплое дыхание коснулось её губ, и Шелара закрыла глаза.
- Тогда надень что-нибудь белое и раздражающее, - прошептала она, целуя демона. - Интересно, в той кондитерской найдётся по такому случаю свадебный торт?
- Если нужно, нам даже спекут… Я же Принц, пока Указом не объявлено иное.
В Шанакарте не бывает тёмных ночей. Как только скрывается за горизонтом солнце, огни фонарей и витрин заливают каменный город и отгоняют густую ночную мглу, приходящую с берегов Океана. Величественные дома, широкие мостовые, кружевная вязь чугунных решёток, прохладные гранитные набережные и удивительные сказочные мосты… Всё наполняется волшебным и густым золотым светом, тени становятся глубже, чувственнее, резче проступают узоры лепнины, суровые статуи, поддерживающие балконы, орнаменты бессчётных верениц хрустальных окон. Всё кажется пустыннее, монументальнее, красивее… Уходящий день забирает с собой суету, слишком яркий свет, и обнажает город в его истинном облике, во всей красе труда великих архитекторов, и теперь ничто не укроется от взгляда. Город будто на ладони. Или будто ты на ладони этого большого прекрасного города.
Шелара и Альшер сидели за столиком ресторана на широком балконе одного из красивейших зданий в центре столицы, где они остановились после долгой прогулки по городу. Оттуда открывался совершенно чарующий вид на мосты и Обсидиановый Замок, по стенам которого скользили блики лунного света от чёрных солёных волн.
- Удивительно красиво, - вздохнула Шелара, глядя на Замок и прокручивая в пальцах тонкую ножку фужера с игристым вином, которое даже не попробовала.
- Я с тобой полностью согласен, - тихо отозвался арши, глядя на неё, а не на Замок.
Девушка это заметила и смутилась, отставляя фужер на стол.
- Ты необъективен по отношению ко мне.
- Вероятно, сегодня это наш фамильный порок, - пожал плечами демон, удобно расположившийся на мягком стуле. В своём чёрном походном костюме он был совершенно неотразим. Как, впрочем, всегда.
Шелара взяла с салфетки вилку и воткнула её в половинку виноградины на своём десерте, глаза её были печальны:
- Знаешь, в нашу первую встречу Эль-Ризар показался мне совсем другим.
- Интересно, каким же?..
- Он казался рассудительным, заботливым, мудрым, - девушка прожевала виноградину и сделала глоток вина. Великолепного, надо заметить. - Справедливым… Он ведь спас меня, помог добраться домой, к дяде. Ты мне очень напоминал его.
Альшерриан усмехнулся:
- Ты необъективна по отношению ко мне.
Шелара прикусила губу и покачала головой. Её позабавило, как он вернул обвинение.
- И не совсем объективна к Эль-Ризару, - серьёзно добавил Принц, чуть мрачнея и обращая лицо к Замку. - Раньше, если верить моей матери, он был таким. Но годы брака с Арноиэль, не слишком успешное правление и постоянное присутствие Селлестераля с Иллиабель рядом несколько испортили его характер. Эль-Ризар всегда был больше воином, чем политиком, поэтому, когда началась война, он ушёл в неё с головой, и даже отчасти стал собой прежним. В своём отряде.
- Потому что не бывал больше при Дворе и не видел их всех, - догадалась Шелара. - Поэтому он так поступил с Арноиэль?
- Он мог просто отдать её на суд Данестиана, - Альшер взял свой фужер со стола, но пить вино не стал, просто держа его в руках. - Поверь, эльфы не менее изобретательны на расправу, чем арши. Но Эль-Ризар предпочёл отправить её на казнь сам, потому что она предала всё, что было дорого ему и для страны. И узы, и сына, и его отряд. Сейчас он должен заново обрести власть над Шанакартом, и снисхождения не может себе позволить.
- А я?
Арши тяжело вздохнул:
- Должен же он был как-то освободить Шейлирриана от этого брака. А узы разорвать может только смерть. Но не казнить же Наследника.
- Да уж, Наследника казнить нельзя, - Шелара слабо улыбнулась, делая ещё глоток вина. - Надеюсь, ему кто-нибудь всё-таки расскажет, что нас ничто не связывает.
- И даже не связывало. Ты всегда была моей, Принцесса.
- Между нами тоже уже нет уз.
- Ты так в этом уверена? - провокационно улыбнулся Альшер, по-кошачьи щуря глаза. Совсем, как тогда, на балу, когда соблазнял её.
- Разве я не права? Ша-ирлеш не связывает нас больше. Тебе незачем было жертвовать укладом своей жизни ради меня.
Демон странно посмотрел на неё, будто не понимая, всерьёз ли она говорит. К сожалению, всерьёз.
- Шелара… В мире есть ещё узы, способные сравниться по силе с ша-ирлеш. Не всё на свете решает магия. Однажды моему отцу, я имею в виду, настоящему отцу, пришлось выбирать между любовью и короной. Он выбрал корону, и это привело нас всех туда, где мы сейчас и находимся. Поэтому я не хочу совершать ту же ошибку. И лучше потеряю корону, имя и его уважение, чем свою честь и женщину, которую люблю. Я хочу остаться собой.
Выслушав эту откровенную речь, девушка потрясённо посмотрела на него, качая головой:
- Поразительно…
- Что?
- Ты действительно меня любишь.
Альшер рассмеялся:
- Признание этого факта мне тоже далось болезненно и мучительно, но так и есть.
- Болезненно и мучительно? - цокнула языком Шелара. - Я только на пороге смерти смогла себе признаться, что люблю тебя. И это, учитывая, что тогда нас связывало ваше адское зелье.
- Просто ты не представляешь, какое моральное насилие надо мной устроила моя семья, чтобы я ввязался в эту авантюру. Клянусь Тёмными богами, в ту минуту я был готов сказать ‘да’ Калерне.
Шелара возмущённо ахнула и попыталась пнуть под столом бессовестного мерзавца, не попала, конечно, но рассмешила знатно.
- А может, стоило?
- Пойдём на набережную, моя прелестная ревнивая невеста, скоро рассвет. Вид просто изумительный, когда солнце встаёт из-за Океана, - Альшерриан поднялся из-за стола и подождал, пока Шелара к нему присоединится.
Они неспешно спустились по лестнице с золочёными перилами вниз и вышли на мостовую. Демон был прав, небо становилось всё светлее и прохладнее с каждой минутой. Фонари блёкли на фоне этой размытой прозрачной синевы.
- Так значит, Эль-Ризар?.. - она вопросительно посмотрела на Принца, обнимавшего её за талию.
- Забудь об этом. Даже я считаю это чудовищной ошибкой.
В предрассветной тишине их шаги отдавались гулким эхом по улице.
- И что, обоснуемся в Свободном городе? - Шелара остановилась у гранитной балюстрады набережной и присела на её холодный край.
- Воры, наёмники, изгнанники и бордели? Серьёзно? У тебя ужасный вкус, - Альшер присел рядом и подтянул девушку к себе ближе, обнимая. - Наши дела не настолько плохи, Принцесса, а я не настолько беден.
- Шерри?
Арши задумчиво поднял взор к белеющему небу, будто что-то подсчитывал, затем усмехнулся:
- На пару-тройку сотен лет нам хватит, потом ещё что-нибудь придумаем.
- У меня нет столько времени, - без сожаления напомнила Шелара.
- И с этим мы тоже что-нибудь придумаем, - он погладил её по щеке и наклонился, чтобы сделать то, о чём мечтал весь вечер - поцеловать её.
И целовал. Медленно, нежно, увлечённо. Заставляя Шелару позабыть совершенно обо всём мире. И у него это прекрасно получалось.
Только мир не забыл о них.
С первыми лучами солнца на набережной раздались шаги.
- Ваше Высочество?
- Предположим, - со вздохом разочарования повернулся Альшерриан к говорившим, не отпуская из объятий девушку. Взору его предстала стража Князя Инниара.
- Его Светлость ждёт Вас и Принцессу в Белой Усадьбе, - один из гвардейцев подал Альшеру запечатанный сургучом конверт.
- Какое обнадёживающее обращение, - мрачно прокомментировал демон, надломил печать и развернул письмо.
Всего несколько строк на шерессе. Арши скомкал послание и сжёг прямо на ладони. Ветер разнёс пепел по камням мостовой.
- Оставьте нас, - приказал Принц, и гвардейцы удалились, почтительно поклонившись ему. Он посмотрел на Шелару. - Решение вынесено.
Рассвет розовыми лучами согревал бело-золотой, просторный кабинет Князя Инниара, отражался в хрустале и зеркалах, и ещё больше наполнял помещение мягким светом. Здесь не было места мраку, здесь пахло жасмином и апельсинами, здесь хотелось остаться навсегда.