Лилиан О`Сень – Высшие маги Элхэа: Древнее наследие (страница 10)

Система образования в Аманарской Академии отличалась тем, что в ней молодые дарования изучали возможности применения стихийной магии в разных профессиях, но на бытовом уровне и не затрагивала глубинные возможности с использованием всех скрытых резервов. Такое практиковалось только магами боевого факультета. Вейран, как маг-канцелярист, был далек от этого, несмотря на свой немаленький потенциал. А лорд Ксарад взялся как раз за раскрытие всех возможностей своего ученика именно как мага-воздушника.

Открытое пространство над морем Штормов идеально подходило для освоения строптивой силы ветра. В Академии, где куратором Лаэтта был сам ректор, его заставляли подолгу медитировать, и здесь новый учитель несильно отличился. Все занятия начинались с краткой медитации и настраивании на рабочий лад. А после начинались полеты. Ксарад поначалу предлагал юноше левитировать мелкие предметы, но этот курс начальной школы быстро сошел на нет. На смену пришло управление множеством различных предметов в воздухе. Вейрану и это было несложно. С каждым разом усложняя задачу, Ксарад пытался выяснить, насколько хорошо его ученик контролирует себя и владеет окружающей его силой. Пожалуй, одной из самых сложных задач для Вейрана стало управление кораблем. Не самое большое парусное судно, на котором моряки были лишь в качестве страховки, должно было плыть, подчиняясь исключительно силе мага Ветра. Вейран пыхтел, направляя ветровые потоки то так, то эдак, пытаясь удержать корабль на курсе. Из-за не самых деликатных порывов подконтрольного ветра судно качало, и периодически борта, то правый, то левый, черпали воду.

– Это какой-то кошмар, – стонал Вейран, чувствуя, что не справляется с задачей.

– Вот тебе домашнее задание. Правильно рассчитать направление и силу воздушных потоков для удачного плавания. И учти, учебный корабль у тебя один, утопишь – нового не дам.

– Ясно, пересдачи не предусмотрено, – грустно заключил Вейран.

Несмотря на довольно-таки сложные задания, обучение ему нравилось. В Академии ничего подобного не было.

И он с большим энтузиазмом каждый вечер телепортировался на Локхейм.

Работа в канцелярии, какой бы важной она ни была, теперь воспринималась как некая необходимая рутина перед тем, как отправиться подчинять ветры.

Так совпало, что в этот же период Его Владычество решил, что принцу Дастану пора перестать бездельничать и пора начинать приобщать сыночка к государственным делам. О путанице и медленной работе в канцелярии Владыка знал, ему частенько на это жаловались. Вот повелитель и решил назначить сына канцлером – чтоб занялся, в конце концов, этой проблемой. Цель назначения ненаследного принца была не в том, чтоб он реформировал свое подразделение, а в том, чтоб не болтался по улицам. Для организации реформирования в правительстве были другие люди и Вейран.

– Нужно организовать собрание всех старших сотрудников, глав отделов, заместителей… и кто там еще есть. Провести аналитику работы отделов, собрать совещание, поувольнять кого-нибудь, – рассуждал Дастан, сидя в своем рабочем кабинете. Секретарь внимательно слушал и записывал рассуждения принца, периодически кивая. – Да! Так и сделаем… Исполняйте!

– Как прикажете, Ваше Высочество.

Секретарь вышел вон, а принц предался рассуждениям о бесполезности его присутствия на этой должности. Он ничего не знал о структуре канцелярии и так же плохо знал тех, кто занимал здесь высшие должности. У него было отчетливое ощущение, что отец поставил ему это задание, прекрасно понимая, что принц не справится. Чувство какой-то безнадежности и даже попадания в ловушку не покидало его. Но надо было хотя бы изобразить бурную деятельность, а там, глядишь, и понятно все станет, и идеи появятся…

Через неделю нервной работы, в ходе которой сотрудники канцелярии ждали всяческих кар магических и увольнения, было объявлено об общем сборе всех глав отделов и их заместителей. Канцлер собирался сделать объявление.

Для Вейрана это был обычный рабочий день, подъем в семь утра, легкая разминка, завтрак и путь на работу. А на работе аврал… Нет, второй заместитель вполне справлялся с текучкой и даже забрал часть дел у своей коллеги, давая возможность ей спокойно заниматься секретарскими обязанностями. Сообщение о собрании стало для него неожиданностью, вернее, неожиданной была необходимость его личного присутствия. Лаэтт не считал, что занимает сколь-нибудь высокую и важную должность, делающую необходимым его присутствовие на совещаниях, устраиваемых канцлером. Вдвойне Вейрана тревожил тот факт, что канцлер – принц, сын Владыки. Но не пойти он не мог.

В зале, где собирались чиновники, было не так много сидячих мест, и все они предназначалсь только для начальников отделов, остальным предлагалось стоять рядышком или у стенки. Вейрана это устраивало, он встал слева от входа, у стены – достаточно далеко от подиума, где должен был выступить принц. Рост воздушника позволял видеть все происходящее в зале, особо не напрягаясь.

Ровно в одиннадцать, как и планировалось, в зал вошел принц. Его Высочество Дастан Тарнансер был одет как на парад, но оно и понятно – это был его первый день на официальном посту. Сегодня принц был одет в стиле своего отца: белый камзол расшит золотой нитью и украшен лазуритовыми пуговицами в тон его глаз, однак нижняя часть костюма была более практична: черные брюки, заправленные в высокие черные сапоги, отсылали к манере одеваться старшего брата принца, Дарриана.

Приветствуя его, все собравшиеся встали и сели после того, как канцлер сказал слова официального обращения. Вейран внимательно слушал и смотрел во все глаза, но ничего нового из того, чего бы Вейран сам не знал, Дастан не сказал, а вот посмотреть было на что. Сначала Вейран отметил некую дерганность, неестественность походки его Высочества. Конечно, многое можно было бы списать на волнение, но воздушник ощущал в этом нечто иное. Маг перешел на магическое зрение и ахнул… Зажмурился, помотал головой, открыл глаза, но наблюдаемая им картина не изменилась. В магическом спектре весь силуэт принца покрывала какая-то призрачная слизь, она виделась то чернильно-смоляной, то теряла цвет и становилась прозрачной, как чистое стекло. Непонятная субстанция целиком обволакивала руки до локтей, ноги до колен, нитеобразно оборачивалась вокруг тела и головы и даже вытекала тонкой струйкой изо рта. И еще ЭТО пульсировало, как понял Вейран, в такт сердцу, то уплотняясь и утолщаясь, набирая более насыщенным цветом черноту, то ослабевая и становясь прозрачным. Смотреть на это было отвратительно и жутко, желудок Вейрана выказывал явный протест магическому наблюдению. Лаэтт смотрел на черную пульсирующую фигуру принца, и в голове у него был лишь один вопрос: «Видел ли ЭТО Владыка?!». Маг уже не слушал разглагольствования выступающего, ему хотелось сбежать и срочно донести об увиденном кому-нибудь. На его счастье, канцлер закончил свою вдохновляющую речь и… распустил собрание. Зачем вообще собирались? Вейрану это было не важно, вернувшись в свой кабинет, он не мог ничем заниматься, только ходил кругами по помещению, обдумывая увиденное.

– Принц явно чем-то заражен… это или порча… или проклятие… или еще какая-то гадость, – рассуждал он вслух. Маг не боялся, что кто-то его услышит, первым делом он поставил звуконепроницаемый контур. – В курсе ли Владыка? И если да, то почему принц не изолирован, а если нет?.. Это какой-то бред, вот КАК ТАК?!!

Как сын сильнейшего мага Огня и Света может находиться под воздействием темных сил – и так, чтобы Луциан не заметил?! Надо срочно что-то делать! Но что? Бежать к Владыке? А если он в курсе и ему все равно, а такое вполне может быть, особенно если учитывать его пршлые темные дела… Срочно писать донесение в Аманар?! Лорд Арадэн примет все это к сведению, но ничего предпринимать не будет, ему плевать на мальчишку. Самому разобраться? А потом доложить по всей форме… Если не прибьют ни здесь, ни там и получится помочь, может, еще и спасибо скажут, хотя последнее весьма сомнительно. Был еще вариант рассказать все лорду Ксараду, но он тоже вряд ли станет чем-то помогать.

Вейран еще не получил ключ от Универсума, это должно произойти несколько позже. Но магия Высшего уже вовсю ураганом бушевала в нем и требовала какого-нибудь применения. А поскольку перенасыщение магией еще никому не было на пользу, Вейран все же принял решение в пользу самостоятельного решения проблемы.

ПУТЬ НАРУЖУ

Второй заместитель начальника секретарского отдела Вейран Лаэтт направился прямиком в кабинет канцлера – ненаследного принца Дастана Тарнансера.

Его Высочество пребывал в бездельном раздумье о судьбах мира и своем собственном положении. Назначение на должность канцлера принц считал в высшей степени бессмысленным и бесперспективным. Ему крупно повезет, если в канцелярии найдется хотя бы пара умных и разбирающихся в этом бардаке людей, а лучше магов, причем магов Ветра… «Заодно можно было бы перекусить!» – проскочила мысль у Пожирателя.

Высшие силы его услышали, но ответили весьма своеобразно.

Дверь кабинета отворилась, и на пороге возник Вейран.

– Добрый вечер, Ваше Высочество, – молодой маг не озаботился тщательным соблюдением этикета. Дастану на это было плевать, но магический фон вокруг вошедшего говорил сам за себя, и паразит забеспокоился.