Лилиан О`Сень – Высшие маги Элхэа: Древнее наследие (страница 16)

Вот и кабинет Малого Совета. Распахнув дверь, глава госбезопасности обвел взглядом собрание.

– Все вон, – это было сказано тихо, но с его появлением в помещении была такая тишина, что можно было услышать муху в полете, а не только шипение разъяренного Змея.

– Сын мой, как ты смеешь? – в тон ему отвечал Владыка, вопиющее поведение принца вызвало раздражение. Мало того, что опоздал, так еще и раскомандовался не в меру.

– Нам надо серьезно поговорить.

– Конечно, надо, – Владыка смотрел на сына осуждающе, и взгляд его не обещал ничего хорошего, кроме заслуженной взбучки за наглость и самоуправство.

– Господа, прошу на выход, – принц махнул рукой в сторону двери, но графы даже не сдвинулись, лишь вопросительно посмотрели на повелителя.

– Лорд Дарриан, это уже слишком!

– Это срочно!

– Ваше Владычество, – рискнул подать голос главный казначей, – мы можем перенести заседание на другое время или сделать перерыв… конечно, если будет угодно Вашему Владычеству.

Остальные присутствующие согласно закивали – никому не хотелось находиться меж двух Высших, когда они начнут выяснять отношения: это чревато фатальными последствиями. А тут явно намечался конфликт.

– Продолжим через два часа, – Владыка смилостивился над присутствующими и кивком отпустил их.

Что происходило за закрытыми дверями зала, о чем разговаривали Владыка и принц, никто так и не узнал, но оба вышли мрачные и в глубокой задумчивости. И против ожидания членов Совета ссоры не произошло.

Отступление. Элентир

Покинув Гарлонд, Андриан не знал, куда б ему податься. В провинции было невероятно скучно, и молодой человек пришел к выводу, что нужно ехать за границу. Выбор пал на Эдалиад. Он вспомнил, что эта страна – родина его матери. В пути было решено, что прежде всего стоит посетить столицу.

Элентир считается одним из красивейших и цветущих городов юга. Андриан был с этим согласен. В стольном городе он поселился на окраине, в одном из многочисленных постоялых домов, построенных для приезжих.

Полоса неудач и неожиданных знакомств с переездом не прервалась. Так совпало, в кабаке, в котором решил пообедать Андриан, что-то отмечала шумная мужская компания. В самый разгар их пьянки в заведение ворвались местные слуги закона и арестовали всех присутствующих, включая поваров и разносчиков.

Оказалось, что это была спланированная операция по поимке опасного бандита. У Андриана даже в планах не было связываться с местными преступными элементами, просто не повезло сидеть за соседним столиком. Еще одно совпадение – лорд Дарриан, будучи в то время главным дознавателем, следил за ходом операции и очень ждал результата допроса арестованных. И, разумеется, ему доложили о прихваченных с места событий свидетелях. В ожидании отчетов лорд главный дознаватель решил их допросить. С Андрианом у него возникло затруднение, которое заключалось главным образом в фотографическом сходстве. Андриан оказался более молодой копией лорда Дарриана. После часа беседы в допросной Андриану вернули документы, оформили выездную визу, выплатили моральный ущерб и проводили до дверей.

Придя к выводу, что в Элентир он не сунется больше ни ногой никогда в жизни, Андриан покинул Эдалиад и направился в Карант.

– Ну здравствуй, сын мой.

– И тебе не хворать, отец, – Дастан не был настроен на разговор. Он с детства помнил о его отношении к себе и не питал иллюзий. Также был совершенно уверен, что родитель пришел не по доброте душевной, а за ответами на очень неприятные вопросы. Дарриану было рассказано все без утайки, он выслушал, ни о чем дополнительно не расспрашивая, не терзая и без того болезненные воспоминания. Говорить с ним было легко, это был тот редкий случай, когда старший принц был именно братом. С отцом такого не получится, характер не тот, к тому же он никогда не принимал живого участия в судьбе сына, и в этот раз рассчитывать, что все будет по-другому, было глупо. А за прошедшее время, с учетом всего пережитого, младший принц растерял последнее почтение перед венценосным родителем.

– Я смотрю, ты мне не рад, – Луциан проигнорировал непочтительность сына.

– Простите, Ваше Владычество, – ответил принц, – но сегодня у меня что-то голова болит.

После детских горьких слез и бессонной ночи у него действительно болела голова. Дворцовый медик дал принцу лекарство, но оно не помогло.

– Да, мне сказали, – Солнцеликий ждал, когда юноша сам начнет изливать душу. Но истерика прошла, слезы высохли, на смену им пришло опустошение и апатия, а все слова были сказаны Дарриану, повторять то же самое Владыке уже не хотелось.

Хотелось завернуться в плед и сидеть у камина или в этом огромном кресле, где можно потеряться, смотреть на огонь, чтобы было тихо и никто не беспокоил, ни о чем не спрашивал. Дарриан был идеальным собеседником, жаль, он ушел. Зато пришел папочка, и захотелось, чтобы он ушел и вообще никогда не приходил… Ну почему тот приходит только тогда, когда нужно ему самому, в любой другой раз его шиш дозовешься. Об этом он и думал, глядя на огонь. На пришедшего Владыку Дастан даже не обернулся.

– Дастан, я хочу знать, как все произошло, – нарушил затянувшееся молчание маг.

– Я не хочу говорить об этом.

– Почему?

– Я уже все рассказал Дару, повторять не вижу смысла. Он же с тобой уже говорил. Об ЭТОМ.

– Говорил, конечно, но я бы хотел услышать подробности от тебя.

– Зачем?! – Дастан вдруг вскочил. – Что ты хочешь? Узнать, каково быть пленником в собственном теле? Или, может, тебе интересны все те гадости, которые эта тварь совершала, пока была мной?! Или тебе интересны пределы моего терпения и покладистости, насколько я еще твой сын – или уже совсем свихнулся?! – последнее принц уже кричал.

Глядя на отпрыска, Владыка действительно уже начинал думать, что принц не в себе и явно нуждается в помощи целителя-мозгоправа, но говорить об этом он предусмотрительно не стал. Собственно, на этом моменте разговор и закончился, Солнцеликий посчитал недостойным вести беседы с неуравновешенным великовозрастным ребенком, бросил на младшего сына укоризненный взгляд и, не проронив и слова, вышел.

На несколько дней Дастан оказался предоставлен сам себе. Его навещали друзья, но он их не узнавал и не признавал, те делали вид, что все нормально, но диву давались. Завзятые собутыльники Эметт и Риккар, игнорируя апатию друга, пытались его расшевелить и соблазнить на какую-нибудь авантюру. Видя их потуги, принц Дарриан не был против даже самых диких их идей, но все увеселительно-развлекательные замыслы друзей ни капельки не привлекали юного принца. Ведь это были друзья Пожирателя, а не его. Высказав мнение, что принца то ли подменили, то ли он серьезно заболел, неугомонные юнцы отстали.

Потом Владыка вспомнил, что назначил сына канцлером и отправил того в канцелярию.

Здесь все было по-прежнему – бардак бардаком погоняет, и Дастан по-прежнему ни капельки не разбирался в управлении. Но появилась еще одна проблема: молодого принца знали очень многие – кто лично, кто понаслышке, у него была специфическая репутация балагура и повесы, и внезапное изменение в поведении было явным. Вдвойне заметно оно становилось, когда к нему обращались люди, с которыми имел тесное общение Пожиратель: сам Дастан их вообще не знал и ни разу не встречался. В его памяти отсутствовали последние три года жизни вчистую, и если Луциан из-за редкого общения с сыном этого не заметил, то это заметили все остальные. Почему юноша не сказал об этом отцу? Да из вредности!

Вот и в канцелярии история повторялась, канцлер смотрел на своих подчиненных, как драг на предложенную капусту, и ничего не понимал. Спасибо, что Вейран был еще здесь и спасал положение. В кабинете главы канцелярии было многолюдно. Молодой лорд обвел глазами собравшихся, думая, что сказать.

– Ваше Высочество, – нагло нарушил протокол совещания второй заместитель начальника секретарского отдела, – позвольте обратиться?

– Да, – Дастан с благодарностью принял такое начало переговоров.

– Последний раз вы собирали нас в зале собраний и говорили о том, что надо бы реорганизовать канцелярию, чтобы наша работа была более эффективной. О том, что вы готовы идти навстречу своим сотрудникам, которые знают нюансы работы этой структуры, кто может предложить проект реорганизации и развития.

Присутствующие презрительно воззрились на говорившего, как на неожиданно вылезшего таракана, но сказанное было абсолютной правдой, и перебивать никто не стал.

– У меня есть такой проект! – обрадовал выпускник. Главы отделов дружно переглянулись, явно намереваясь при случае удавить выскочку.

– Это похвально! – уцепился за возможность принц. – Что ж, я с удовольствием послушаю ваше видение развития. Всем спасибо, все свободны! Господа, если у вас появятся какие-нибудь гениальные идеи, буду рад их выслушать!

Дальнейшие пояснения не требовались, и начальники отделов потянулись на выход.

– Вей, ты мой спаситель! – радостно вскочил из-за стола принц. – Я уже и не знал, как отвертеться. Я же вообще ничего не знаю! Что тут происходит? И почему я канцлер?!

– Ну, это не ко мне, наверное, твой царственный предок хотел таким образом поднять сознательность своего сыночка! – заметил второй заместитель.

– А давай я тебя повышу до своего секретаря! И ты тут все сделаешь. Вейран, ты же в курсе, как тут что работает? – взмолился юнец.