Лили. Т – Наследники Тьмы (страница 1)
Дина Еремина
Наследница Тьмы
Глава 1. Дэниэла
Дэниэла собирала чемодан. Широкие брюки из тонкой шерсти – такие носили только самые смелые модницы. То, что нужно! Модный приталенный жакет, корсет, юбка чуть выше колен – очень откровенно! Рубашки в тонкую полоску: голубая в белую, белая в розовую. Чулки и гольфы цвета спелой вишни – всё модное, всё красивое.
Она будет неотразима. Она сразит его наповал, в самое сердце. Он в обморок от её красоты упадёт, а когда придёт в себя, изящным движением поправит длинную челку и прохрипит дрожащим от страсти голосом: «Дэниэла, ты прекрасна, я всю жизнь тебя любил, мечтал только о тебе… Будь моей женой!»
Она улыбнётся ему в ответ. Потом: свадьба, балы, дети…
В самую глубину чемодана маленькая черная коробочка со спелыми абрикосами. Конечно, Дэн могла прихватить для этих целей рыбью голову или сушеные бычьи кишки, куриную лапу на крайний случай. Но запах! Этот мерзкий запах пропитает всю одежду. Спелые абрикосы – летние солнышки, для подношения мертвым неплохой вариант.
Он тоже их любит… раньше любил. От воспоминания по груди разлилась щемящая тоска. Дэн прикрыла содержимое чемодана вязаным свитером с медведем, который держал в одной лапе длинный меч, в другой – большое красное яблоко.
Дэниэла вздохнула и опустилась на ковер, складывать аккуратно вещи расхотелось.
Что если он забыл? За последние восемь лет он не написал ей ни строчки. Что если он не приедет? Когда они давали друг другу обещание им было всего десять… Дэн вздохнула, потянула за торчащую из ковра нитку, распустив часть вышитого цветочного узора.
«Сейчас Себастьян наверно превратился в серьезного молодого мужчину и влюблен в красивую знатную даму… встречается с ней тайно темными летними вечерами, под пение птиц и запах мимоз. Вот в тени высокого красного клена дама томно прикрывает глаза, Себастьян наклоняется и покрывает ее лицо жаркими поцелуями…» щеки Дэниэлы залил румянец, она мечтательно заулыбалась, представляя влюбленных и позабыв, что в роли возлюбленного ее потенциальный жених.
Дэниэла или просто Дэн, как звали ее близкие и друзья, была дочкой сельских эве – невысокой, симпатичной, смешливой девушкой. Длинные черные волосы лежали на ее плечах мягкими нежными волнами, а лицо покрывала россыпь серых веснушек. «Это на тебя мертвец чихнул!», – со знанием дела объясняли ее внешность в детстве друзья.
К глубокому разочарованию Дэниэлы магический дар у нее отсутствовал. О поступлении в Академию Живого Льва она даже мечтать не могла.
В Академию Мертвого Солнца ее не отпустили бы родители, для народа эве – перворожденных – связь женщины с темной магией – осуждаемое, неуважаемое занятие. Тысячу лет назад за такое убивали. Конечно, люди «упавшие с неба» и эве «рожденные из земли» давно перемешались, а в семьях рождались дети и с магией жизни, и с магией смерти. Но родители Дэниэлы как и вся община были настроены консервативно: Академия Мертвого Солнца слишком опасна для девушки.
Но даже если бы Дэн сбежала и решила без одобрения родителей туда поступить, без магии ее не взяли бы. Даже отступники и сектанты не предложили ей вступить в свои ряды. Ни тайного письма, ни маленькой открытки, ни намека… ничего.
«Я слепой беспомощный котенок!»: сокрушалась Дэниэла.
Немного погрустив, Дэн придумала себе цель – удачно выйти замуж. За Себастьяна – младшего сына барона. Он был знатен, богат, жил в замке и в детстве был безумно в нее влюблен. А она в него. В десять лет они пообещали друг другу, что, когда вырастут – поженятся в день своего рождения, в двадцать один год. Правда, когда Себастьяну исполнилось тринадцать, его забрал к себе под опеку старший брат, Себастьян стал жить в столице и они с Дэн больше не виделись…
Себастьян уехал, а Дэниэла после школы поступила в Мастерскую Изящных Искусств в небольшом соседнем городке, изучать гончарное мастерство. Ее папа там раньше учился, и Дэн со скрипом приняли.
Она очень старалась, но ее надежды на успех в искусстве не оправдались. Дэн хотела поразить всех, создать что-то уникальное, впечатляющее, настоящий шедевр.
Она мечтала, как слава о ее искусстве дойдет до столицы и Себастьян, гуляя по модной выставке увидит ее работы, вспомнит о ней и пришлет букет роз с запиской и пожеланием скорой встречи. Или, когда будет гулять по столичной набережной его спросят: «Вы видели работы юной художницы Дэниэлы? Они очаровательны, как и она сама!». И сердце Себастьяна вздрогнет, он побежит, ему крикнут: «Себастьян, куда вы?», а он: «Я бегу к своей любимой, прощайте!».
Без магии Дэниэла не могла различить потоки жизни, смерти, людей, душ, предметов, все они были для нее одинаковыми, сливались в одно полотно. Она их все соединяла без разбора, что приводило к неприятным последствиям. Часть изделий вдруг начинало гнить или самовозгораться, менять форму или уничтожать положенные в них предметы. Некоторые отращивали ноги и сбегали, не дождавшись оценки преподавателя. Все работы Дэниэлы получались безобразно мертво-живыми и внушали отвращение. Каждую ночь Дэн плакала в подушку, кусала до крови губы. Ей было больно, стыдно и обидно за свою неуклюжесть, но каждое утро она вставала и неизменно шла на занятия. День за днем разочаровываясь в себе.
После двух лет мучений Дэниэлы, однокурсников, преподавателей и окружающего пространства к ней подошел мастер Эд с фабрики «Цветочные горшки ручной работы» и предложил Дэн перейти к нему в ученики. Дэн моментально согласилась.
Дэниэла спряталась в ремесленной мастерской. Там она очень внимательно и осторожно лепила горшки и чашки по заданной форме. Процесс так ее успокоил и затянул, что Дэн не заметила, как пролетело время, как все её движения стали мастерски точными и быстрыми, изделия удавались ей легко и выходили идеально одинаковыми. Однако она так увлеклась своим занятием, что забыла выйти замуж! А это была её главная мечта в жизни, даже важнее магии.
Так, к вечеру дня осознания вселенской катастрофы, вещи были собраны, чемодан застегнут, комната убрана. В последнюю ночь в городе Дэн не спала, она ворочалась. В белоснежных простынях вдруг появились колючие хлебные крошки и черешок от яблока, в воздухе летала какая-то серая пыль. Часы с гулким щелчком передвигали стрелки, а из подвала доносился такой грохот, шум и беготня, словно вместе с Дэн паковал вещи весь город. Дэниэла смогла заснуть только когда за окном побелело, но заорали городские петухи. Дэн открыла глаза и решительно сбросила одеяло.
По деревянным ступеням застучали каблучки, входная дверь скрипнула и через полчаса Дэн уже сидела в экипаже. Она помахала на прощание городу, зная, что если однажды вернется, то уже баронессой. Уж она постарается.
За окном экипажа медленно проплывал осенний пейзаж. Туман тонким шелковым покрывалом стелился по земле, нежно обнимая деревья и холмы. В воздухе витал теплый, сладкий аромат осени – запах спелых фруктов и увядания листвы, наполняя сердце тихой ностальгией. Стаи черных птиц кружили над домами, своим истошным криком призывая хаос. Лошади фыркали, нервно поднимая ноги, под колесами хрустели мелкие дорожные камешки. Внутри экипажа было темно и прохладно, пахло старой кожей. Единственный попутчик Дэн мирно дремал в углу кареты, завернувшись в теплый черный плащ, голова его покачивалась из стороны в сторону, а лицо скрывал большой черный капюшон.
– Простите, сэр, – тихо, чтобы случайно не испугать дремлющего человека, обратилась она к соседу. – Не хотите ли чаю? – вежливо предложила Дэниэла, доставая из дорожной сумки термос со сладким яблочным чаем, но мужчина не пошевелился. Дэн пожала плечиками, налила себе чашечку и продолжила наблюдать в окно, отпивая мелкими глоточками вкусный терпкий напиток.
Дэниэла очень любила осень, а особенно праздник Дара, и что она встретит его в этом году в родной деревне со своими родными и друзьями радовал ее сердечко.
Через пять минут любованием природой Дэн поперхнулась. Вдали, среди холмов мелькала серая размытая фигура. Она приближалась. Дэниэла называла его «призраком осени», он всегда появлялся в это время года, преследовал ее, раздражая своим безмолвным настойчивым ожиданием. Дэн не знала видит ли его кто-то еще. Вот две красные точки глаз поймали ее взгляд. Дэниэла не выдержала, показала призраку язык и закрыла на окне шторку. Она покосилась на соседа, не увидел ли он такого не достойного леди поведения. Мужчина продолжал спать.
Через три часа Дэн уже стояла на брусчатой мостовой с чемоданом в одной руке, сумкой в другой, обнимая родителей и довольно улыбаясь. Полностью захваченная радостью встречи она не заметила, что из окна экипажа ее провожает внимательный взгляд смеющихся карих глаз.
Дома, раздав подарки, пообедав, поспав, вдоволь наговорившись и плотно поужинав, Дэн направлялась к себе в комнату, когда услышала громкий стук в окно.
– О! Явились! – умиляясь проворчала мама Дэн.
Дэниэла с радостным воплем распахнула входную дверь, но только тьма приветственно ей улыбнулась. Дэн прикрыла дверь, стук повторился. Ден открыла и в этот раз ей уже улыбались два лучших друга детства.
– Дэнчик, ты на долго?!
– Навсегда!
– Здорово! Тут одно интересное дельце намечается! Признайся, ты же это захватила?!