Лили Ред – Холодное притяжение (страница 11)
– Что такое? – спрашиваю, оборачиваясь к ней, нахмурившись.
– Ты хотя бы знаешь, как в него играть? – уточняет Жанетт, прикусывая нижнюю губу.
Она спрашивает меня, знаю ли я, как играть в бильярд? Она не в курсе, но я потрясающе играю.
Однако будет весело, если все подумают, что я даже не знаю правил, а еще уморительнее будет посмотреть на недоумевающую физиономию этого надутого болвана, когда я разорву его на части.
– Нужно бить по шарикам этой палкой, так? – спрашиваю с наивным личиком.
Это самый прекрасный день в моей жизни, я знала, что рано или поздно мой талант играть в бильярд мне все-таки пригодится.
– Нет, у них немного другой бильярд, – шепотом сообщает мне Жанетт.
– А ты откуда знаешь? – спрашиваю недоуменно.
– Так, ходят слухи, – поспешно отвечает Блондинка.
– Купер, даю тебе последний шанс, чтобы отказаться, потом пути назад уже не будет, – потешается Мэттью.
Это он мне говорит, чтобы я отказалась? Боже, да как я могу?
Он еще не знает, с кем связался. Мне стоит приготовить телефон, чтобы сфоткать его физиономию, чтобы показать ее папе. Он будет мною гордиться, когда узнает, что я разделалась с капитаном хоккейной команды.
– Даже не собираюсь, – качаю головой.
– В какие неприятности ты впутываешься, куколка? – со смешком спрашивает Аксель Круа, как только появляется возле нас. Сначала он назвал меня цыпочкой, а теперь куколкой. Только такой тип, как он, может додуматься до того, чтобы все еще называть девушек подобным образом.
– Она еще не знает, Акс. Позволим ей – вмешивается Сэндерс, которого я уже запомнила. Он – точная копия Акселя, можно даже подумать, что они – братья. У Сэндерса тоже очень светлые длинные волосы, голубые глаза, мясистые губы и густые брови.
– Почему вы говорите обо мне так, как будто меня тут нет? – заявляю с раздражением, и вся троица тут же в изумлении глядит на меня из-за тона моего голоса.
– Ты – мой новый идол, Купер, – подмигивает мне Сэндерс.
– Райан, официально заявляю: следующие три игры ты проводишь на скамейке запасных, – объявляет Мэттью.
– Мэтт, ну это же забавно, что какая-то девица наконец-то задала тебе жару, – оправдывается Райан, незаметно подмигивая мне еще раз.
– Не вижу в этом ничего забавного, – парирует его товарищ.
– Ну ты и зануда, Мэтт. Что такое? Элисон тебе больше не дает? – Аксель подтрунивает над Лебланом, тыча ему кулаком в плечо.
– Заткнись, – огрызается Мэттью, отталкивая товарища.
– Итак? Играем, или вы продолжите выяснять отношения и дальше? – прерываю их перебранку.
Мэттью бросает на меня гневный взгляд и, взяв треугольник, ставит его на бильярдное поле. Внутрь треугольника он кладет все цветные шары, а затем убирает его с поля, оставив выстроенную фигуру.
Затем он устанавливает белый шарик, готовясь начать поединок.
– Правила просты, – говорит Мэтт, беря два кия, висевших на стене.
Он протягивает мне один из них, и я тут же крепко зажимаю его в руке. Тем временем Жанетт по какой-то странной причине продолжает делать мне знаки, чтобы я отказалась от игры.
Но в любом случае уже слишком поздно: я не могу сдрейфить прямо сейчас.
И к тому же я и правда хочу показать те самые фотки отцу, чтобы отблагодарить его за прекрасные уроки игры.
– Девочка, это не классический бильярд. Ты точно все еще хочешь сыграть? – еще раз спрашивает Мэтт.
– Точнее некуда, – отвечаю решительным голосом.
Мэттью усмехается и поднимает руки в знак, что он сдается:
– Потом не говори, что я тебя не предупреждал.
– Не бойся, – деланой улыбкой успокаиваю его.
– Вперед, Райан, покажи ей, как играют «Акулы», – призывает товарища Мэттью.
Райан подходит к столу и берет кий из рук Мэттью, улыбаясь, как ребенок в парке развлечений.
– Это что такое? Король колледжа так боится, что посылает играть вместо себя своего дружка? – издеваюсь с ядовитым тоном. Я ждала, что Мэттью сам сыграет со мной.
– В конце партии тебе будет не до шуток, Купер, – парирует Леблан.
– Ты думаешь, что заставишь меня заткнуться какой-то партейкой в бильярд? – откликаюсь я.
– Первое правило нашего бильярда такое: каждый раз, когда шар попадает в лузу, противник должен ответить на вопрос, – начинает объяснять Мэттью. – Тот, кто не смог или не захотел отвечать, проиграл.
О чем он, черт возьми?
– Что за вопросы, Леблан? – уточняю и даже не знаю, испытываю ли я сейчас беспокойство или нет.
– Это немного… интимные вопросы, – спесивым тоном объясняет он.
Что он хочет узнать? Сколько раз в день я хожу в туалет?
– Интимные? Типа сколько времени у тебя нет секса? В такие игры я играла, когда мне было двенадцать лет. Ну же, ты ведь можешь постараться придумать что-то получше.
Мэттью не скрывает раздражения из-за моих слов.
– Заткнись, Купер, и играй. – Движением головы он дает начало этой игре для фрустрированных подростков.
– Не понимаю, Леблан, чего мне надо бояться? – сухо спрашиваю, вдобавок долго зевая, чтобы поиздеваться над ним.
– Если ты проиграешь, то сделаешь все, что я захочу, и никаких возражений. – От его смешка у меня пробегает дрожь по коже.
Этому точно не бывать. Я не могу проиграть.
Хотя это просто невозможно, чтобы я проиграла.
Однако притворяюсь, что испугалась настолько, что даже не осмеливаюсь спросить, что получу, если выиграю.
– Куколка, ты уверена? Не то чтобы мне не хочется узнать твои самые темные секреты… – вмешивается Райан, но я его перебиваю.
– Слушай, Сэндерс, мы, может, уже начнем, или ты тоже навалил в штаны, как твой дружок? – киваю в сторону Мэттью, который стоит рядом с Райаном.
Райан бросает на меня злобный взгляд и встает у края стола, прямо перед белым шаром.
Сэндерс нагибается и вытягивает кий вперед. Он несколько раз двигает им взад-вперед вдоль указательного пальца, а затем бьет сухим тычком. Шары разлетаются по всему полю, и Райан с ходу вгоняет в лузы половину из них, то есть те, что цветные, оставляя мне белые.
– Посмотрим. Самое странное место, в котором ты трахалась? – хихикает Райан.
– Мы тебя раскусим, если будешь врать, Купер, – произносит Мэттью, прислонившись к стене и засунув руки в карманы джинсов.
– А у тебя, оказывается, не только суперспособность к чуши, но еще и суперсила разоблачать лжецов? – улыбаюсь я.
– Отвечай, – не отстает Леблан.
– Внутри гардеробного шкафа.
– Правда? – У Акселя вырывается смешок.