Лилит Мазикина – Цыганские сказания (страница 26)
— Да ну, вы меня не видели днём.
— С моим жизненным опытом можно не смотреть нарочно и всё равно иметь представление. Что насчёт ваших занятий, вернётесь к ним завтра или решили устроить себе каникулы? — Батори вновь наполняет наши бокалы. Не понимаю, как я успела так быстро всё выпить. Надо поосторожнее, бикавер — довольно крепкое вино, а завтра рабочий день. Да и сегодня мне ещё каким-то образом до постели добираться.
— Да зачем они мне? Фильмы без перевода смотреть на французском? Читать Толстого? Он мне и на галицианском не нравился. Мы в лицее читали про какую-то проститутку Катюшу, и все оборачивались на меня и хихикали только потому, что у неё отец тоже был цыган.
— Они нужны вам, потому что мне нужна образованная названая дочь. У меня на неё планы. Не скажу, чтобы грандиозные, но серьёзные — да. Так что давайте условимся, сейчас, в связи с семейными обстоятельствами и особенно выкрутасами Ладислава, вы отдыхаете. Но не больше двух месяцев, потом втягиваетесь обратно в работу. Я имею в виду, работу над собой и своим будущим. Мы договорились? — император перегибается через стол, чтобы поправить цветок, почти выпавший из-за уха. Мне удаётся подавить желание прикрыть глаза, чтобы лучше прочувствовать его прикосновение. На самом деле, это Кристо раздразнил меня накануне. Я так думаю.
— Вам нравился Матьяш? Как король? В учебнике он весь такой… здоровский.
— Ну, для своего времени, он, несомненно, был блистательным правителем. За тридцать лет на троне он обеспечил Венгрии такой прорыв вперёд, который другой монарх не сумел бы и за шестьдесят. Во многом я на него стараюсь равняться.
— Ой, только не в военных походах, пожалуйста.
— Я уже очень давно не люблю войн. Я же рассказывал вам об Ашоке…
— Да. Я тоже не люблю, когда война, — «кебаб» в тарелке закончился, и я бездумно макаю питу в йогурт кусок за куском.
— Добавки?
— Нет, спасибо.
— Уложить вас спать?
— Бросьте. То, что все цыгане во дворце шепчутся теперь о нашей с вами любовной связи, не повод вести себя так, словно связь действительно существует.
— Ничего себе! Кристо так громко кричал о своих подозрениях? Не очень на него похоже.
— Того, что я теперь живу во дворце, а он — нет, вполне достаточно, я думаю.
— Вас мучают эти сплетни? Удивительно, мне удавалось скрывать самые настоящие и очень скандальные связи. И вот теперь меня уличают в том, чего не было, именно тогда, когда я себя держу в рамках дозволенного.
— Ну, сначала вы работаете на репутацию, потом репутация работает на вас. Когда вокруг вас бегает столько бастардов, как-то само собой в голову лезет, что вы их не в капусте находите, — кажется, я начинаю болтать лишнее. Стоп. Завязывай, Лиляна. Я пытаюсь встать из-за стола, но ноги слушаются не очень хорошо. Ловаш наблюдает с интересом.
— Если вы не хотите ни чтобы я отнёс вас, ни чтобы ложем вам стал дубовый паркет, что, конечно, шикарно, но не очень удобно, рекомендую туфли снять. Вот увидите, насколько легче без каблуков. Мне в своё время очень мешало после попоек то, что у меня каблуки были приделаны к длиннющим сапогам. Их так просто не снимешь и не пойдёшь, элегантно помахивая ими в руках.
Воспользовавшись этим нехитрым советом, я сумела добраться до покоев, потеряв вместо достоинства одну только лилию где-то по пути.
В какой-то момент мне показалось, что под подушкой опять лежит конверт, и я покрылась холодным потом. Но это была всего лишь шоколадка.
***
Говорят, что жил под Стрыем один цыган. Был уже очень старый, ходил осторожно и сидел аккуратно. А за два дня до Вешнего Юрья вдруг сказал: «Смерть моя пришла». Вскочил и стал танцевать, как мальчик.
Успел минуты две.
Глава VIII. «Господь дал ума, дьявол — хитрости». Цыганская народная поговорка
Ничто так не отрезвляет, как хорошее, острое похмелье, и благодарение Богу, что мне довольно двух бокалов вина для его прихода. В конце концов, только к лучшему, что Кристо и тётя Дина далеко от меня, раз уж я правда так опасна. Сначала надо себя разминировать.
Но как же мне уже тошно от стен! Хоть головой о них бейся.
Коробку с пуговицами, принесённую курьером, часовой положил на тумбочку, и я прихватываю её с собой, отправляясь в кабинет. Хорошо, однако, что моя очередь сидеть с Шаньи только завтра. При всей любви к маленькому принцу, последнее, чего хочется с похмелья — послушать звонкий детский голосок и поучаствовать в невинных детских забавах. Бр-р-р.
Куда удобнее было бы записать соображения на бумагу или набить их в компьютер, но Тот обязательно сунет нос в любые записи, я уверена. Поэтому мне приходится, чтобы сосредоточиться, прибегнуть к старому доброму средству: пасьянсу из пуговиц. Благо, как изволил сообщить секретарь, сегодня никаких бумаг на подпись нет.
Объявить себе каникулы я пока не решилась и просто отменила занятия ещё раз.
— Господин Балог, — добавляю я в селектор, сумев не без скрежета в голове составить примерный распорядок дня на сегодня. — Принесите мне, пожалуйста, два кофе и проследите, чтобы до часу дня меня никто не беспокоил.
— Господин Коварж тоже? — осторожно спрашивает секретарь.
— Господин Коварж особенно.
Если бы можно было так же легко отгородиться от Тота и Батори, жизнь стала бы более-менее сносной. Но — увы.
Немного умилостивив организм первой чашкой кофе, я раскладываю пуговицы на столе, пока что просто рядами, чтобы видеть их все.
Самое большое искушение — вычислить цепочку, по которой до Кристо дошла такая пикантная информация, как мой ритуальный брак с Ловашем Батори и то, что мы оба являемся «жрецами» (никак не могу воспринимать подобный титул серьёзно — ведь мы при этом никаким богам не поклоняемся!). Однако на самом деле источник сведений моего мужа —
Мои пальцы сами передвигают разноцветные кружочки из пластика, дерева и металла, складывая их в мозаику. Не знаю, чем такое объяснить, но пуговичный пасьянс действительно помогает мне рассуждать более связно и, главное, запоминать всё, что надумала.
Если сначала я полагала, что парни в масках просто как-то особенно проработали вампирскую магию, то теперь мне чудится за их впечатляющим даром пения совсем другое. Жрецы, посвятившие себя одной сущности, как правило, получают в результате посвящения и ровно один дар — один, да, но очень сильный. Иногда почти бесполезный, как, например, у моего покойного знакомого Марчина Твардовского-Бялыляса (как там его голова в огороде, кстати?). Он притягивал к себе ключи от тайн. Что сделало его, с одной стороны, весьма информированным ходячим мертвецом, а с другой — не приносило никакой особенной выгоды. У монахов ордена птички есть две чудесные способности: петь хором и обрывать узы крови. Но поскольку второе они делают (я чуть встряхиваю браслетом на правой руке) с помощью артефакта, то дар как-то вертится именно вокруг первой способности.
Как возможно вычислить, что за дар должен проявляться таким интересным способом?
Попробовать сначала на собственном же примере? Ведь у меня целых две способности, полученные при соединении с Сердцем Луны. Прятаться от чужого взгляда, используя самые условные покровы — даже просто измазаться грязью подходит. Из-за этого люди Тота не могли найти меня на довольно небольшом участке леса, когда я стала жертвой теракта в прошлом году… Мне невольно вспоминаются слова фон Адлигарба о чудесном везении. И правда, как ни крути — я была единственной, кто выжил в машине, не считая Батори; упав в воду, наконец-то вернулась к сознательной жизни впервые после ритуала; выбрела на Кристо (на
То, что объединяет две эти способности, должно быть как-то связано с цыганской магией — хотя бы потому, что создатель Сердца Луны, Айдын Угур, был цыганом и артефакт изготовил так, что воспользоваться им могла бы только носительница цыганской крови. «Сердце Луны должно приносить пользу цыганам,» — как-то так было написано в завещании, обнаруженном мной в библиотеке Марчина.
Можно ли сказать, что воцарение Батори принесло пользу цыганам? Ну, разве что «волкам» — теперь нам не приходится убивать вампиров, чтобы поесть их крови; а это освобождает нас от проклятия и продлевает жизнь, не говоря уж о том, как часто убивала охотников несогласная со своей участью добыча. Впрочем, настоящий вопрос не в этом.
Сердце Луны работает на цыганской магии, какой-то более глобальной, чем известные мне мелкие хитрости и приметы. В некий момент заключённое в ожерелье волшебство стало работать против меня — скорее всего, из-за неумелого с ним обращения. Выяснить причину и обуздать вышедшую из-под контроля силу — одна из первостепенных задач. Наряду с вопросом о том, кто там такой добренький собирается спасти Венскую Империю от её императора, каким обладает конкретно оружием — и что я могу этому оружию противопоставить. Ясно только, что ставить лучше всего на цыганские секреты. По крайней мере один из них мне уже помог.